Редакции "ИнфоРоса" стали известны некоторые принципиально новые моменты в истории с "найденным" грузинскими властями в зоне грузино-осетинского конфликта переносным зенитным ракетным комплексом (ПЗРК) "Игла". Он, по утверждениям главы МВД Грузии В.Мерабишвили, предназначался для совершения диверсионно-террористического акта в отношении президента страны М.Саакашвили. В очередной раз в этой находке официальный Тбилиси усмотрел южноосетинский и даже российский "след".

На вполне законное желание российской и международной общественности ознакомиться с доказательствами такого "следа" грузинская сторона выдвинула новую версию происшедшего, весьма отличающуюся от первоначальной. Судите сами.

Оказывается, "Игла" вовсе не была привязана к дереву в районе возможного пролета главы грузинского государства, а была "случайно обнаружена рыбаками на дне реки, где находилась в боевом положении" (просто торпеда какая-то!), и после фотографирования была … ликвидирована путем подрыва.

Любой человек, будь он даже не специалист в области современных вооружений и не сыщик-любитель, ознакомившись с этим весьма странным объяснением, задается вопросом: "Раз рыбаки выловили ПЗРК со дна реки, и он не взорвался в их руках, зачем было нужно уничтожать пусковую установку, ограничившись лишь ее внешним осмотром и фотографированием?". Ведь именно сам ПЗРК, а не его снимок представляет собой важную вещественную улику, да еще какую!

По утверждению Тбилиси, "на ПЗРК были затерты заводские номера". Что ж, вполне возможно. Действительно, угонщиками перебиваются номера на двигателях и кузовах автомобилей, а преступниками часто уничтожаются серийные номера на огнестрельном оружии. В то же время хорошо известно и то, что современная научно-техническая экспертиза (уровень областного МВД) позволяет с довольно высокой точностью восстановить уничтоженные преступниками данные, которые могут стать решающей уликой, ведущей к раскрытию преступления.

И если дело действительно шло о подготовке покушения на главу государства, заинтересованная в объективном расследовании сторона, по нашему разумению, должна была воспользоваться любой возможностью, чтобы выяснить истину, попытавшись установить заводской номер изделия и вместе с ним вероятные пути появления ПЗРК в зоне конфликта.

То, как поступили грузины, уничтожив даже саму возможность получения важной улики, не только заставляет усомниться в официальной версии, но и наводит на мысль о том, что мы имеем дело с явной инсценировкой. В пользу этого говорит очень многое, в том числе выбор места и времени, а также абсолютно нелогичные, непрофессиональные действия тех, кто претендует на принадлежность к правоохранительной системе.

А может быть, дело как раз в другом и свидетельствует о некотором здравомыслии авторов инсценировки. Предъявленный независимым экспертам ПЗРК и установленный ими номер изделия, видимо, мог привести расследование к одному из складов вооруженных сил Грузии.

И еще одно. Не удивимся, если завтра грузинская сторона заявит о том, что ПЗРК нашли уже не рыбаки, а местные ополченцы, проводившие свои учения на местности под руководством военных инструкторов.

"А был ли мальчик?" - впору воскликнуть внимательному читателю бездарного грузинского политического детектива. Скорее даже не детектива, а провалившегося сценария типичной провокации. Сколько их еще в арсенале грузинских политиканов, покажет время.