Президент России Владимир Путин проявил незаурядные дипломатические способности, остановив активные боевые действия в Нагорном Карабахе между Арменией и Азербайджаном, которые грозили перерасти в куда более масштабную войну с вовлечением других государств. Речь прежде всего о Турцию, которая в карабахском конфликте была всецело на стороне Азербайджана. «В настоящее время трехстороннее заявление России, Армении и Азербайджана от 9 ноября последовательно реализуется. На линии соприкосновения и вдоль Лачинского коридора размещены российские миротворцы», ― об этом 2 декабря заявил Владимир Путин на саммите Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).
Цена посредничества главы России высока прежде всего в гуманитарном смысле – остановка боевых столкновений в регионе – это сохранение многих тысяч жизней военных и мирных граждан, которые могли погибнуть в случае продолжения войны.
В геополитическом же контексте весьма важен энергетический аспект «заморозки» военного конфликта в Карабахе – стабильность транзита энергоресурсов через территорию Турции могла быть нарушена в результате подрывов магистральных систем – нефтепровода Баку – Тбилиси – Джейхан (по которому, кстати, транспортируется и российская нефть) и Южно-Кавказского трубопровода (является начальным участком «Южного газового коридора»). А ведь стратегия этой страны нацелена на усиление своего транзитного статуса. Но при этом Анкара подталкивала Азербайджан к атаке на Нагорный Карабах. Что, по сути, подрывало безопасность транзитной трубопроводной инфраструктуры. То есть конфликт в Карабахе сильно повышал риски для турецкого транзита энергоресурсов. Причем уже до конца года транзитный потенциал Турции вырастет: 1 декабря лидер Азербайджана Ильхам Алиев в своем обращении к нации заявил, что проект «Южный газовый коридор» («ЮГК») будет полностью сдан в конце месяца: «Последняя часть «ЮГК» — ТАР — сдается в эксплуатацию». Составными частями «ЮГК» являются Южно-Кавказский трубопровод, TANAP и TAP. Турция получает азербайджанский газ по TANAP, который был введен в строй в июне 2018 года. TAP — это европейский участок «ЮГК» (пролегает через территории Греции и Албании, под Адриатическим морем, и выходит на берег в Италии), позволяющий транспортировать 10 млрд кубометров газа в год из Азербайджана на рынок Европы. В перспективе предполагается возможность удвоения его пропускной способности до 20 млрд кубометров в год.
Репутационные риски для Турции как транзитера теперь заметно понизились. Хотя конфликт в Карабахе своего рода урок по энергетической безопасности для Европы – ныне там должны яснее осознавать ценность поставок углеводородов по российским магистральным каналам. Карабахский конфликт позволил напомнить европейцам о том, что Турция создает не только возможности по транзиту альтернативного российскому газа, но синхронно может генерировать и существенные риски в плане стабильности поставок энергоресурсов.
Но также здесь важно понимать и стратегическую реальность того, что Турция – это не только «проводник» альтернативных российским нефтегазовых партий, но одновременно и значимый энергетический партнер России – причем как потребитель, так и транзитер энергоресурсов. Речь прежде всего о «Турецком потоке» – экспортном газопроводе из России в Турцию, пролегающем по дну Черного моря, и проектная мощностью которого составляет 31,5 млрд кубометров газа в год. Коммерческие поставки по системе начались 1 января 2020 года. Достройка продолжения второй нитки, газ которой будет поступать в Европу, планомерно идет в ряде стран-участниц проекта, в частности в Болгарии, Сербии и Австрии. 29 июня венгерская энергетическая группа MOL объявила о решении подключиться к этому газопроводу от границы с Сербией. Планируемая мощность сербско-венгерской межсетевой линии составит 6 млрд кубометров в год. Наблюдательный совет компании FGSZ (является владельцем и оператором системы газопроводов Венгрии) утвердил инвестиционный план строительства участка со сроком завершения до 1 октября 2021 года.
