Европейский союз в своем развитии в настоящее время переживает сложный этап. Дело в том, что сегодня сообщество сохраняет структуру руководящих институтов и систему принятия решений, рассчитанную на организацию начала 90-х годов прошлого века, когда она состояла из 10-12 стран с близкой политической культурой. За последующие же годы в результате трех этапов расширения численность Евросоюза достигла 27 государств с различными национальными интересами и особенностями, политическими культурами. В этой связи, создание обновленной законодательной базы для расширенного союза стало важнейшим условием формирования единства объединенной Европы в новом формате, ее развития с целью стать одним из полюсов многополярного мира.
Такой законодательной базой должна была стать Конституция Евросоюза, проект которой был ратифицирован парламентским путем и на референдумах 18 из 27 стран – членов ЕС. Однако французы и голландцы, отвергнув на своих референдумах предложенный проект Конституции, заблокировали ситуацию и процесс принятия Основного закона в объединенной Европе был приостановлен.
В начале этого года европейцы большие надежды по реанимации процесса принятия Основного закона ЕС связывали с полугодовым председательством в Евросоюзе Германии, которая является одним из главных доноров бюджета ЕС и имеет большой политический вес в сообществе. Немаловажное значение имел и общепризнанный авторитет канцлера ФРГ Ангелы Меркель среди глав европейских государств и правительств. И Ангела Меркель оправдала надежды европейцев – после длительных дискуссий страны ЕС пришли к согласию – 22 июня с.г. на саммите организации принят новый базовый договор Евросоюза, который заменит проваленный проект Конституции и позволит союзу двигаться вперед в своем развитии. Но путь к согласию был достаточно трудным.
Длительное время на своих особых требованиях к проекту нового договора настаивали Великобритания, Дания, Нидерланды, Чехия. Например, Лондон традиционно дистанцировался от планов более тесной интеграции Евросоюза, отрицал положения договора, которые предусматривали контроль над внешней политикой Британии, общим юридическим правом, политикой в области налогов. Близких к Лондону позиций придерживались и Дания, Нидерланды, Чехия. Особенно они не хотят введения поста президента и министра иностранных дел Евросоюза, на чем настаивали Берлин, Париж и Мадрид. Но это, как оказалось, была умеренная оппозиция ЕС. После серии переговоров с ними удалось найти компромисс и согласие.
Главным же противником "конституционного саммита" и выносимого на него проекта нового договора выступила Польша, которая не желала идти ни на какие компромиссы по главному вопросу – системе голосования и принятия решения в рамках ЕС. Согласно ныне действующей системе у каждой из стран-членов ЕС есть определенное число голосов в соответствии с их демографическими, экономическими и другими показателями. Крупные страны Евросоюза называют такой подход "недемократичным и непрозрачным". Так, Германия с населением 82 млн. человек обладает практически тем же весом при голосовании, что и Польша с ее 38 млн. жителей (29 голосов против 27). Справедливо ли это?
Так вот, "старая Европа" во главе с Германией в новом договоре предложила систему "двойного большинства", которая заключается в том, что решение в Евросоюзе будет считаться принятым, если за него проголосовали представители 55% государств-членов ЕС, в которых проживает не менее 65% населения союза. При этом блокировать решение могут не одна страна, как сейчас, а не менее четырех стран. По мнению разработчиков проекта договора предлагаемая модель должна обеспечить достойное место "старой Европы" в сообществе, значительно упростить систему принятия решений и сделать более эффективной громоздкую систему управления в Евросоюзе.
Однако Польша не для того добивалась членства в Евросоюзе, чтобы быть в нем "на последних ролях". Кроме 67 млрд. евро, которые поляки получают ежегодно на национальные программы из европейских фондов, они хотят иметь еще и равное право при принятии решения в союзе. В сложившейся ситуации в Варшаве сильно сомневаются, что после принятия новой системы голосования такое право за Польшей останется, и опасаются, что "старые" западноевропейские государства ЕС смогут диктовать свои условия странам-новичкам из Восточной Европы.
И поляки, как говориться, "закусили удела", они готовы были скорее сорвать саммит, чем согласиться с немецкими инициативами. Они продолжали гнуть свою линию с упорством обреченных. В ход вновь пошел испытанный прием – использование "трагической истории Польши". Так, накануне саммита в одном из интервью польскому радио президент Лех Качинский заявил, что если бы не нацистские репрессии в Польше в годы Второй мировой войны, то сегодня численность населения страны была бы не 38 млн. человек, а "возможно достигла бы 66 миллионов, что дало бы Варшаве право претендовать на больший вес в Совете ЕС и при новой системе голосования". Не сработала и специальная резолюция Европарламента и Еврокомиссии по поддержке Польши в "мясном" противостоянии с Россией в замен на поддержку Варшавой конституционного договора. Польское руководство, отстаивая свою амбициозную исключительность, продолжало настаивать на введении системы "квадратного корня", когда при голосовании "вес" каждого государства определяется величиной квадратного корня от численности его населения. В результате 38-миллионная Польша получила бы шесть голосов, а 82-миллионная Германия – девять.
Нежелание Польши принимать новые правила навлекло на нее гнев всего "Старого света". Глава Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу даже пригрозил Польше отменой дотаций, которыми Варшава финансируется Брюсселем щедрее других стран Восточной Европы и получает, как уже отмечено выше, из бюджета Евросоюза 67 млрд. евро в год.
В конце концов и президент Польши Лех Качинский после длительных переговоров с лидерами Франции, Великобритании, Испании и Люксембурга вынужден был принять аргументы Ангелы Меркель и согласился с принятием формулы "двойного большинства" при распределении голосов в ЕС, но только в 2014 году.
В итоге, трудный путь к согласию в Европейском союзе на данном этапе завершен – преодолев все основные препятствия, на саммите ЕС был принят компромиссный вариант соглашения по новому базовому договору, который заменит отвергнутую французами и голландцами Конституцию. Главная особенность принятого документа состоит в том, что он имеет статус межгосударственного соглашения, для принятия которого нет необходимости прибегать к референдумам. В тоже время, принятое соглашение дает возможность проводить назревшие реформы в Евросоюзе, его институтов и управленческих структур, открывает перспективы дальнейшего развития и движения вперед объединенной Европы как одного из полюсов многополярного мира.
Такой законодательной базой должна была стать Конституция Евросоюза, проект которой был ратифицирован парламентским путем и на референдумах 18 из 27 стран – членов ЕС. Однако французы и голландцы, отвергнув на своих референдумах предложенный проект Конституции, заблокировали ситуацию и процесс принятия Основного закона в объединенной Европе был приостановлен.
В начале этого года европейцы большие надежды по реанимации процесса принятия Основного закона ЕС связывали с полугодовым председательством в Евросоюзе Германии, которая является одним из главных доноров бюджета ЕС и имеет большой политический вес в сообществе. Немаловажное значение имел и общепризнанный авторитет канцлера ФРГ Ангелы Меркель среди глав европейских государств и правительств. И Ангела Меркель оправдала надежды европейцев – после длительных дискуссий страны ЕС пришли к согласию – 22 июня с.г. на саммите организации принят новый базовый договор Евросоюза, который заменит проваленный проект Конституции и позволит союзу двигаться вперед в своем развитии. Но путь к согласию был достаточно трудным.
Длительное время на своих особых требованиях к проекту нового договора настаивали Великобритания, Дания, Нидерланды, Чехия. Например, Лондон традиционно дистанцировался от планов более тесной интеграции Евросоюза, отрицал положения договора, которые предусматривали контроль над внешней политикой Британии, общим юридическим правом, политикой в области налогов. Близких к Лондону позиций придерживались и Дания, Нидерланды, Чехия. Особенно они не хотят введения поста президента и министра иностранных дел Евросоюза, на чем настаивали Берлин, Париж и Мадрид. Но это, как оказалось, была умеренная оппозиция ЕС. После серии переговоров с ними удалось найти компромисс и согласие.
Главным же противником "конституционного саммита" и выносимого на него проекта нового договора выступила Польша, которая не желала идти ни на какие компромиссы по главному вопросу – системе голосования и принятия решения в рамках ЕС. Согласно ныне действующей системе у каждой из стран-членов ЕС есть определенное число голосов в соответствии с их демографическими, экономическими и другими показателями. Крупные страны Евросоюза называют такой подход "недемократичным и непрозрачным". Так, Германия с населением 82 млн. человек обладает практически тем же весом при голосовании, что и Польша с ее 38 млн. жителей (29 голосов против 27). Справедливо ли это?
Так вот, "старая Европа" во главе с Германией в новом договоре предложила систему "двойного большинства", которая заключается в том, что решение в Евросоюзе будет считаться принятым, если за него проголосовали представители 55% государств-членов ЕС, в которых проживает не менее 65% населения союза. При этом блокировать решение могут не одна страна, как сейчас, а не менее четырех стран. По мнению разработчиков проекта договора предлагаемая модель должна обеспечить достойное место "старой Европы" в сообществе, значительно упростить систему принятия решений и сделать более эффективной громоздкую систему управления в Евросоюзе.
Однако Польша не для того добивалась членства в Евросоюзе, чтобы быть в нем "на последних ролях". Кроме 67 млрд. евро, которые поляки получают ежегодно на национальные программы из европейских фондов, они хотят иметь еще и равное право при принятии решения в союзе. В сложившейся ситуации в Варшаве сильно сомневаются, что после принятия новой системы голосования такое право за Польшей останется, и опасаются, что "старые" западноевропейские государства ЕС смогут диктовать свои условия странам-новичкам из Восточной Европы.
И поляки, как говориться, "закусили удела", они готовы были скорее сорвать саммит, чем согласиться с немецкими инициативами. Они продолжали гнуть свою линию с упорством обреченных. В ход вновь пошел испытанный прием – использование "трагической истории Польши". Так, накануне саммита в одном из интервью польскому радио президент Лех Качинский заявил, что если бы не нацистские репрессии в Польше в годы Второй мировой войны, то сегодня численность населения страны была бы не 38 млн. человек, а "возможно достигла бы 66 миллионов, что дало бы Варшаве право претендовать на больший вес в Совете ЕС и при новой системе голосования". Не сработала и специальная резолюция Европарламента и Еврокомиссии по поддержке Польши в "мясном" противостоянии с Россией в замен на поддержку Варшавой конституционного договора. Польское руководство, отстаивая свою амбициозную исключительность, продолжало настаивать на введении системы "квадратного корня", когда при голосовании "вес" каждого государства определяется величиной квадратного корня от численности его населения. В результате 38-миллионная Польша получила бы шесть голосов, а 82-миллионная Германия – девять.
Нежелание Польши принимать новые правила навлекло на нее гнев всего "Старого света". Глава Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу даже пригрозил Польше отменой дотаций, которыми Варшава финансируется Брюсселем щедрее других стран Восточной Европы и получает, как уже отмечено выше, из бюджета Евросоюза 67 млрд. евро в год.
В конце концов и президент Польши Лех Качинский после длительных переговоров с лидерами Франции, Великобритании, Испании и Люксембурга вынужден был принять аргументы Ангелы Меркель и согласился с принятием формулы "двойного большинства" при распределении голосов в ЕС, но только в 2014 году.
В итоге, трудный путь к согласию в Европейском союзе на данном этапе завершен – преодолев все основные препятствия, на саммите ЕС был принят компромиссный вариант соглашения по новому базовому договору, который заменит отвергнутую французами и голландцами Конституцию. Главная особенность принятого документа состоит в том, что он имеет статус межгосударственного соглашения, для принятия которого нет необходимости прибегать к референдумам. В тоже время, принятое соглашение дает возможность проводить назревшие реформы в Евросоюзе, его институтов и управленческих структур, открывает перспективы дальнейшего развития и движения вперед объединенной Европы как одного из полюсов многополярного мира.
Также по теме:
Актуально