В Белоруссии продолжается открытое противостояние части населения и властей, начавшееся после президентских выборов. Настрой и тон общественным протестам стремятся задавать те, кто себя позиционирует новой оппозицией. Новой потому, что в Белоруссии уже имеются опозиционные движения и организации.
Так, уже действующая в Белоруссии оппозиция сложилась из тех, кто рос и развивался вместе с Белоруссией, и тех, кто стоит на позициях укрепления белорусской государственности, хотя зачастую с националистическим уклоном. Новая оппозиция стала кристаллизоваться в июле-августе 2020 г. в ходе компании по выборам президента Белоруссии. Видимо власти воспринимали её участников как временное явление, связанное только с предвыборной кампанией, и соответственно к ней относились. Власти недооценили потенциал новой оппозиции, в частности, не просчитали перспективы её деятельности в послевыборный период.
Новые оппозиционеры придерживаются, как правило, космополитических взглядов на белорусское будущее и во главу угла выносят дистанцирование Белоруссии от России. Вместе с тем неверно будет утверждать, что новая оппозиция появилась, образно говоря, на пустом месте.
Предпосылки для новой оппозиции заложил нынешний белорусский мининдел Владимир Макей, создав при себе пул «интеллектуалов». Они насыщали белорусское информпространство и снабжали госаппарат деструктивными идеями. Сейчас новая оппозиция придала им масштабность и предпринимает усилия по их воплощению в жизнь.
Почему острие раздражения новой оппозиции и макеевских оппозиционеров направлено против российско-белорусских отношений?
Белоруссия встроена в региональное разделение труда, или, выражаясь языком современной терминологии, в региональную систему цепочек добавленной стоимости. Их большую часть составляют экономические связи с Россией, что взаимовыгодно обусловлено территориальным соседством, условиями исторического развития, родством менталитетов. Экономика служит прочной основой экономической независимости и государственной самостоятельности Белоруссии.
Первым и наиболее ощутимым последствием демонтажа российско-белорусских отношений стало бы то, что персонал многочисленных белорусских промышленных предприятий и аграрных комплексов, получающих доход от российско-белорусского экономического сотрудничества, лишился бы работы. Вызванная этим волна недовольства создала бы условия для прихода к власти новой и макеевской оппозиции.
Что предлагает этот симбиоз оппозиций взамен взаимовыгодных историко-территориальных связей Белоруссии с Россией? Есть ли у них план? Утверждают, что планируют привести Белоруссию в ЕС. Как обычно, появляются реплики о том, что оппозиция будет уважать российско-белорусские отношения, но в чём тогда оппозиционность?
Однако, ЕС официально на этот счет молчит. Двусмысленная ситуация! Оппозиция предлагает то, над чем не властна. Может существуют негласные договоренности белорусской оппозиции с ЕС? Звучит правдоподобно! Иначе зачем западноевропейские политики нескончаемо призывают предоставить белорусскому народу право сделать выбор?! Под народом понимается оппозиция. Правда, глядя на эту оппозицию, невозможно даже в самых смелых фантазиях представить, что западные политики воспринимают их как равноправную сторону переговоров. Скорее всего, оппозиционерам предлагается статус исполнителей, как это было в подобной ситуации с польскими, латвийскими, литовскими и эстонскими оппозиционерами.
Как в оппозиции предполагают временные перспективы вестернизации Белоруссии? К примеру, Латвия, Литва, Эстония и Польша ожидали решения ЕС о своём присоединении более 10 лет, считая с даты подачи их официальной заявки. Украина получила твердый ответ, что вопрос о её возможном членстве в ЕС рассматриваться не будет в обозримой перспективе. На чей же опыт собирается ориентироваться оппозиция в призывах к вестернизации? Что тогда преобладает в этих призывах – демагогия, наивность или цинизм?
Другими словами, Запад, как свидетельствует польско-прибалтийский и украинский опыт, не будет спешить брать Белоруссию на довольствие. Да и времена не те! Евросоюз сам изыскивает возможности, как повыгоднее занять денег, чтобы преодолеть социально-экономический кризис, порождённый пандемией COVID-19.
Что же мотивирует ЕС и США беспардонно побуждать Белоруссию к вестернизации? Главными видятся два обстоятельства.
Так, НАТО, где главным компонентом выступают США, а их основными партнерами - ведущие страны ЕС, настойчиво реализует так называемую концепцию сдерживания России. Она, в частности, предусматривает размещение у российских границ крупных военных контингентов и поддержание их в постоянной готовности. Белоруссия сейчас выглядит как разрыв в цепи лимитрофных государств, созданной НАТО на западных границах России. Лимитрофные государства - это те, которые принимают иностранные войска и готовы в любой момент действовать по указанию извне. Понятно, что в НАТО хотели бы устранить изъян и включить Белоруссию в число лимитрофных государств, замкнув их цепь.
Есть и другой западный резон по Белоруссии. Её экономика хорошо структурирована, сбалансирована, характеризуется солидным производственным потенциалом, развитым аграрным комплексом. В таком виде она конкурентоспособна, и особенно по отношению к экономикам западных белорусских соседей. В этом смысле в Польше, Прибалтике, Северной Европе уже примеряют инструмент дробления и скупки белорусской экономики в свою пользу для устранения Белоруссии как конкурента.
Предположим, что приведённые выше обстоятельства будут расценены оппозицией как несущественные в их движении к так называемым западным «ценностям». Где видится место Белоруссии в системе этих «ценностей»?
В настоящее время политические элиты Польши, Латвии, Литвы, Эстонии, Украины, не умаляя достоинства самих стран и их населения, всячески упражняются в роли обслуги интересов стран Запада, прежде всего США.
Предлагаемый белорусской оппозицией путь ведёт Белоруссию в эту компанию обслуги западных интересов. Но там своя иерархия, которая твёрдо соблюдается, и Белоруссии придётся её принять, смириться и занять самую нижнюю строчку в табели о рангах, будучи готовой быть на побегушках!
Главный и принципиальный вопрос должен звучать так: зачем Белоруссии становиться обслугой у обслуги?
