7 сентября 2007 / 15:03
Алексей Ходоровский
Двойственность поведения "европейцев" в отношении России и однозначная позиция Вашингтона как традиционного опекуна европейской оборонной политики наталкивает на мысль, что враждебные проекты из напряженного политического прошлого до сих пор играют свою роль в числе стратегических оборонных приоритетов руководителей современных западных государств.
Что представляет сегодня сотрудничество в формате Россия — НАТО? Во-первых, это сотрудничество по линии проведения совместных учений; во-вторых – взаимодействие России и стран НАТО на пути создания противоракетной обороны театра военных действий (ПРО ТВД).
В конце прошлого года в Москве успешно прошли российско-натовские командно-штабные учения по противоракетной обороне, ставшие уже третьим мероприятием подобного рода. Два предыдущих были проведены в США и Нидерландах. Российско-натовские учения проводятся в соответствии с Римской декларацией о новых отношениях между Россией и НАТО 2002 года, определяющей формы взаимодействия между Россией и Североатлантическим альянсом.
Сейчас наши и натовские специалисты анализируют результаты учений, формируют выводы и рекомендации по улучшению взаимодействия, поиску "слабых мест". После совместного "разбора полетов" и получения согласованных рекомендаций будет определен и формат дальнейших учений. В данном случае учения не являются самоцелью. Они необходимы для слаживания сторон и, по сути, являются поводом для их сближения в рамках совместной деятельности.
Российским министром обороны Анатолием Сердюковым высоко оценено взаимодействие России и стран НАТО на пути создания европейского ПРО ТВД. При этом он отметил, что выработаны совместные концепции сотрудничества и применения сил. Отработаны вопросы организации взаимодействия командных структур группировок в ходе совместных командно-штабных учений. Проведена серьезная работа по исследованию совместимости российских и натовских противоракетных систем с помощью компьютерного моделирования. В результате такая совместимость была подтверждена, а значит можно вести речь о существенном повышении эффективности противоракетной обороны.
Осветив вкратце два аспекта международного военного сотрудничества между Россией и Североатлантическим альянсом, можно бы и считать, что первое зерно процесса интеграции России в НАТО по линии коллективной противоракетной обороны брошено. Не подвела бы политическая почва, интенсивно удобряемая руководством Страны свободы и демократии.
После одностороннего выхода США из Договора по ПРО и в России и в НАТО поняли: европейский диалог по вопросам противоракетной обороны необходим. Неконтролируемое, одностороннее создание систем ПРО в Европе - это своего рода новая "берлинская стена", которая может разделить всех по принципу - если ты не с нами (вне рамок европейской ПРО), то ты наш враг. Между Россией и странами НАТО осуществляется достаточно интенсивный диалог по различным аспектам противоракетной обороны. Конечно, наши подходы не во всем совпадают, но, по крайней мере, партнеры слышат друг друга и принимают во внимание мнение другого.
Однако одновременно мы наблюдаем и другой процесс – отдельные страны НАТО на двустороннем уровне многовекторно выстраивают отношения, не всегда согласованные с общей линией альянса, которые не согласуются с ходом сотрудничества с Россией.
Речь идет о намерениях США развернуть в одной из стран Восточной Европы позиционный район противоракетной обороны. Как заявляют в Вашингтоне, этот объект, оставаясь элементом ПРО США, будет решать задачи обороны европейских союзников. При таком определении цели его развертывания возникает целый ряд вопросов.
Например, не ясно, какую угрозу для Европы позволит нейтрализовать район ПРО в Польше (именно это государство стремится выйти на первое место среди кандидатов на роль исключительного противоракетного партнера США). Что касается тезиса о том, что создание европейского объекта ПРО стимулируется ракетными испытаниями Северной Кореи, то он становится несостоятельным после одного взгляда на глобус.
Идея развертывания района ПРО в Европе наряду с военным имеет еще и некий символический аспект. Через 15 лет после окончания "холодной войны" в Европе созданы условия, когда континент вновь не способен обойтись без усиленной американской опеки, без расширения американского военного присутствия. Это означает, что усилия, предпринимаемые Евросоюзом по формированию военных структур, потенциально не могут быть успешными без американского кураторства.
"Такие решения мы расцениваем как шаги, направленные на подрыв существующей системы безопасности, создание новых разграничительных линий на европейском континенте", - подчеркнул однажды глава оборонного ведомства России А.Сердюков, выступая на недавнем заседании Совета Россия – НАТО на уровне министров обороны. Позиционный район ПРО США, создаваемый для борьбы с несуществующими иранскими ракетами, заметил он, способен оказывать негативное влияние на реально существующий российский потенциал сдерживания.
По словам Анатолия Сердюкова, из-за реализации США планов по развертыванию в Европе третьего позиционного района ПРО США и возможной интеграции с программами по созданию ПРО в Европе дальнейшее сотрудничество РФ с ЕС в этой области значительно усложнилось.
Наша страна готова продолжать взаимодействие в рамках ПРО театра военных действий с НАТО в формате, который согласован в программе работы Совета Россия — НАТО на 2007 год. Но такое сотрудничество возможно лишь до тех пор, пока оно не начнет трансформироваться в создание системы, направленной против России.
Теперь о возможности реализации альтернативного проекта совместного использования Россией и США Габалинской РЛС, которую наша страна арендует у Азербайджана. Эта тема стала предметом двустороннего обсуждения начиная с Хайлигендаммского саммита. Именно тогда впервые после путинского предложения президент Бушь почувствовал себя буквально неважно. Об этом обстоятельстве еще подшучивали некоторые журналисты, каламбуристо заявляя, что Буша ПРОнесло.
Рвение американской стороны расшириться на Восточную Европу в части ПРО выражается не столь явно, но от намеченного Вашингтон отступаться пока не желает – отодвинуты лишь сроки.
К сожалению, российские аргументы относительно негативных последствий размещения элементов стратегической противоракетной обороны США в Европе нашими партнерами, как сказал Анатолий Сердюков, игнорируются. В очередной раз это подтвердило заседание Североатлантического совета, состоявшееся в июне. Комментируя его решения, генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер заявил, что ни один из 26 министров обороны стран – членов альянса не выступил с критикой американского проекта.
Генсек также признал, что в результате реализации этого проекта южные государства альянса, включая Турцию, Грецию, Болгарию и восточную часть Румынии, останутся не прикрыты от ракетной угрозы. Их защиту должна будет обеспечить вспомогательная тактическая противоракетная система, которая будет создаваться силами НАТО, решение о строительстве которой должно быть принято на саммите
В свою очередь министр обороны США Роберт Гейтс на пресс-конференции по итогам заседания Совета Россия — НАТО сказал, что Америка не откажется от создания системы противоракетной обороны в Европе.
Российское же предложение о совместном использовании радиолокационной станции в Азербайджане Вашингтон рассматривает исключительно как дополнительный ресурс для европейской системы ПРО. Этакий мягкий политически отточенный отказ "по-японски".
Что представляет сегодня сотрудничество в формате Россия — НАТО? Во-первых, это сотрудничество по линии проведения совместных учений; во-вторых – взаимодействие России и стран НАТО на пути создания противоракетной обороны театра военных действий (ПРО ТВД).
В конце прошлого года в Москве успешно прошли российско-натовские командно-штабные учения по противоракетной обороне, ставшие уже третьим мероприятием подобного рода. Два предыдущих были проведены в США и Нидерландах. Российско-натовские учения проводятся в соответствии с Римской декларацией о новых отношениях между Россией и НАТО 2002 года, определяющей формы взаимодействия между Россией и Североатлантическим альянсом.
Сейчас наши и натовские специалисты анализируют результаты учений, формируют выводы и рекомендации по улучшению взаимодействия, поиску "слабых мест". После совместного "разбора полетов" и получения согласованных рекомендаций будет определен и формат дальнейших учений. В данном случае учения не являются самоцелью. Они необходимы для слаживания сторон и, по сути, являются поводом для их сближения в рамках совместной деятельности.
Российским министром обороны Анатолием Сердюковым высоко оценено взаимодействие России и стран НАТО на пути создания европейского ПРО ТВД. При этом он отметил, что выработаны совместные концепции сотрудничества и применения сил. Отработаны вопросы организации взаимодействия командных структур группировок в ходе совместных командно-штабных учений. Проведена серьезная работа по исследованию совместимости российских и натовских противоракетных систем с помощью компьютерного моделирования. В результате такая совместимость была подтверждена, а значит можно вести речь о существенном повышении эффективности противоракетной обороны.
Осветив вкратце два аспекта международного военного сотрудничества между Россией и Североатлантическим альянсом, можно бы и считать, что первое зерно процесса интеграции России в НАТО по линии коллективной противоракетной обороны брошено. Не подвела бы политическая почва, интенсивно удобряемая руководством Страны свободы и демократии.
После одностороннего выхода США из Договора по ПРО и в России и в НАТО поняли: европейский диалог по вопросам противоракетной обороны необходим. Неконтролируемое, одностороннее создание систем ПРО в Европе - это своего рода новая "берлинская стена", которая может разделить всех по принципу - если ты не с нами (вне рамок европейской ПРО), то ты наш враг. Между Россией и странами НАТО осуществляется достаточно интенсивный диалог по различным аспектам противоракетной обороны. Конечно, наши подходы не во всем совпадают, но, по крайней мере, партнеры слышат друг друга и принимают во внимание мнение другого.
Однако одновременно мы наблюдаем и другой процесс – отдельные страны НАТО на двустороннем уровне многовекторно выстраивают отношения, не всегда согласованные с общей линией альянса, которые не согласуются с ходом сотрудничества с Россией.
Речь идет о намерениях США развернуть в одной из стран Восточной Европы позиционный район противоракетной обороны. Как заявляют в Вашингтоне, этот объект, оставаясь элементом ПРО США, будет решать задачи обороны европейских союзников. При таком определении цели его развертывания возникает целый ряд вопросов.
Например, не ясно, какую угрозу для Европы позволит нейтрализовать район ПРО в Польше (именно это государство стремится выйти на первое место среди кандидатов на роль исключительного противоракетного партнера США). Что касается тезиса о том, что создание европейского объекта ПРО стимулируется ракетными испытаниями Северной Кореи, то он становится несостоятельным после одного взгляда на глобус.
Идея развертывания района ПРО в Европе наряду с военным имеет еще и некий символический аспект. Через 15 лет после окончания "холодной войны" в Европе созданы условия, когда континент вновь не способен обойтись без усиленной американской опеки, без расширения американского военного присутствия. Это означает, что усилия, предпринимаемые Евросоюзом по формированию военных структур, потенциально не могут быть успешными без американского кураторства.
"Такие решения мы расцениваем как шаги, направленные на подрыв существующей системы безопасности, создание новых разграничительных линий на европейском континенте", - подчеркнул однажды глава оборонного ведомства России А.Сердюков, выступая на недавнем заседании Совета Россия – НАТО на уровне министров обороны. Позиционный район ПРО США, создаваемый для борьбы с несуществующими иранскими ракетами, заметил он, способен оказывать негативное влияние на реально существующий российский потенциал сдерживания.
По словам Анатолия Сердюкова, из-за реализации США планов по развертыванию в Европе третьего позиционного района ПРО США и возможной интеграции с программами по созданию ПРО в Европе дальнейшее сотрудничество РФ с ЕС в этой области значительно усложнилось.
Наша страна готова продолжать взаимодействие в рамках ПРО театра военных действий с НАТО в формате, который согласован в программе работы Совета Россия — НАТО на 2007 год. Но такое сотрудничество возможно лишь до тех пор, пока оно не начнет трансформироваться в создание системы, направленной против России.
Теперь о возможности реализации альтернативного проекта совместного использования Россией и США Габалинской РЛС, которую наша страна арендует у Азербайджана. Эта тема стала предметом двустороннего обсуждения начиная с Хайлигендаммского саммита. Именно тогда впервые после путинского предложения президент Бушь почувствовал себя буквально неважно. Об этом обстоятельстве еще подшучивали некоторые журналисты, каламбуристо заявляя, что Буша ПРОнесло.
Рвение американской стороны расшириться на Восточную Европу в части ПРО выражается не столь явно, но от намеченного Вашингтон отступаться пока не желает – отодвинуты лишь сроки.
К сожалению, российские аргументы относительно негативных последствий размещения элементов стратегической противоракетной обороны США в Европе нашими партнерами, как сказал Анатолий Сердюков, игнорируются. В очередной раз это подтвердило заседание Североатлантического совета, состоявшееся в июне. Комментируя его решения, генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер заявил, что ни один из 26 министров обороны стран – членов альянса не выступил с критикой американского проекта.
Генсек также признал, что в результате реализации этого проекта южные государства альянса, включая Турцию, Грецию, Болгарию и восточную часть Румынии, останутся не прикрыты от ракетной угрозы. Их защиту должна будет обеспечить вспомогательная тактическая противоракетная система, которая будет создаваться силами НАТО, решение о строительстве которой должно быть принято на саммите
В свою очередь министр обороны США Роберт Гейтс на пресс-конференции по итогам заседания Совета Россия — НАТО сказал, что Америка не откажется от создания системы противоракетной обороны в Европе.
Российское же предложение о совместном использовании радиолокационной станции в Азербайджане Вашингтон рассматривает исключительно как дополнительный ресурс для европейской системы ПРО. Этакий мягкий политически отточенный отказ "по-японски".
Также по теме:
Актуально