2 октября 2006 / 13:42
В.Хрусталев, Дальневосточный корпункт ИА ИнфоРос
Первого октября в Республике Корея отмечается День вооруженных сил. Представляется, что в свете последних событий на Корейском полуострове имеет смысл сделать некоторые оценки военной мощи южан.
Однако обращаться к традиционным выкладкам о том, что силы самообороны РК вдвое меньше народной армии КНДР, пересчитывать танки и гаубицы неинтересно. Подобных материалов достаточно, и существенно перспективнее остановиться на ряде принципиально важных моментов появившихся в последние годы, которые часто упускают из виду многие аналитики.
На первом месте стоит проблема защиты ключевых объектов юга от потенциальных ракетных ударов КНДР, а вдоль ДМЗ и от ударов тактической авиации. Несмотря на плачевное состояние ВВС КНДР, соотношение сил с авиацией Юга в начале текущего десятилетия было паритетным. На первый взгляд подобное утверждение покажется странным, ведь значительную часть авиапарка боевых самолетов КНДР составляют МиГ-17, МиГ-19 и их китайские аналоги, вроде А-5С. Да и МиГи 21-й и 23-й серии к концу 1990-х не представляли особой угрозы ввиду отсутствия серьезной модернизации. Однако паритет достигался за счет слабости ПВО РК.
Так согласно закрытому отчету, получившему огласку в южнокорейских СМИ, боеспособность средств ПВО составляла лишь 10% от расчетной. Только 19% зенитных управляемых ракет были технически готовы к запуску, и лишь 8% способны к поражению воздушной цели. В основе же системы ПВО стояли зенитно-ракетные комплексы 1960-х годов "Хок" и "Найк Геркулес". Учитывая, что расстояние между потенциальными противниками ракета или самолет пролетают за 5-10 минут - это большая проблема. Защита от баллистических ракет предусматривалась за счет развертывания американцами в кризисной ситуации батарей "Патриотов". Так что с северокорейскими "СКАДами" в случае обстрела дело могло пойти еще хуже, чем с МиГами.
Сегодня ситуация стремительно меняется. Так РК разрабатывает собственный зенитно-ракетный комплекс средней дальности, предназначенный для замены ЗРК "Хок". В этом проекте задействованы шестнадцать корейских фирм и шесть исследовательских институтов, общая стоимость работ оценивается в сумму более 500 миллионов долларов.
В интересах противоракетной обороны Южная Корея намеревается закупить 48 зенитных управляемых ракет SM-2 Block IIIB Tactical Standard с транспортно-пусковыми контейнерами, запасными частями и принадлежностями. Вооруженные этими ракетами эсминцы, наряду с японскими и американскими боевыми кораблями, составят морской компонент системы ПРО на Тихом океане. Наземный компонент - это восемь батарей "Патриот" РАС-3. Таким образом, в ближайшие годы южнокорейцы обретут способность отражать ракетные и авиационные удары со стороны севера самостоятельно и с приемлемой эффективностью.
Вторая важная тенденция заключается в наращивание Сеулом своего ракетного арсенала, в том числе и при поддержке США. Так с 1997 по 2000 годы США поставляли Южной Корее оперативно-тактические ракеты ATACMS "Block 1" с радиусом действия 165 км. В декабре 2001 года в РК было принято решение о покупке ракет ATACMS "Block 1А" с дальностью 300 км. До конца текущего года она получит 111 ракет. Причем если отклонение от цели у "Block 1" было около 300 м, то у "Block 1А" не более 25 м. Кассетная боевая часть "Block 1" содержит 950 осколочно-кумулятивных суббоеприпасов M74 способных перепахать 33000 кв. м., т. е. поражается территория размером в четыре футбольных поля. Столица КНДР - Пхеньян находится в зоне досягаемости этих ракет, хотя их главная цель - незащищенная живая сила и техника, в первую очередь дальнобойная ствольная и реактивная артиллерия, а также пусковые установки ракет "Луна-М" и KN-02.
Однако на юге понимают, что для того чтобы поражать цели на всей территории Северной Кореи, нужны ракеты дальностью 500 км. И вот 21 сентября высокопоставленный военный источник в Сеуле сообщил о создании крылатой ракеты с дальностью полета до 500 км. Ракета получила название "Чхонрен", она спроектирована для вооружения трех дизель-электрических подводных лодок, которые поступят на вооружение флота в будущем году. Эти данные дают основание утверждать, что и в ракетной области между обеими Кореями теперь будет паритет.
Третья тенденция это активное развитие беспилотной авиации и наземной робототехники. В отношении беспилотных летательных аппаратов все более или менее ясно, но вот с боевыми роботами пока только предположения. Так планами предусматривается создание в течение 15 лет трех типов роботов. Первый из них, предназначен для разведки на местности, он должен быть создан к 2010 году. Этот робот будет иметь компактные размеры и вес до 20 килограммов, что сделает его транспортабельным. Робот может быть оснащен стрелковым оружием, средствами визуального наблюдения, детекторами отравляющих веществ и дозиметром, а также радаром. Также робот должен будет иметь возможность обнаруживать взрывные устройства. По замыслу он будет управляться дистанционно.
Второй тип - это полноценный боевой робот, оснащенный легким и стрелковым вооружением, в том числе противотанковыми и зенитными ракетными комплексами, а также тяжелым пулеметом. Машина будет иметь шесть или восемь ног и сможет перемещаться по сложным поверхностям подобно насекомому, а также будет способна к самостоятельному принятию решений в боевой обстановке. Ее рассчитывают создать к 2015 году.
Ну а к 2020-м годам вооруженные силы Южной Кореи получат тяжелых боевых роботов, способных к самостоятельному ведению боевых действий и оснащенных артиллерийским и ракетным вооружением. По мнению разработчиков, они должны будут коренным образом изменить современную картину на поле боя.
Какие из всего этого можно сделать выводы?
Вывод первый. Сегодня между Севером и Югом существует военный паритет. И хотя общее соотношение сил в пользу Юга и стремительно сдвигается дальше, Пхеньян все еще способен нанести в случае войны неприемлемый ущерб Сеулу даже без применения оружия массового поражения.
Вывод второй. Роль США в непосредственной защите Юга Кореи будет видимо снижаться. По крайней мере, это будет заметно в первой фазе возможного конфликта. На фоне быстрого наращивания возможностей Южной Кореи, состояние американской "опеки" оставляет порой желать лучшего. За примерами далеко ходить не надо. Так в период операции против Югославии в 1999 году Южная Корея вообще осталась без "радиоэлектронного прикрытия" со стороны своего союзника. Причина проста, против сербов было развернуто до 50% американских ВВС и до 100% всех действующих воздушных средств разведки и наблюдения.
К тому же в случае возможного наземного конфликта с КНДР, либо же иного конфликта в Тихоокеанском регионе, США не сможет адекватно и быстро отреагировать на угрозу. Об этом говорится в официальных правительственных и военных источниках США. Инспекция вооружений на складах американской морской пехоты в Южной Корее проводилась, начиная с октября 2004 года и до лета 2005 года. Выводы неутешительные. Инспектора из 4-й пехотной дивизии обследовали состояние вооружений и выяснили, что почти 80% тяжелого вооружения "не полностью функционально". Основные проблемы включают в себя вышедшие из строя двигатели, трансмиссии и трещины в стволах. Некоторые танки, по заключению специалистов, требуют более 1000 часов ремонта для устранения неполадок и поломок. Поэтому Сеулу в первую очередь надо надеяться на себя, по крайней мере, на суше.
Третий вывод состоит в том, что будущее быстро и неотвратимо наступает. То, о чем вчера говорили как о научной фантастике, сегодня испытывается, а завтра пойдет в серию. В военной области это особенно заметно. Это касается и боевых роботов. Так в 2007 году на военной базе сухопутных сил США Форт Беннинг в штате Джорджия пройдут первые комплексные испытания двух компонентов FCS - наземных и летательных автономных аппаратов. Южная Корея, Израиль и Япония тоже реализуют схожие проекты. Военные понимают: чтобы воевать на таком уровне, и чтобы противостоять ему, нужна новая организация вооруженных сил.
Все вышесказанное дает серьезнейший повод задуматься над состоянием Вооруженных Сил России и их так называемыми "перевооружением" и "реформированием".
Однако обращаться к традиционным выкладкам о том, что силы самообороны РК вдвое меньше народной армии КНДР, пересчитывать танки и гаубицы неинтересно. Подобных материалов достаточно, и существенно перспективнее остановиться на ряде принципиально важных моментов появившихся в последние годы, которые часто упускают из виду многие аналитики.
На первом месте стоит проблема защиты ключевых объектов юга от потенциальных ракетных ударов КНДР, а вдоль ДМЗ и от ударов тактической авиации. Несмотря на плачевное состояние ВВС КНДР, соотношение сил с авиацией Юга в начале текущего десятилетия было паритетным. На первый взгляд подобное утверждение покажется странным, ведь значительную часть авиапарка боевых самолетов КНДР составляют МиГ-17, МиГ-19 и их китайские аналоги, вроде А-5С. Да и МиГи 21-й и 23-й серии к концу 1990-х не представляли особой угрозы ввиду отсутствия серьезной модернизации. Однако паритет достигался за счет слабости ПВО РК.
Так согласно закрытому отчету, получившему огласку в южнокорейских СМИ, боеспособность средств ПВО составляла лишь 10% от расчетной. Только 19% зенитных управляемых ракет были технически готовы к запуску, и лишь 8% способны к поражению воздушной цели. В основе же системы ПВО стояли зенитно-ракетные комплексы 1960-х годов "Хок" и "Найк Геркулес". Учитывая, что расстояние между потенциальными противниками ракета или самолет пролетают за 5-10 минут - это большая проблема. Защита от баллистических ракет предусматривалась за счет развертывания американцами в кризисной ситуации батарей "Патриотов". Так что с северокорейскими "СКАДами" в случае обстрела дело могло пойти еще хуже, чем с МиГами.
Сегодня ситуация стремительно меняется. Так РК разрабатывает собственный зенитно-ракетный комплекс средней дальности, предназначенный для замены ЗРК "Хок". В этом проекте задействованы шестнадцать корейских фирм и шесть исследовательских институтов, общая стоимость работ оценивается в сумму более 500 миллионов долларов.
В интересах противоракетной обороны Южная Корея намеревается закупить 48 зенитных управляемых ракет SM-2 Block IIIB Tactical Standard с транспортно-пусковыми контейнерами, запасными частями и принадлежностями. Вооруженные этими ракетами эсминцы, наряду с японскими и американскими боевыми кораблями, составят морской компонент системы ПРО на Тихом океане. Наземный компонент - это восемь батарей "Патриот" РАС-3. Таким образом, в ближайшие годы южнокорейцы обретут способность отражать ракетные и авиационные удары со стороны севера самостоятельно и с приемлемой эффективностью.
Вторая важная тенденция заключается в наращивание Сеулом своего ракетного арсенала, в том числе и при поддержке США. Так с 1997 по 2000 годы США поставляли Южной Корее оперативно-тактические ракеты ATACMS "Block 1" с радиусом действия 165 км. В декабре 2001 года в РК было принято решение о покупке ракет ATACMS "Block 1А" с дальностью 300 км. До конца текущего года она получит 111 ракет. Причем если отклонение от цели у "Block 1" было около 300 м, то у "Block 1А" не более 25 м. Кассетная боевая часть "Block 1" содержит 950 осколочно-кумулятивных суббоеприпасов M74 способных перепахать 33000 кв. м., т. е. поражается территория размером в четыре футбольных поля. Столица КНДР - Пхеньян находится в зоне досягаемости этих ракет, хотя их главная цель - незащищенная живая сила и техника, в первую очередь дальнобойная ствольная и реактивная артиллерия, а также пусковые установки ракет "Луна-М" и KN-02.
Однако на юге понимают, что для того чтобы поражать цели на всей территории Северной Кореи, нужны ракеты дальностью 500 км. И вот 21 сентября высокопоставленный военный источник в Сеуле сообщил о создании крылатой ракеты с дальностью полета до 500 км. Ракета получила название "Чхонрен", она спроектирована для вооружения трех дизель-электрических подводных лодок, которые поступят на вооружение флота в будущем году. Эти данные дают основание утверждать, что и в ракетной области между обеими Кореями теперь будет паритет.
Третья тенденция это активное развитие беспилотной авиации и наземной робототехники. В отношении беспилотных летательных аппаратов все более или менее ясно, но вот с боевыми роботами пока только предположения. Так планами предусматривается создание в течение 15 лет трех типов роботов. Первый из них, предназначен для разведки на местности, он должен быть создан к 2010 году. Этот робот будет иметь компактные размеры и вес до 20 килограммов, что сделает его транспортабельным. Робот может быть оснащен стрелковым оружием, средствами визуального наблюдения, детекторами отравляющих веществ и дозиметром, а также радаром. Также робот должен будет иметь возможность обнаруживать взрывные устройства. По замыслу он будет управляться дистанционно.
Второй тип - это полноценный боевой робот, оснащенный легким и стрелковым вооружением, в том числе противотанковыми и зенитными ракетными комплексами, а также тяжелым пулеметом. Машина будет иметь шесть или восемь ног и сможет перемещаться по сложным поверхностям подобно насекомому, а также будет способна к самостоятельному принятию решений в боевой обстановке. Ее рассчитывают создать к 2015 году.
Ну а к 2020-м годам вооруженные силы Южной Кореи получат тяжелых боевых роботов, способных к самостоятельному ведению боевых действий и оснащенных артиллерийским и ракетным вооружением. По мнению разработчиков, они должны будут коренным образом изменить современную картину на поле боя.
Какие из всего этого можно сделать выводы?
Вывод первый. Сегодня между Севером и Югом существует военный паритет. И хотя общее соотношение сил в пользу Юга и стремительно сдвигается дальше, Пхеньян все еще способен нанести в случае войны неприемлемый ущерб Сеулу даже без применения оружия массового поражения.
Вывод второй. Роль США в непосредственной защите Юга Кореи будет видимо снижаться. По крайней мере, это будет заметно в первой фазе возможного конфликта. На фоне быстрого наращивания возможностей Южной Кореи, состояние американской "опеки" оставляет порой желать лучшего. За примерами далеко ходить не надо. Так в период операции против Югославии в 1999 году Южная Корея вообще осталась без "радиоэлектронного прикрытия" со стороны своего союзника. Причина проста, против сербов было развернуто до 50% американских ВВС и до 100% всех действующих воздушных средств разведки и наблюдения.
К тому же в случае возможного наземного конфликта с КНДР, либо же иного конфликта в Тихоокеанском регионе, США не сможет адекватно и быстро отреагировать на угрозу. Об этом говорится в официальных правительственных и военных источниках США. Инспекция вооружений на складах американской морской пехоты в Южной Корее проводилась, начиная с октября 2004 года и до лета 2005 года. Выводы неутешительные. Инспектора из 4-й пехотной дивизии обследовали состояние вооружений и выяснили, что почти 80% тяжелого вооружения "не полностью функционально". Основные проблемы включают в себя вышедшие из строя двигатели, трансмиссии и трещины в стволах. Некоторые танки, по заключению специалистов, требуют более 1000 часов ремонта для устранения неполадок и поломок. Поэтому Сеулу в первую очередь надо надеяться на себя, по крайней мере, на суше.
Третий вывод состоит в том, что будущее быстро и неотвратимо наступает. То, о чем вчера говорили как о научной фантастике, сегодня испытывается, а завтра пойдет в серию. В военной области это особенно заметно. Это касается и боевых роботов. Так в 2007 году на военной базе сухопутных сил США Форт Беннинг в штате Джорджия пройдут первые комплексные испытания двух компонентов FCS - наземных и летательных автономных аппаратов. Южная Корея, Израиль и Япония тоже реализуют схожие проекты. Военные понимают: чтобы воевать на таком уровне, и чтобы противостоять ему, нужна новая организация вооруженных сил.
Все вышесказанное дает серьезнейший повод задуматься над состоянием Вооруженных Сил России и их так называемыми "перевооружением" и "реформированием".
Также по теме:
Актуально