«На практике то, что Мерц делает, – это подготовка к войне» - заявил министр иностранных дел России Сергей Лавров в интервью телеканалу «RT».
Как отметил министр, «За последние полтора месяца многие европейские политики говорили на тему отношений с Российской Федерацией. До недавнего времени они исключительно в унисон требовали быть твердыми, не ослаблять поддержку и поставки оружия на Украину, финансировать её для того, чтобы Россия потерпела «стратегическое поражение» на поле боя.
Затем, когда поняли, что это все иллюзии, они сменили риторику. Их «планировщики», военные деятели готовили эту операцию, готовили украинцев для того, чтобы те своими руками и телами продвигали европейские интересы в войне с Россией. Но они поняли, что все эти планы провалились. Никто не смог сделать выводы из прошлых событий – вспомните «попытки» Наполеона и Гитлера. И вот они в очередной раз собрали под теми же нацистскими знаменами практически всю Европу, но только в отличие от Наполеона и Гитлера – пока еще не на поле боя, а в виде доноров, спонсоров, поставщиков вооружений, идеологических лидеров, и под теми же нацистскими знаменами бросили украинскую армию вместе с наемниками из разных стран, официальными инструкторами из стран НАТО. Мы об этом знаем. Эта очередная попытка привела к тому же, к чему приводили «авантюры» Наполеона и Гитлера. Но историю на Западе учат плохо. Видим это. Особенно в Германии, которую Вы упомянули.
Было несколько относительно спокойных лет при бывшем канцлере ФРГ А.Меркель, при таком не очень понятном периоде, когда канцлером был О.Шольц. Когда Ф.Мерц занял пост канцлера, он сделал яркие заявления, которые наводят на серьезные мысли. Сначала он сказал, что, снял конституционные ограничения на расходы на военные нужды. Затем он заявил, что это все необходимо для того, чтобы Германия вновь – подчеркиваю это слово – стала главной военной силой в Европе. Это достаточно серьезно отражает его менталитет и то направление, в котором идут его мысли. После этого он неоднократно повторял эту мысль. На практике то, что он делает, – это подготовка к войне.
То же самое происходило и во Франции. Президент Э.Макрон неоднократно говорил, что Украина не может проиграть. Уже не говорю про остальных – Премьер-министра Британии К.Стармера, главу Еврокомиссии У. фон дер Ляйен и Генсека НАТО М.Рютте.
Недавно Канцлер ФРГ Ф.Мерц сказал что-то вроде того, что Россия – это самая большая страна Европы. Хотелось бы сразу поправить. Россия – самая большая страна в Евразии (а не в Европе) и в мире. Нас в данном случае интересует Евразия как континент. Все предпринимавшиеся до сих пор попытки обеспечить безопасность на этом пространстве касались исключительно западной части Евразии – так называемой Европы. Все они выстраивались в русле евроатлантической концепции безопасности (НАТО).
Американцы не хотели и не хотят оставлять европейцев одних. Они хотят, чтобы европейцы сами оплачивали все свои военные приготовления, покупали оружие в США. Но терять контроль, «пригляд» за своими натовскими союзниками из Европы США, конечно же, не хотят.
Потом появилась Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе, которая тоже символизировала движение от «холодной войны» к мирному сосуществованию: равноправие, консенсус (все решается только с общего согласия) и многое другое. То, что ОБСЕ полностью себя дискредитировала, сейчас об этом даже говорить не приходится. Все это видят. Даже те, кто в период распада СССР и исчезновения Организации Варшавского договора говорили, что надо теперь и НАТО «закрывать», и, мол, давайте вместо альянса и Организации Варшавского договора будем укреплять ОБСЕ как нашу коллективную структуру, базирующуюся на честном равноправном балансе интересов. Сейчас они вспоминают об этом. Тогда у них это не получилось, потому что ни США, ни англичане, ни другие ведущие страны Североатлантического альянса категорически не хотели его распускать, а решили сделать наоборот. Настал «конец истории», о котором сказал Ф.Фукуяма, – либеральная идеология, «демократия» в ее западном понимании, НАТО как гарант безопасности везде и всюду. Теперь они, дескать, будут доминировать. Эта психология привела к нынешней ситуации.
Когда параллельно с ослаблением евроатлантических структур (ЕС тоже стал придатком НАТО, они даже документы подписали) голову стала поднимать Германия, то это начало вызывать тревогу не только у нас, но и во многих странах Европейского Союза. Там нарастает фронда и желание не позволить Германии в очередной раз подмять под себя всех остальных, тем более, что это «возрождение ФРГ» открыто увязывается Ф.Мерцем и его правительством с ее милитаризацией, подготовкой к войне.
Министр обороны Германии Б.Писториус по-прежнему говорит, что 2029-2030 гг. – рубеж, к которому им надо быть готовыми к войне против России. Не знаю, кого они пытаются убедить в том, что Россия будет на них нападать. Достаточно знать историю для того, чтобы такие глупые мысли тебя не посещали. Взгляните на аргументы, которые мы слышим от европейцев: «Россия ослабла», «Россия еле-еле продвигается по украинской территории», «Россия захватывает в день по чайной ложке этой земли», «у России ничего не получается», «пятый год войны», «огромные потери». Они пишут, что «Россия вынуждена преодолевать отставание по многим видам вооружений», рисуя для своих избирателей картинку слабой в военном и экономическом отношении России. При этом они тут же без какой-либо «прокладки» перекидывают «мостик» к тому, что поэтому надо готовиться к нападению России на них. Но если вы нас описываете как военно- и экономически ослабленную страну, то имейте хоть какое-то воображение, чтобы «вправлять мозги» своим избирателям чуть поэлегантнее.
Разговоры, о которых Вы упомянули, появились не только в Германии. Пару недель назад Президент Франции Э.Макрон в очередной раз заявил, что как-нибудь позвонит Президенту России В.В.Путину. Это несерьезно. Это жалкая дипломатия. Если ты хочешь позвонить и о чем-то поговорить всерьез, то позвони. Президент России всегда возьмет трубку, выслушает любые предложения, а если речь пойдет о серьезных предложениях, то смею Вас заверить – они не останутся без серьезной, конкретной, практической реакции.
У нас есть контакты с некоторыми европейскими лидерами. Они звонят и просят не объявлять об этих разговорах. Некоторые появляются здесь и «подпольно» контактируют. Но ничего из того, что европейские партнеры сообщают нам в ходе этих закрытых и конфиденциальных контактов, ничем не отличается от того, что они говорят публично. Это те же призывы: «давайте заканчивать», «надо что-то делать». Не вижу у Европы какой-либо позиции. Они попали в собственную ловушку. Заняли бескомпромиссную позицию: «стратегическое поражение России», «Украина не может проиграть, а Россия не может победить, иначе Европа потеряет лицо». Все то, что они сейчас делают, – не допустить и сорвать переговоры, которые наметились между нами и американцами, и теперь к ним подключаются украинские представители».
