Юрий Веселов, военный обозреватель
Начавшаяся 24 февраля специальная войсковая операция в Донбассе и на Украине заставила российский народ серьезно задуматься над той опасностью, которая грозила ему и государству Россия в случае развязывания киевским режимом войны у наших рубежей. Надо откровенно признать, что не все в Отчизне понимали суть и тяжесть происходивших на протяжении восьми лет событий в Донбассе, не говоря уже о степени и глубине результатов идеологической работы по привитию у населения другой части Украины ненависти к России и ее народу…
Демилитаризация и денацификация – цели России в операции, которую уже следовало бы назвать Второй Отечественной войной. Как и в Великую 1941-1945 годов, Россия ведет военные действия против фашизма, неонацизма и ярого, бесчеловечно кровавого и невиданного до настоящего времени терроризма. Следует отметить, что формы и методы террора украинских силовых структур, используемые против беззащитного населения своей страны, по своей бесчеловечности превосходят действия гитлеровских нацистов.
Терроризм не может быть местным, местечковым. Его цели и методы всегда одинаковы: запугать, внести панику и неверие в правду, подчинить своей воле путем запугивания, угрозами и смертью. Причем зачастую показательной смертью. В назидание другим. Тем, кто не может оказать сопротивление, то есть безоружным. Террор – это насильственные или вооруженные действия исключительно против мирного населения.
Правду говорят: терроризм не имеет национальности. Он может быть религиозным, как на Ближнем Востоке, или нацистским – как на Украине или в Европе. Что касается форм и методов, то они одинаковы. Разница только в масштабах террористических сил и питающей его базе. Нацисты киевского режима избрали в качестве средства государственной политики терроризм, который ярко проявил себя в необъявленной войне с народом Донбасса, а затем и в вооруженном сопротивлении объединенной группировке российских и донецких войск.
Излюбленная тактика террористов – захват заложников и использование мирных жителей в качестве «живого щита». Форма одна, методов много. В случае с Украиной нужно знать, что все без исключения ее силовые структуры не гнушаются использовать террористические методы. Это личный состав армии, пораженный метастазами махрового национализма, нацистские части и подразделения МВД типа «Азов» или «Айдар» (запрещены в РФ), специально сформированные для борьбы с «инакомыслящими» батальоны территориальной обороны, подразделения национальной службы безопасности и другие. Идеология этих вооруженных лиц – нацизм, ненависть ко всему русскому, культивируемые государством.
«Живой щит» и заложники. По сути, это одно и то же: сначала захват как можно большего количества граждан и их концентрация в определенном месте – лучше в расположении штабов или пунктов управления. Для этого используются здания школ, родильных домов, наконец, театров. Помещения с людьми минируются на случай вероятного наступления противника.
Государственный народный театр в Мариуполе – чем не пример! Там размещался штаб группы украинских нацистов, куда собрали сотни граждан, заминировали, а затем взорвали. Сколько человек погибло, неизвестно. По аналогии с захватом заложников в родильном доме в Буденновске, средней школе Северо-Осетинского города Беслан или музыкального театра на Дубровке в Москве. Другой пример – украинские нацисты захватили в заложники 17 детей и, прикрываясь ими, вышли из зоны боевых действий. По последним данным, дети находятся во Львове.
И опять же Мариуполь. Боевики батальона «Азов» и морские пехотинцы 36 бригады перед тем, как укрыться в цехах и других помещениях промышленного комплекса «Азовсталь», захватили около 1000 рабочих, которых используют и как заложников, и как специалистов, знающих каждый закоулок предприятия.
Те же методы используют исламские террористы на Ближнем Востоке. Так, в Сирии в провинции Идлиб практически все штабы, узлы связи и склады с оружием и боеприпасами мусульманских радикалов оборудованы под зданиями детских садов, школ, медицинских учреждений. Причем, многие из них находятся под патронажем ООН и расквартированные в провинции международные наблюдатели спокойно реагируют на действия террористов.
Разве это не терроризм – стрелять баллистическими ракетами и артиллерией по мирному населению городов и сел в отсутствие там войск или военных объектов? Последний случай – обстрел одного из населенных пунктов под Харьковом во время раздачи российскими военными продуктов населению.
Запрет на самостоятельный выезд или организованную эвакуацию гражданского населения из зон боевых действий – это также один из методов террористических действий. Так же, как и обстрелы колонн с беженцами. Сколько таких случаев происходит в последнее время.
Вполне естественно то, что на Западе ничего не известно о террористических действиях украинских нацистов. Так, гибель 21 человека в Донецке от ракетного удара была растиражирована в США и Европе как ракетный обстрел России Киева. Ранее российское командование обвинили в авианалете на родильный дом…
А чего стоят выдумки о подготовке Москвой, Донецком и Луганском использования отравляющих веществ против вооруженных формирований Украины, несмотря на то, что ранее представитель России в ООН заявил о планировании украинских нацистов провести террористическую акцию против мирного населения Харькова с использованием хлора? Повторяется история «отравления» газом в некоторых местах в Сирии, где «добровольными спасателями» выступали так называемые «белые каски», а на самом деле подготовленные британской разведкой боевики одной из местных террористических организаций.
Надо быть готовым к тому, что террористическая активность украинских нацистов будет только возрастать по причине острого ощущения ими неминуемого конца и народной кары за все содеянное. Быть может, именно страх и ужас перед расплатой также мотивируют их к продолжению ожесточенного сопротивления, выплескивая ненависть на гражданское население. Следует полагать, что нацисты не будут щадить и украинцев в крупных городах и столице – это их стиль: прихватить с собой в могилу как можно больше других жизней.
