Владимир Блинков, экономический обозреватель
Администрация Трампа намерена покончить с доминированием КНР в сфере редкоземельных металлов в течение 1-2 лет.
Сейчас импорт США из «недружественных стран» составляет от 14% (галлий) до 69% (графит). Причем большую часть РЗЭ США импортируют как раз из Китая (около 70%). В такой ситуации введённые Пекином в 2023–2024 гг. ограничения на экспорт ряда РЗЭ были восприняты в США как серьезные вызовы. Опасения еще более усилились, когда после введения Трампом ограничений на экспорт в КНР передовых чипов, в апреле 2025 г. под ограничения экспорта уже из КНР попали галлий (производство светодиодов и радаров), германий (оптоволокно и солнечные панели), сурьма (огнезащитные материалы и батареи), графит (литий-ионные аккумуляторы). Причем в министерстве коммерции КНР объявили, что в случае необходимости, экспортный контроль может быть расширен и на другие РЗЭ. Правда, после консультаций с Вашингтоном, введение новых ограничений было отложено до 10 ноября 2026 г.
Для преодоления отставания Вашингтон активизировал усилия по стимулированию притока частных инвестиций в отрасль. Сейчас американское правительство поддерживает проекты в США и за рубежом на общую сумму более 30 млрд долл. В частности, в июле 2025 г. министерство обороны США приобрело долю в компании MP Materials Corp., которая эксплуатирует единственное месторождение РЗЭ в Калифорнии. В течение 10 лет компания будет получать гарантированные минимальные цены на поставки, что защитит её от резких колебаний рынка. В ноябре 2025 г. правительство США выделило 1,4 млрд долл. на развитие инновационных технологий извлечения и переработки РЗЭ, а в январе 2026 г. купило 10% долю в компании USA Rare Earth за 1,6 млрд долл. В 2027 г. планируется ввести в эксплуатацию завод компании Vulcan в Северной Каролине по производству магнитов мощностью 10 тыс. тонн.
Отмечу, что возможности для расширения внутреннего производства РЗЭ ограничены невысокими подтверждёнными запасами (3,6 млн т), что значительно меньше, чем например в Канаде (14 млн т) и Китае (44 млн т). Поэтому американская администрация активно инвестирует в проекты за рубежом. В октябре 2025 г. она заключила соглашение с Австралией, которым предусматриваются обязательства сторон инвестировать до 3 млрд долл. в проекты по добыче РЗЭ. Чуть позднее подписала соглашение о финансировании на сумму 565 млн долл. в расширение редкоземельного рудника Пела-Эма в Бразилии. В феврале вступил в силу план действий США и Мексики по критически важным минералам. Американская концепция сделки по Гренландии также предполагает приобретение Вашингтоном права на добычу полезных ископаемых, в том числе РЗЭ. В зоне активности команды Трампа находятся Украина, Армения, страны Центральной Азии и ряд стран Африки. Так, в рамках двусторонних договорённостей Украина должна будет отчислять 50% доходов от продажи полезных ископаемых в формируемый «Американо-украинский инвестиционный фонд реконструкции».
В отношениях с «союзниками» по добыче РЗЭ администрация Трампа чётко обозначила свою роль в качестве «доминирующего» игрока, выступая за необходимость единого подхода, нацеленного на ослабление доминирования Китая. Так на состоявшейся 4 февраля в Вашингтоне министерской конференции, в которой приняли участие представители 54 стран мира и Еврокомиссии, было заявлено о курсе на создание «глобальной зоны преференциальной добычи и переработки сырья, производства конечной продукции и торговли РЗЭ», в которой нет места китайским компаниям. При этом США настаивали на использовании таможенных тарифов для регулирования минимальных цен на редкоземельные элементы.
Смогут ли эти действия США потеснить Китай? Последний сейчас доминирует на рынке РЗЭ. На его долю приходится не только треть мировых запасов, но и, что самое важное, около 90% мощностей по их разделению и рафинированию. Сейчас неважно, где выкопали руду - в Конго или Австралии, ее везут на очистку в КНР. И Китай, как считают в США, использует это преимущество и главное «китайское оружие» в ресурсной войне - демпинг. Как только на Западе открывается новая шахта по добыче редкоземов, Китай резко обваливает мировые цены на этот металл и западный проект становится нерентабельным и банкротится. Так Пекин уничтожил конкурентов в 90-х и 00-х. При этом, Пекин, по их мнению, использует одну из особенностей рынков РЗЭ - их высокую волатильность. Так в феврале 20026 г. цены на индий, ключевой компонент для сенсорных экранов, передовых полупроводников и солнечных технологий, достигли рекордных цен на рынках. По данным западных источников причиной стал рост спекуляций на китайской бирже Чжунляньцзинь из-за уменьшения предложения со стороны ключевых игроков – Китая (на 26%) и Южной Кореи. В итоге, в Роттердаме цены на индий достигли 600 долл./кг - максимум с 2015 г., рост на 55% за полгода.
С целью противодействовать такой практике в начале февраля администрация США объявила о запуске проекта Vault («Хранилище»), цель которого создание стратегического резерва критически важных полезных ископаемых стоимостью 12 млрд долл. По данным Bloomberg, проект Vault получит 10 млрд долл. от Экспортно-импортного банка США в виде 15-летнего кредита и еще 1,67 млрд долл. от частных инвесторов. Он будет работать как «покупатель последней инстанции» - заключать долгосрочные контракты по выкупу с новыми шахтами в дружественных странах. Закупками планируют заняться крупные сырьевые трейдеры: Hartree Партнеры, Traxys и Mercuria. Цель - создать подушку безопасности, аналогичную Нефтяному резерву, созданному в 70-х после арабского эмбарго, но для металлов. Предполагается, что, если Китай обвалит цены, Фонд выкупит у производителей продукцию по фиксированной цене, чтобы положить на склад, что повысит заинтересованность в инвестициях в добычу. Однако пока не ясно, что именно будет представлять собой это «хранилище»: реальные тонны металлов в бункерах или набор контрактов и прав на сырье.
Безусловно, такая мера позволит стабилизировать цены. Но, остается нерешенной проблема переработки. Сейчас в США не хватает перерабатывающих мощностей, а значит - часть резерва будет состоять из полуфабрикатов с ограниченным сроком хранения, которые затем надо реализовывать, что будет вызывать волатильность на рынках. Да и многие достигнутые договоренности – пока только документы о намерениях.
Китай свои технологии переработки нарабатывал несколько десятилетий. Так что, в условиях высокой стоимости рабочей силы в США, достичь эффективной переработки будет непросто, и поэтому исход борьбы совсем не ясен.
