Пандемия CОVID-19 в значительной степени отразилась на деятельности ”самого могущественного военно-политического союза в истории человечества”. Именно так и ничуть не меньше называет возглавляемый им Североатлантический альянс Йенс Столтенберг. В очередной раз подтвердить это смелое определение генеральный секретарь пытался 15 апреля на внеочередной экстренной встрече министров обороны стран НАТО.
Эта встреча стала уже второй, проведенной в режиме онлайн-конференции, на которой подводились промежуточные итоги работы, анализировалась сложившаяся обстановка и ставились задачи на будущее в связи с мировой пандемией коронавируса. В конференции приняли участие верховный представитель Евросоюза по внешней политике и безопасности Жозеп Боррель, а также партнеры НАТО из Швеции и Финляндии.
Министры обсудили вопросы координации усилий военных ведомств своих стран в борьбе с пандемией, взаимодействие с гражданскими властями, а также возможные последствия COVID-19 для деятельности альянса. Суть заявлений Столтенберга на итоговой пресс-конференции свелась к следующему: единство членов альянса не вызывает сомнений, программы учений будут подкорректированы без ущерба боеготовности, НАТО вносит большой вклад в борьбу с пандемией, потенциальные противники будут пытаться использовать ситуацию в своих целях, российская военная активность не снижается.
Бодрый тон генсека, взявшего на вооружение прием Черчилля – если аргумент слаб, надо повысить голос, не смог развеять сомнения журналистов. Так, сумятицу в ряды союзников вызвал утвердительный ответ постоянного представителя США в штаб-квартире НАТО Кей Бейли Хатчисон на вопрос о возможности сотрудничества с Россией в противодействии COVID-19. Видимо, господин Столтенберг давно не просматривал твиттер президента Трампа.
Не очень вписывается в понятие единства альянса отказ Евроатлантического координационного центра реагирования на стихийные бедствия и катастрофы (основной орган НАТО по реагированию на гражданские и чрезвычайные ситуации) Испании, которая обратилась за средствами защиты, экспресс-тестами и аппаратами ИВЛ. На этом фоне явным диссонансом выглядит гуманитарная операция войск радиационной, химической и биологической защиты ВС России, проводимая в Италии.
Цифры, подтверждающие ”большой вклад” НАТО в дело борьбы с пандемией, тоже не впечатляют. Согласно отчету Столтенберга, силами альянса было проведено 100 воздушных миссий (проще говоря, челночных полетов транспортной авиации), развернуто 25 полевых (читай ”палаточных”) госпиталей, гражданским властям передано 25 тыс. больничных коек. Для миллиардного населения стран-членов Североатлантического союза с количеством заболевших более чем 1,5 млн человек эти показатели выглядят весьма скромно.
В ходе пресс-конференции не прозвучали данные о количестве инфицированных военнослужащих альянса. Известно лишь о пяти случаях заражений непосредственно в штаб-квартире в Брюсселе и более чем о 20 случаях в интернациональных батальонах НАТО, дислоцирующихся в прибалтийских государствах. Идеальными мишенями для коронавируса стали авианосцы. Инфекция вывела из строя гордость американского флота атомный авианосец ”Теодор Рузвельт”, на котором заболело 447 моряков, и единственный авианосец ВМС Франции ”Шарль де Голль”, на котором коронавирусом заразилось около 700 военнослужащих.
Особый акцент Столтенберг сделал на необходимости сохранения военных расходов стран-членов альянса на прежнем уровне. Опасения генсека понятны – практически ни у кого не вызывает сомнений перспектива как минимум заморозки, а скорее всего - снижения оборонных бюджетов участников организации в связи с глубоким кризисом, на пороге которого оказалась мировая экономика.
Беспрецедентное выкручивание рук европейским партнерам с целью принуждения выполнять внутриблоковые финансовые обязательства, которое демонстрировали в последнее время Вашингтон и Брюссель в лице натовской верхушки, было напрасным. Тем более что нынешние причины несоблюдения финансовой дисциплины представляются более вескими, чем те, что были в 2008 г.
Главным и, по сути, единственным аргументом в пользу сохранения военных расходов, по заявлению Столтенберга, традиционно стала угроза со стороны России. При этом в качестве важнейшей задачи прозвучала необходимость эффективного противодействия дезинформации и пропаганде, направленным на раскол альянса.
Пандемия коронавируса внесла корректировки и в планы проведения натовских учений. Учения ”Cold Response-20”, “Dynamic Front”, “Saber Strike”, “Swift Response” были отменены. Крупнейшее со времен холодной войны учение ”Защитник Европы - 20” было остановлено на полпути. Примечательно, что с началом пандемии в Европе старожилы альянса Германия, Франция, Италия и другие сразу же объявили о прекращении своего участия в этих маневрах. Польша, страны Балтии и Грузия, ждавшие эти учения как манну небесную, не нашли в себе сил заявить об отказе.
Видимо, желая подбодрить ”рвущихся в бой новобранцев”, натовские генералы решили организовать на их территориях ряд мероприятий, якобы являющихся некими элементами несостоявшегося ”Защитника Европы -20”. Примером таких эрзац-маневров может служить проведенное в период с 13 по 18 апреля на полигоне Meza Mackevici (Латвия) учение ”Steel Brawler”. 600 военнослужащих и 100 единиц техники были призваны продемонстрировать слаженность действий размещенной в Латвии многонациональной батальонной группы.
Тем временем, пик пандемии еще не пройден. Министр обороны США Марк Эспер заявил, что в Пентагоне ”разработана директива по действиям ВС в ситуации с коронавирусом по краткосрочному и долгосрочному сценариям”. Европейские коллеги Эспера также сосредоточены на национальных программах противодействия пандемии. В этих условиях разглагольствования генсека НАТО о небывалом единстве альянса выглядят по меньшей мере неубедительными.
