Нынешняя политическая осень прошла под знаком дискуссий об итогах Второй мировой войны. Еще недавно эксперты обсуждали речь Владимира Путина в Вестерплатте (Польша). Теперь на смену ей пришли новые сюжеты. 16 сентября польский Сейм официально назвал ввод советских войск на территорию Западной Украины и Белоруссии четвертым разделом Польши. 24 сентября президент России Дмитрий Медведев с трибуны Генеральной Ассамблеи ООН объявил о необходимости противодействовать попыткам пересмотреть закрепленные в Уставе ООН итоги войны. Впервые в истории события прошлого становятся реальным фактором раскола в межгосударственных отношениях.

Сами дискуссии о пересмотре итогов Второй мировой войны начались более 60 лет назад и с тех пор не прекращались. Однако нынешние баталии вокруг "военного наследия" имеют международно-политическую направленность. Современный мировой порядок существует и функционирует на основе институтов Ялтинско-Потсдамской системы. Поэтому пересмотр итогов Второй мировой войны означает потрясение основ всей нынешней мировой системы.

В первую очередь это означает трансформацию понятия "державы-победительницы". Страны Восточной Европы при уже пугающей поддержке "общеевропейских" институтов внедряют тезис об "одинаковой ответственности Германии и СССР". В ответ Россия может сфокусировать внимание на предвоенной политике умиротворения Франции и Британии или на теме французского коллаборационизма в годы войны. Итогом станет размывание грани между победителями и побежденными во Второй мировой войне.

Возникает также вопрос о правомерности сохранения ограничений суверенитета Германии и Японии. Московский договор 1990 года снял с Германии остатки оккупационного статуса. Но он сохранил введенные Боннским договором 1952 года запреты на проведение референдумов по военно-политическим проблемам, на требование вывода иностранных войск до подписания мирного договора, на развитие ряда компонентов вооруженных сил и на принятие внешнеполитических решений без консультации с державами-победительницами. За минувшие 20 лет Германия создала цепочку прецедентов, позволивших ей восстановить статус великой державы без изменения Московского договора. Дискуссия о "равной ответственности СССР и Германии" поможет Берлину вывести эту проблему на международно-правовой уровень.

Схожая проблема существует и в отношении Японии. Ее суверенитет частично ограничен Конституцией 1947 года и американо-японским договором 1961 года. Теперь в японском обществе усиливаются настроения в пользу расширения военно-политических прав Токио. Дискуссия о пересмотре итогов войны создает для этого необходимый информационный фон.

Возникает правовой задел для реформы Совета Безопасности ООН. Снятие ограничений суверенитета позволит Германии и Японии всерьез претендовать на получение статуса постоянных членов Совета Безопасности ООН. Отпадают и аргументы, препятствующие приему в постоянные члены СБ ООН Бразилии, Аргентины, Индии, Австралии и Индонезии. Отсюда – один шаг до постановки вопроса о пересмотре института права вето у постоянных членов Совета Безопасности ООН.

Современная система национально-территориальных границ в Восточной Европе была установлена Ялтинскими соглашениями 1945 года. Распад СССР и СФРЮ в 1991 году не изменил ситуацию, поскольку распад шел по внутренним административным границам союзных республик. В Варшаве любят поговорить о необходимости России "покаяться" за сталинизм. Но именно Сталин настоял на передаче Польше исконно немецких земель Силезии, Померании и Восточной Пруссии. О "европейских ценностях" любят поговорить в Бухаресте, Братиславе и даже Белграде. Но именно Советский Союз настоял на передаче им ряда венгерских земель. Польские и прибалтийские политики часто заявляют, что "Вторая мировая не кончалась до сих пор". Как должны воспринимать подобные сентенции в Берлине, Риме и Будапеште?

В-пятых, все наши представления о морали базируются на итогах Нюрнбергского процесса 1946 года. В Нюрнберге возник прецедент осуждения за несоблюдение международного гуманитарного права. В Нюрнберге был поднят вопрос о вине определенных типов идеологии и философии. В Нюрнберге впервые был официально зафиксирован тезис о равенстве всех народов и рас. Пересмотр итогов войны открывает путь к пересмотру решений Нюрнберга. Последствием может стать возрождение старой, "донюрнбергской", морали с ее представлениями о нормальности межгосударственных войн и неравноправном положении этнических групп.

На первый взгляд пересмотр итогов Второй мировой войны выгоден прежде всего Германии и Японии, однако фактически от переоценки Ялтинско-Потсдамской системы получают политические "бонусы" США и большинство стран НАТО. Таким образом, сторонников пересмотра исторических ценностей гораздо больше, чем могло бы казаться на первый взгляд. А это уже означает, что попыток оценить историю иначе будет много. Сможет ли наш народ не поддаться на провокации Запада? Время покажет.