Александр Пасечник, руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности
Магистральный газопровод «Сила Сибири», по которому российский газ поступает в Китай, стал «сделкой века». Автор этого тезиса – российский лидер Владимир Путин. (20 марта на официальном сайте Кремля была опубликована статья для китайской газеты «Жэньминь Жибао»: «Россия и Китай — партнерство, устремленное в будущее»).
«Сила Сибири» заработала в конце 2019 года. Газ по магистрали поставляется по контракту с китайской госкомпанией CNPC. Ресурсная база – Чаяндинское (Якутия) и Ковыктинское (Иркутская область) месторождения.
Россия в 2022 году транспортировала по газопроводу в Поднебесную 15,5 млрд кубометров газа. Об этом рекорде в январе доложил вице-премьер РФ Александр Новак на совещании с главой кабмина Михаилом Мишустиным.
В 2021 году «Газпром» прокачал по трубопроводной системе «Сила Сибири» более 10 млрд кубометров, в 2023 году планируется поставить 22 млрд кубометров.
Цифры солидные, но не выглядят внушительными на фоне результатов еще одного стратегического поставщика газа в КНР – Туркменистана, который в прошлом году поставил в Поднебесную почти в три раза больше природного газа, чем Россия.
Кроме того, логичен вопрос о нынешней недозагрузке «Силы Сибири», номинал которой около 38 млрд кубометров. На этот пик «Газпрому» необходимо выходить, согласно контракту, только в 2025 году. Поэтому вроде как резон сейчас предложить китайским партнерам план форсирования сроков вывода «Силы Сибири» на проектную мощность. Причем «Газпром» располагает для этого ресурсными возможностями.
С другой стороны, у менеджмента росконцерна могут быть опасения, что активность обсуждения «Силы Сибири» может синхронно побудить китайских переговорщиков к еще большей сдержанности на «треке» по «Силе Сибири 2». У них появится дополнительный повод не торопиться с новым газовым контрактом ввиду «достаточности» динамики роста поставок российского «голубого топлива» по действующей магистрали.
Справедливо заметить, что Пекин предпочитает политику «сдерживания» для всего пула экспортеров газа. То есть, прежде всего решается задача синхронизации поставок энергоресурсов в Поднебесную из-за периметра с темпами роста республиканского потребления, а не формирования «любой ценой» крупного «стратегического задела». Поэтому уже заметен профицит газопроводных мощностей по доставке газа в КНР.
Скажем, Туркмения располагает инфраструктурным потенциалом выше нынешней планки поставок. В 2022 году, по данным китайской стороны, по магистрали «Туркменистан – Китай» в Поднебесную поставлено более 43 млрд кубометров, при том, что номинал этой трехлинейной (нитки А, В и С) трубопроводной системы заметно выше. Причина недозагрузки – еще и в сложности выйти переговорщикам на компромиссную цену. Китай не прочь согласиться на новые объемы при фиксации в формуле солидных скидок. Поэтому не удивительно, что в переговорах по плану постройки четвертой нитки (линия D), КНР не проявляет активности.
Похожая ситуация и в переговорах с «Газпромом» по «Силе Сибири 2» – их фаза «прогрессивная» (все ключевые параметры по проекту согласованы), однако нет главного – консенсуса по цене поставляемого газа. Все упирается в определение «справедливой» с точки зрения КНР расчетной формулы на российский газ. Здесь «Газпром» тоже не готов уступать.
Таким образом, власти КНР в принципе заинтересованы и готовы формировать стратегическую модель внешнего газообеспечения, то только в случае закрепления весьма лояльных ценовых параметров в контрактах с поставщиками «голубого топлива».
В этом году ожидаем официальный визит Владимира Путина в КНР по приглашению Си Цзиньпина. Не исключено, что его важным итогом станет подписание нового газового контракта на взаимовыгодных условиях.
