Европа рискует войти в зиму с дефицитом газа

Александр Пасечник, руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности; эксперт Финансового университета при Правительстве РФ

Европейский энергетический сектор входит в август 2026 года с грузом проблем, каждая из которых по отдельности могла бы считаться сезонной неприятностью, но в совокупности они складываются в системный кризис. Обмеление Дуная, уже вынудившее Венгрию снизить мощность АЭС «Пакш» на три четверти, исторический провал в заполнении газовых хранилищ, сохраняющаяся блокада Ормузского пролива и аномальная жара, повышающая спрос на электроэнергию, — все это заставляет сомневаться в том, что Европа сумеет пройти предстоящий отопительный сезон без серьезных потрясений.

Еще в конце июля ситуация с уровнем воды в Дунае вызывала опасения. К началу августа опасения превратились в реальность. В ночь на 4 августа премьер-министр Венгрии Петер Мадьяр сообщил в социальных сетях, что АЭС «Пакш» работает лишь на четверть своей номинальной мощности. Причина — критическое падение уровня воды в Дунае, из которого станция забирает воду для прямоточного охлаждения реакторов. Забор охлаждающей воды при текущих отметках стал технически ограниченным, и оператор был вынужден пойти на экстренное снижение нагрузки.

Более того, Мадьяр предупредил, что существует риск полной остановки станции. Синоптики прогнозируют новый температурный рекорд в ближайшие дни, а это означает, что уровень воды продолжит падать. Значение «Пакша» для энергобаланса Венгрии трудно переоценить: станция обеспечивает более половины внутренней выработки электроэнергии в стране. Её полное выбытие — это потеря примерно 2 гигаватт базовой генерации, которую невозможно заместить в короткие сроки без серьёзных последствий для энергосистемы.

Уже сейчас Венгрия вынуждена экстренно наращивать газовую генерацию, чтобы компенсировать выпавшую атомную мощность. А это означает дополнительный спрос на газ — спрос, который идет вразрез с и без того критическим графиком накопления запасов.

Пока политики обсуждают климатические риски, европейская газовая безопасность трещит по швам. По данным ассоциации Gas Infrastructure Europe (GIE) на 1 августа 2026 года, средний уровень запасов в подземных хранилищах газа Европы упал до 57,11%. Это не просто «низкий» показатель. Это абсолютный исторический минимум для соответствующей даты за всю историю наблюдений с 2011 года.

Предыдущий антирекорд принадлежал кризисному 2021 году, когда на ту же дату хранилища были заполнены на 57,28%. Сейчас трек 2026 года оказался еще хуже.

«Газпром» уже прокомментировал ситуацию, отметив, что разница в уровне запасов по отношению к прошлому году стремительно уходит в глубокий минус. На начало лета отставание составляло 8,2 млрд кубометров, а к концу июля оно достигло уже 12 млрд кубометров. По данным GIE, на 31 июля в европейских ПХГ находилось на 17,3% меньше газа, чем на ту же дату в 2025 году.

Важно отметить, что провал не является равномерным. Уровень запасов в ПХГ Германии, Нидерландов и Франции, которые являются основой энергосистемы ЕС, ниже среднего уровня по Европе. «Нехватка газа в подземных хранилищах создает серьезные риски для надежного газоснабжения европейских потребителей в период холодов», — предупреждает ПАО «Газпром».

Причин столь критического отставания несколько, и они образуют замкнутый круг. Во-первых, жаркая погода и вызванный ею рост спроса на кондиционирование заставляют сжигать газ здесь и сейчас, вместо того чтобы отправлять его в хранилища. Во-вторых, Европа лишена значительной части поставок СПГ из-за фактической блокады Ормузского пролива, а американские метановозы пока предпочитают ориентироваться на более выгодное азиатское направление. В-третьих, импорт трубопроводного газа также падает: поставки «Газпрома» в августе снижаются на 7% по отношению к прошлогоднему уровню. В-четвертых, ветрогенерация, которая должна была бы страховать газовую систему, не справляется со своей задачей. По данным WindEurope, с начала августа 2026 года ветроэлектростанции обеспечивают в среднем лишь 10% потребностей Европы в электроэнергии против 14% годом ранее.

Венгерский кризис вокруг АЭС «Пакш» лишь усугубляет эту картину. Вынужденное сжигание дополнительных объемов газа для компенсации выпавшей атомной генерации ускоряет истощение запасов в то время, когда они должны были бы расти.

Европейские хранилища подходят к отопительному сезону в состоянии исторического отставания. Любое похолодание в декабре или январе, когда спрос на газ традиционно подскакивает, приведет к резкому скачку цен, которые уже заметно прибавляют: спотовая цена на эталонном европейском хабе TTF уже закрылась 31 июля на уровне $696 за тысячу кубометров после $626 в среднем за июль. При дефиците предложения и полупустых хранилищах планка в $1000 за тысячу кубометров перестает казаться нереалистичной.

В этих условиях правительства европейских стран окажутся перед сложным выбором: вводить режим экономии или экстренно искать дополнительные объемы газа. И здесь мы подходим к самому болезненному для Брюсселя выводу. Единственным источником, способным быстро и в значительных объемах нарастить поставки трубопроводного газа, остается Россия. Венгрия, сохранившая долгосрочный контракт с «Газпромом», уже сейчас вынуждена задействовать этот ресурс для компенсации выпадающей атомной генерации.

Итак, энергетическая система ЕС этим летом попала в идеальный шторм. Климатические аномалии уже вынудили Венгрию снизить мощность АЭС «Пакш» на три четверти, а заполнение хранилищ пробило историческое дно. Геополитический кризис на Ближнем Востоке ограничивает поставки СПГ, возобновляемая энергетика не справляется, а импорт трубопроводного газа падает.

И чем ближе зима, тем отчетливее проступает реальность, которую в Брюсселе предпочитают не замечать. Единственным поставщиком, способным быстро и в значительных объемах нарастить поставки газа в Европу, остается Россия. Без этих объемов штатное прохождение пиковых зимних нагрузок может оказаться невозможным. А все прочие опции — от американского СПГ до норвежского трубопроводного газа при текущей конъюнктуре либо физически недоступны в требуемых масштабах, либо «уходят» в Азию.