Антон Платов, международный обозреватель
Владимир Путин, назвавший экс-канцлера Германии Герхарда Шредера в качестве возможного посредника от Европы на переговорах с Россией, как справедливо заметила немецкая газета Tagesspiegel, послал тем самым политический сигнал Брюсселю.
Российский лидер дал понять, что контакты с Москвой не должны быть исключительно американской зоной ответственности, и определиться с кандидатурой переговорщика от Евросоюза надлежит самим европейцам. Причем это должен быть политик, как способный самостоятельно отстаивать европейские интересы, так и не запятнавший себя русофобскими высказываниями.
Однако идея назначения экс-канцлера Германии в качестве доверенного лица ЕС была решительно отвергнута брюссельскими евробюрократами. Взамен Шредера свою кандидатуру не преминула выдвинуть глава дипломатии ЕС Кая Каллас, которая как сторонница изоляции России и жесткого курса на нанесение ей стратегического поражения, Москву, понятно, никак не устраивает.
После этого взоры журналистов были обращены к другому экс-канцлеру ФРГ - Ангеле Меркель, которая поспешила исключить себя из списка потенциальных кандидатов, указав при этом, что ведение переговоров с Кремлем является прерогативой действующих политиков ЕС.
Здесь заметим, что доверие политического руководства РФ Меркель утратила еще в декабре 2022 года, когда призналась, что Минские соглашения были подписаны с одной целью – усилить Украину для войны с Россией.
Европа сегодня разделена на два лагеря: тех, кто высказывается за возобновление диалога с Москвой, а это в первую очередь Франция, Италия, Бельгия, Словакия и Финляндия, и тех, кто занимает жесткую антироссийскую позицию – прибалтийские государства, Польша и скандинавские страны, поддерживаемые политическим истеблишментом ЕС во главе с русофобкой Урсулой фон дер Ляйен и ее приспешницей Каллас.
Председатель Европейского совета, объединяющего глав государств и правительств стран, Антониу Коста, со своей стороны, заявил, что у ЕС есть «потенциал» для переговоров с Россией и обсуждения будущего архитектуры безопасности в Европе. При этом он признал, что в Евросоюзе нет единого мнения относительно переговорной стратегии, в частности в том, что касается определения новых «красных линий» и уступок Москве.
Вопрос о том, кто может вести переговоры с Россией от имени ЕС, расколол европейцев: одни выступают в поддержку открытия канала коммуникации, другие настаивают на сохранении линии на выстраивание «железного занавеса». «Прежде чем обсуждать с Россией, мы должны обсудить между собой, о чем мы хотим с ними говорить», - подтвердила Каллас полярность мнений в рядах ЕС.
Для обсуждения возможной переговорной линии с Москвой министры иностранных дел ЕС встретятся на Кипре 27-28 мая.
«С того момента, как становится ясно, что мы не идем по пути военной победы Украины над Россией, необходимо вести переговоры. И если мы ведем переговоры, кажется абсурдным не говорить с Путиным», - прокомментировала экс-посол Франции в РФ Сильви Берманн. «Если европейцы хотят быть автономными, если мы взрослые, нам не нужно проходить через «папочку» (Дональда Трампа – прим.ред) в качестве посредника», - сказала она AFP.
С тем, что время для переговоров назрело, согласен президент Финляндии Александер Стубб. По его словам, среди европейских лидеров уже идут дискуссии насчет того, кто должен выступить представителем на переговорах, но решения пока нет. «Посмотрим, будет ли это специальный посланник или группа», - сказал он.
Президент Франции Эммануэль Макрон еще в начале 2026 года выразил желание, минуя «вашингтонский обком», возобновить прямой диалог с Владимиром Путиным, сократив тем самым число посредников.
Однако способен ли президент Пятой республики, которого премьер-министр Словакии Роберт Фицо назвал единственным потенциальным лидером ЕС с общеевропейским видением, взять на себя ответственность за контакты с Москвой?
Однозначного ответа на этот вопрос нет.
После того, как в 2022 году Макрон «слил» телефонный разговор с Путиным, он окончательно лишился доверия Кремля. Вместе с тем, французский президент дольше всех в Европе поддерживал диалог с президентом РФ после начала СВО. И за это Макрон подвергался критике со стороны стран Восточной и Северной Европы.
По информации немецкого журнала Spiegel, Германия, со своей стороны, склонна рассматривать «кандидатуру президента Франка-Вальтера Штайнмайера на пост переговорщика». Правда, и его кандидатура ассоциируется в Москве с провалом Минских соглашений по вине Запада.
Очевидно, что европейцы не хотят быть маргинализированы Соединенными Штатами, но выбор посредника сопряжен с закулисными дискуссиями на фоне соперничества за европейское лидерство.
Премьер-министр Италии Джорджия Мелони призвала коллег не совершать ошибку, восстанавливая коммуникацию с Россией в «разрозненном порядке». Чтобы говорить «единым голосом», глава итальянского кабмина видит решение в учреждении должности специального посланника Европы. И окружение Мелони уже назвало имя потенциального кандидата: экс-премьер Италии и бывший председатель Европейского центрального банка Марио Драги. Он пользуется непререкаемым авторитетом в Европе и считается нейтральной политической фигурой. Правда – он один из олицетворений европейского глобализма.
Словом, серьезных переговорщиков в Европе не просматривается. Перевелись видимо деятели калибра Талейрана и Меттерниха.
Так или иначе, было бы любопытно узнать мнение рядовых европейцев о необходимости возобновления контактов с Россией. Однако опросов на этот счет пока не проводилось.
Похоже, глобальная элита ЕС боится, что мнение граждан может оказаться далеко не тем, на которое они рассчитывают.
Российские власти готовы идти вперед в диалоге с ЕС настолько, «насколько будут готовы европейцы», заявил пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. В то же время он подчеркнул, что российская сторона не намерена инициировать такие контакты, «как неоднократно говорилось Путиным, после той позиции, которую заняли европейцы».
Таким образом, мяч сейчас на стороне европейцев. Но на определение кандидатуры переговорщика и переговорной линии у ЕС могут уйти недели, а то и месяцы.
С учетом же заявления президента РФ, что украинский конфликт идет к концу, проактивность в вопросе возобновления диалога с Москвой – в насущных интересах самой Европы.
