Нефтяной рынок в ожидании идеального шторма

Александр Пасечник, руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности; эксперт Финансового университета при Правительстве РФ

Мировой рынок нефти подходит к августу 2026 года в состоянии предельной неопределённости. Сразу несколько разнонаправленных факторов, каждый из которых по отдельности способен качнуть котировки на $5–7, сегодня сошлись в одной точке, создавая гремучую смесь для трейдеров и аналитиков. ОПЕК+ обсуждает приостановку наращивания добычи, сланцевая отрасль США сигнализирует о замедлении, а Ближний Восток продолжает полыхать — на этот раз в прямом смысле: йеменские хуситы атаковали нефтеперерабатывающие мощности Саудовской Аравии. Кроме того, США и Иран по-прежнему далеки от урегулирования острой фазы развязанного Вашингтоном в конце февраля военного конфликта, который с начала весны «поразил» штатную навигацию в Ормузском проливе.

Начнем с первого из этих слагаемых — картельной политики в свете предстоящих решений ОПЕК+, которые в нынешних условиях могут задать тон всему рынку. Интрига вокруг дальнейших шагов альянса начала закручиваться задолго до июльской утечки о вероятном развороте его либеральной политики. С апреля 2026 года альянс ОПЕК+ приступил к постепенному ослаблению добровольных сокращений, добавляя на рынок небольшие объёмы каждый месяц. Однако уже к концу июля в кулуарах организации всё громче зазвучали голоса о том, что данный процесс может быть поставлен на паузу. 

Ожидается, что уже в начале августа альянс проведёт заседание, на котором будут обсуждаться параметры добычи на сентябрь, и именно там может быть принято принципиальное решение — продолжать ли наращивание или взять паузу.

Причина — не столько дисциплина (хотя и она оставляет желать лучшего у ряда стран-участниц), сколько состояние рынка. Цены, несмотря на ближневосточный кризис, сейчас не демонстрируют устойчивости, «мечась» в широком коридоре. Для бюджетов большинства стран ОПЕК+ комфортный уровень Brent — выше $85–90 за баррель. При нынешних котировках, балансирующих вокруг этих отметок, дальнейшее наращивание добычи воспринимается как рискованное: оно способно обрушить цены в зону, где фискальный комфорт сменяется дефицитом.

Если делегаты ОПЕК+ действительно решат приостановить наращивание с сентября, это станет первым сигналом разворота с начала года. Для рынка это означало бы, что альянс переходит от стратегии «мягкого возвращения» к стратегии «защиты цены». Что, в свою очередь, может подтолкнуть спекулятивный капитал к игре на повышение.

Параллельно с ближневосточной драмой на другом берегу Атлантики разворачивается не менее важный сюжет. Американская сланцевая отрасль, в последние десятилетия служившая главным балансирующим механизмом мирового рынка, демонстрирует противоречивую динамику. С одной стороны, по данным Baker Hughes на 17 июля,  активность буровых установок в США прогрессирует пятую неделю подряд — их  количество достигло 588 единиц — самого высокого уровня с апреля 2025 года. Из них 452 — нефтяные буровые, что является максимумом с мая 2025 года. В годовом выражении прирост составил 44 единицы (+8%).

С другой стороны, этот рост происходит с низкой базы: количество буровых сокращалось три года подряд: на 20% в 2023-м, на 5% в 2024-м и на 7% в 2025-м. Компании, пережившие ценовые войны и волну консолидации, сегодня придерживаются финансовой дисциплины: свободный денежный поток идёт на дивиденды и обратный выкуп акций, а не на агрессивное наращивание бурения. Текущий рост буровой активности — это скорее восстановление до нормального операционного уровня, а не начало нового сланцевого бума.

По прогнозу Управления энергетической информации (EIA) Минэнерго США, добыча нефти в стране вырастет с рекордных 13,6 млн баррелей в сутки (б/с) в 2025 году до 13,8 млн б/с в 2026-м. Прирост есть, но он минимален — около 1,5%. Этого недостаточно, чтобы компенсировать выпадающие объёмы с Ближнего Востока или охладить перегретый рынок. Таким образом, сланцевая отрасль США, ещё недавно воспринимавшаяся как бездонный источник дополнительных баррелей, сегодня выглядит как зрелый, высокотехнологичный, но ограниченный в росте сектор. Белому дому теперь едва ли стоит рассчитывать на «сланцевый вентиль» как на быстрый способ сбить цены.

Пока трейдеры оценивают перспективы ОПЕК+ и американской добычи, Ближний Восток напоминает о себе самым жёстким образом. 27 июля йеменские хуситы атаковали нефтеперерабатывающий завод Saudi Aramco в Джидде. По данным Reuters, опубликованным 28 июля, компания была вынуждена приостановить работу предприятия мощностью 400 тысяч б/с. Это не рядовой инцидент: Джидда — один из ключевых элементов саудовской системы нефтепереработки и экспортной логистики на Красном море.

Атака стала прямым следствием объявленной хуситами 20 июля морской блокады Саудовской Аравии. Напомним, что после паралича Ормузского пролива еще с начала весны, саудовский экспорт был перенаправлен именно через красноморские терминалы, и теперь этот маршрут также оказывается под прямой угрозой. В меморандуме консалтинговой компании IIR, который цитирует Reuters, прямо указывается, что Saudi Aramco уже рассматривает изменение маршрутов поставок нефти в Азию. В частности, изучается новая схема ценообразования для загрузки сырья из египетского порта Сиди-Керир.

Показательно, что на фоне этих событий трафик через Баб-эль-Мандебский пролив 27 июля достиг четырехдневного максимума в 28 судов, тогда как движение через Ормузский пролив остаётся минимальным. Это говорит о том, что рынок пока пытается использовать Красноморский маршрут, несмотря на растущие риски. Однако если атаки на саудовскую инфраструктуру продолжатся, танкеры могут быть вынуждены уходить на ещё более длинный и дорогой маршрут — через Суэцкий канал и вокруг Африки.

Таким образом, два ключевых экспортных маршрута Саудовской Аравии — Ормузский и Красноморский — оказываются под синхронным давлением. Это уже не временный сбой, а системный коллапс в логистике ключевого глобального экспортёра нефти.

Ценовая динамика на рынке полностью отражает эту «взрывоопасную смесь». Волатильность остаётся запредельной и летом: разбег котировок Brent с начала года близок к двукратному. Котировки барреля Brent в последнюю неделю июля колеблются в диапазоне $84–94, чутко реагируя на каждую новость — будь то заявление делегата ОПЕК+, данные по буровой активности в США или сообщение об атаке хуситов.

Рынок живёт в режиме «информационного шока»: любая новость мгновенно отыгрывается, но также быстро и забывается при появлении следующей. Это классическое поведение в условиях, когда фундаментальные факторы — и со стороны предложения, и со стороны спроса — не дают чёткого направления, а геополитическая премия то включается, то выключается в зависимости от заголовков.

При этом важно понимать: даже без новых атак и перебоев рынок находится в состоянии хрупкого равновесия. Коммерческие запасы нефти в странах ОЭСР ниже пятилетних средних значений, свободные добывающие мощности сконцентрированы в основном в Саудовской Аравии, а спрос со стороны Китая, Индии и других азиатских экономик остаётся устойчивым.

В итоге весь спектр факторов создает кумулятивный эффект, способный толкнуть котировки Brent вверх значительно сильнее, чем это заложено в консенсус краткосрочных  отраслевых прогнозов.

Для российского нефтяного экспорта, идущего в обход конфликтных зон, сложившаяся конфигурация — окно возможностей. Пока Эр-Рияд считает потери, а трейдеры гадают о решениях ОПЕК+, российские марки «черного золота» продолжают уходить в Азию по стабильным, предсказуемым маршрутам. И эта предсказуемость в мире, где каждый новый день может принести новые контекстные вводные, ценится всё дороже.