12 ноября 2010 года министр обороны Ирана бригадный генерал Ахмад Вахиди заявил, что сорванная сделка по поставке российских зенитных ракет С-300 не изменит оборонную стратегию Тегерана и развитие его военного потенциала. Он также добавил, что Исламская Республика будет добиваться "всеми законными средствами" выполнения Москвой обязательств по поставке ракетных комплексов, а также отметил, что вряд ли российская сторона заинтересована в приобретении репутации государства, которое разрывает подобные сделки в одностороннем порядке.
В 2007 году Москва и Тегеран заключили договор, по которому Россия должна была предоставить Ирану как минимум пять комплексов С-300. Реализация сделки неоднократно откладывалась, и после того, как летом 2010 г. решением Совета ёезопасности ООН на Иран были наложены санкции, запрещающие экспорт ряда оборонных технологий и вооружений, Россия отказалась поставлять ракеты исламской республике, сославшись на введенные санкции. Односторонний разрыв контракта Россией был крайне болезненно воспринят Ираном и значительно осложнил двусторонние отношения.
Следует учитывать, что интересы России и Ирана в Закавказье и Центральной Азии во многом совпадают как по вопросам региональных конфликтов, так и в других важных для обеих стран областях. С самого начала кризисных событий на Северном Кавказе Тегеран занял четкую и однозначную позицию по поддержке Москвы в восстановлении конституционного правопорядка в этом регионе и не встал на сторону исламских мятежников. ёолее того, власти Ирана приняли беспрецедентно жесткие меры для пресечения возможного транзита боевиков через территорию страны в горячие точки юга России.
Не менее важной для Москвы является позиция Тегерана по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. В этой, ставшей особенно болезненной для России в последние годы проблеме, Иран стал своеобразным щитом по противодействию наркотрафика из Афганистана и Пакистана. Успешной деятельности в этом направлении способствует тесное сотрудничество спецслужб двух государств, на которые возложены задачи борьбы с этим мировым злом. Кстати, до обострения обстановки вокруг Ирана российские представители руководства Федеральной Службы по контролю за оборотом наркотиков неоднократно заявляли о благотворном сотрудничестве с Ираном.
Трудно переоценить значение двусторонней кооперации в области ядерной энергетики. При содействии России в Иране в августе 2010 года запущена в эксплуатацию первая очередь АЭС, осуществляется обучение и подготовка иранских специалистов-ядерщиков для мирного использования атома. Иранцы выразили заинтересованность в помощи России по строительству новой атомной станции для производства электроэнергии.
В проведении национальной внешней политики Тегеран отрицает попытки установления Западом так называемого однополярного мира на планете, навязывание Соединенными Штатами своей гегемонии в отношениях с другими государствами. И в этом вопросе, как и многих других, позиции Тегерана и Москвы полностью совпадают.
Можно смело утверждать, что в настоящее время Исламская Республика Иран остается единственным независимым от США и Запада островком на Среднем Востоке, осмелившимся не подчиняться указаниям и окрикам из-за рубежа. Взяв курс на независимое развитие национальной экономики, в основу которого была положена программа основы на собственные силы, Тегеран добился в последние годы значительных результатов. В 2009 году рост ВВП страны составил 6,7 процента в большей степени за счет создания новых высокотехнологичных производств и внедрения передовых технологий.
Независимость, мощный рост экономики неподконтрольного Ирана с его несметными углеводородными богатствами вызывает увеличивающееся раздражение у Запада: нефтедобывающие возможности Саудовской Аравии и других арабских государств Персидского залива оказались на пределе, в покоренном американцами Ираке для обеспечения безопасности даже при самом лучшем раскладе карт необходимо сохранить военное присутствие Запада. И неизвестно, будет ли иракская нефть дешевой в условиях затрат на содержание в этой стране ограниченного контингента ВС США и Запада. А если предположить, что иракские шииты и сунниты все же замирятся, и Ирак станет непокорным ?
С учетом событий последних 10-15 лет и перспектив развития военно-политической обстановки в регионе Иран просто вынужден предпринимать меры по обеспечению национальной безопасности. В результате открытой агрессии Запада соседний Ирак оказался под военным контролем США, фактически разделенным на три части и неуправляемым с точки зрения безопасности. На востоке, в Афганистане те же американцы располагают мощной группировкой сил, насчитывающей около 140 тысяч человек. Можно ли иранскому руководству в этих обстоятельствах не усматривать угрозу суверенитету и безопасности своей страны?
Ситуация, в которой оказался Иран после запуска своей ядерной программы, очень напоминает обстановку накануне вторжения коалиционных сил Запада в Ирак в 2003 году. Только теперь в роли Садама Хусейна Махмуд Ахмадинежад, вместо химического оружия ядерное, а к США и Великобритании присоединился основной союзник Израиль.
Тель-Авив в этой ситуации выступает основным зачинщиком скандала и международных санкций, обвиняя Тегеран в стремлении создать атомное оружие под предлогом развития национальной программы ядерной энергетики. Не кто иной, как Израиль с яростным упорством отстаивает идею необходимости проведения военной акции против Ирана, подталкивая США если не к прямому участию в ней, то хотя бы к оправданию подобного удара и его международной защите.
В этих условиях российские зенитно-ракетные комплексы С-300, которые являются исключительно оборонительным оружием, пришлись бы очень кстати иранцам и могли бы существенно усилить боевые способности ВС Ирана в случае возникновения военного конфликта. Однако политика дело сложное и Россия, в конечном итоге отказалась от выполнения контракта с Ираном, стоимость которого составляла около миллиарда долларов.
Насколько оправдан этот шаг Москвы, возможно, покажет будущее. Россия не наложила "вето" на резолюцию Совета ёезопасности ООН, а лишь воздержалась от ее принятия. Поэтому можно считать, что формальной причиной отказа от поставок Ирану комплексов ПВО С-300 стала данная резолюция международного сообщества, игнорировать выполнение которой Россия не может.
Несомненно, такое решение для руководства России было очень сложным. Формальным поводом к его принятию явился отказ иранцев допустить специалистов-наблюдателей Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) на химические предприятия по обогащению ядерного топлива, на чем настаивает ООН. Несмотря на многочисленные российско-иранские консультации, Тегеран продолжает противодействовать данному виду контроля. Хотя МАГАТЭ осуществляет постоянный и полный контроль над всеми другими иранскими атомными объектами. Подобная позиция Ирана вызывает вполне обоснованную озабоченность России и опасения в ООН.
Следует подчеркнуть, что Иран, разрабатывая программу использования мирного атома, подписал Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), предусматривающий отказ от производства этого вида оружия. Тогда как тот же Израиль, по сведениям печати, уже в конце 80-х годов прошлого столетия располагал около 200 ядерными боеприпасами, и в настоящее время не отвергает, но и не признает факта наличия у него ядерного оружия. В то же время Тель-Авив выступает категорически против официального вхождения страны в "ядерный клуб", отказываясь от подписания ДНЯО.
Что касается Израиля, то понять руководство этого государства можно: страна находится в окружении враждебно настроенных к ней арабских соседей, и ядерное оружие собственного производства является мощным сдерживающим фактором безопасности Израиля. Появление "атомной дубинки" в других странах региона и, тем более, у мусульманского и непримиримого к еврейскому государству Ирана, в корне изменит баланс сил в регионе.
Отвечает ли интересам России изменение статус-кво на ёлижнем и Среднем Востоке, появление нового государства-обладателя оружием массового поражения? Даже в гипотетическом случае, если Иран будет использовать его исключительно в качестве средства сдерживания агрессии против него. Вполне очевидно, нет.
Россия, как и другие равноправные участники "ядерного клуба", в соответствии с принятыми на себя обязательствами должна не допускать появления новых стран-обладательниц ядерным оружием. Даже тех, кто является подписантом ДНЯО. В противном случае этот Договор полностью утратит силу и в условиях отсутствия правового барьера на попытки обладания подобным оружием массового уничтожения возникнет прецедент "цепной реакции" на появление в различных странах мира "национальных" атомных бомб.
Можно лишь представить себе, какую угрозу миру могут нести те режимы, которые вместо обычного будут использовать ядерное оружие для обеспечения собственной безопасности или достижения узких национальных интересов.
И все напрашивается вполне закономерный вопрос: можно ли удержать Израиль и поддерживающих его в США ястребов от развязывания на Среднем Востоке нового военного конфликта, возможные последствия которого трудно представить? Удастся ли России предотвратить войну против Ирана или же придется потерять доверие к себе руководства и народа этой страны?
Хочется надеяться, что Москва располагает достаточными средствами, чтобы не допустить развития обстановки вокруг Ирана по трагическому для него сценарию, и в качестве первого и важного шага убедить иранцев в целесообразности допуска представителей МАГАТЭ на все без исключения ядерные объекты. Продемонстрировав исключительно мирную направленность своей ядерной программы. В этом случае иранцы формально и официально ликвидируют поводы, используемые в Израиле и США для обвинений Тегерана в нарушении ДНЯО. Что касается России, то лишь только в этом случае российское правительство обретет мощное право в защиту национальных интересов Ирана.
Потеряла ли Россия в лице Ирана верного союзника и сильного экономического партнера на Среднем Востоке? Очевидно, что нет.
Обретение чувства независимости и силы, к сожалению, не всегда только положительно влияет на политику руководителей административных территорий и даже государств. В новейшей истории можно привести много примеров "левизны" малых и крупных политических лидеров, претендовавших на право проведения "истинной политики" в интересах своих народов. Ярким примером в России была Чечня, руководство которой "получило столько суверенитета, сколько могло взять". Опасные попытки пойти по чеченскому пути предпринимались и в некоторых других российских регионах
Но эта болезнь излечима. Для преодоления ее требуется время, оценка своих действий и места объекта, то есть страны, в системе международных отношений.
Судя по нынешней ситуации, Иран переживает болезнь "левизны". Хватит ли у его руководителей времени для осуществления анализа ситуации и принятия решения, отвечающего интересам иранского народа и государства в целом, покажет ближайшее будущее.
Что же касается зенитных ракетных комплексов С-300, то Россия готова в минимальные сроки выполнить контракт на их поставку Ирану, но и он при этом должен убедить ООН в ошибочности введенных против него санкций. Это откроет путь Москве для возобновления военного сотрудничества с Тегераном, который также должен учитывать и то, что даже в случае подтверждения ООН факта отсутствия у Ирана поползновений на создание атомной бомбы, угроза овладения Западом иранскими природными богатствами сохранится.
Кто, как не Россия в этих условиях будет защищать интересы Ирана и на правовой основе может оказывать ему военную помощь?
Президент М.Ахмадинежад недавно уведомил международное сообщество о том, что Иран готов возобновить переговоры с Россией, США, Китаем, Великобританией, Францией и Германией на тему развития национальной программы ядерной энергетики. При этом официальный Тегеран заявил, что не намерен обсуждать в ходе встреч вопрос о его праве на продолжение работ по обогащению урана для получения собственного топлива для АЭС.
И, хотя дата и место проведения судьбоносных для Исламской Республики переговоров пока не определены, все же хочется надеяться на то, что ходе обсуждений здравый смысл иранской стороны возобладает над неоправданными эмоциями и руководство страны сможет вернуть себе международное доверие.
В 2007 году Москва и Тегеран заключили договор, по которому Россия должна была предоставить Ирану как минимум пять комплексов С-300. Реализация сделки неоднократно откладывалась, и после того, как летом 2010 г. решением Совета ёезопасности ООН на Иран были наложены санкции, запрещающие экспорт ряда оборонных технологий и вооружений, Россия отказалась поставлять ракеты исламской республике, сославшись на введенные санкции. Односторонний разрыв контракта Россией был крайне болезненно воспринят Ираном и значительно осложнил двусторонние отношения.
Следует учитывать, что интересы России и Ирана в Закавказье и Центральной Азии во многом совпадают как по вопросам региональных конфликтов, так и в других важных для обеих стран областях. С самого начала кризисных событий на Северном Кавказе Тегеран занял четкую и однозначную позицию по поддержке Москвы в восстановлении конституционного правопорядка в этом регионе и не встал на сторону исламских мятежников. ёолее того, власти Ирана приняли беспрецедентно жесткие меры для пресечения возможного транзита боевиков через территорию страны в горячие точки юга России.
Не менее важной для Москвы является позиция Тегерана по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. В этой, ставшей особенно болезненной для России в последние годы проблеме, Иран стал своеобразным щитом по противодействию наркотрафика из Афганистана и Пакистана. Успешной деятельности в этом направлении способствует тесное сотрудничество спецслужб двух государств, на которые возложены задачи борьбы с этим мировым злом. Кстати, до обострения обстановки вокруг Ирана российские представители руководства Федеральной Службы по контролю за оборотом наркотиков неоднократно заявляли о благотворном сотрудничестве с Ираном.
Трудно переоценить значение двусторонней кооперации в области ядерной энергетики. При содействии России в Иране в августе 2010 года запущена в эксплуатацию первая очередь АЭС, осуществляется обучение и подготовка иранских специалистов-ядерщиков для мирного использования атома. Иранцы выразили заинтересованность в помощи России по строительству новой атомной станции для производства электроэнергии.
В проведении национальной внешней политики Тегеран отрицает попытки установления Западом так называемого однополярного мира на планете, навязывание Соединенными Штатами своей гегемонии в отношениях с другими государствами. И в этом вопросе, как и многих других, позиции Тегерана и Москвы полностью совпадают.
Можно смело утверждать, что в настоящее время Исламская Республика Иран остается единственным независимым от США и Запада островком на Среднем Востоке, осмелившимся не подчиняться указаниям и окрикам из-за рубежа. Взяв курс на независимое развитие национальной экономики, в основу которого была положена программа основы на собственные силы, Тегеран добился в последние годы значительных результатов. В 2009 году рост ВВП страны составил 6,7 процента в большей степени за счет создания новых высокотехнологичных производств и внедрения передовых технологий.
Независимость, мощный рост экономики неподконтрольного Ирана с его несметными углеводородными богатствами вызывает увеличивающееся раздражение у Запада: нефтедобывающие возможности Саудовской Аравии и других арабских государств Персидского залива оказались на пределе, в покоренном американцами Ираке для обеспечения безопасности даже при самом лучшем раскладе карт необходимо сохранить военное присутствие Запада. И неизвестно, будет ли иракская нефть дешевой в условиях затрат на содержание в этой стране ограниченного контингента ВС США и Запада. А если предположить, что иракские шииты и сунниты все же замирятся, и Ирак станет непокорным ?
С учетом событий последних 10-15 лет и перспектив развития военно-политической обстановки в регионе Иран просто вынужден предпринимать меры по обеспечению национальной безопасности. В результате открытой агрессии Запада соседний Ирак оказался под военным контролем США, фактически разделенным на три части и неуправляемым с точки зрения безопасности. На востоке, в Афганистане те же американцы располагают мощной группировкой сил, насчитывающей около 140 тысяч человек. Можно ли иранскому руководству в этих обстоятельствах не усматривать угрозу суверенитету и безопасности своей страны?
Ситуация, в которой оказался Иран после запуска своей ядерной программы, очень напоминает обстановку накануне вторжения коалиционных сил Запада в Ирак в 2003 году. Только теперь в роли Садама Хусейна Махмуд Ахмадинежад, вместо химического оружия ядерное, а к США и Великобритании присоединился основной союзник Израиль.
Тель-Авив в этой ситуации выступает основным зачинщиком скандала и международных санкций, обвиняя Тегеран в стремлении создать атомное оружие под предлогом развития национальной программы ядерной энергетики. Не кто иной, как Израиль с яростным упорством отстаивает идею необходимости проведения военной акции против Ирана, подталкивая США если не к прямому участию в ней, то хотя бы к оправданию подобного удара и его международной защите.
В этих условиях российские зенитно-ракетные комплексы С-300, которые являются исключительно оборонительным оружием, пришлись бы очень кстати иранцам и могли бы существенно усилить боевые способности ВС Ирана в случае возникновения военного конфликта. Однако политика дело сложное и Россия, в конечном итоге отказалась от выполнения контракта с Ираном, стоимость которого составляла около миллиарда долларов.
Насколько оправдан этот шаг Москвы, возможно, покажет будущее. Россия не наложила "вето" на резолюцию Совета ёезопасности ООН, а лишь воздержалась от ее принятия. Поэтому можно считать, что формальной причиной отказа от поставок Ирану комплексов ПВО С-300 стала данная резолюция международного сообщества, игнорировать выполнение которой Россия не может.
Несомненно, такое решение для руководства России было очень сложным. Формальным поводом к его принятию явился отказ иранцев допустить специалистов-наблюдателей Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) на химические предприятия по обогащению ядерного топлива, на чем настаивает ООН. Несмотря на многочисленные российско-иранские консультации, Тегеран продолжает противодействовать данному виду контроля. Хотя МАГАТЭ осуществляет постоянный и полный контроль над всеми другими иранскими атомными объектами. Подобная позиция Ирана вызывает вполне обоснованную озабоченность России и опасения в ООН.
Следует подчеркнуть, что Иран, разрабатывая программу использования мирного атома, подписал Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), предусматривающий отказ от производства этого вида оружия. Тогда как тот же Израиль, по сведениям печати, уже в конце 80-х годов прошлого столетия располагал около 200 ядерными боеприпасами, и в настоящее время не отвергает, но и не признает факта наличия у него ядерного оружия. В то же время Тель-Авив выступает категорически против официального вхождения страны в "ядерный клуб", отказываясь от подписания ДНЯО.
Что касается Израиля, то понять руководство этого государства можно: страна находится в окружении враждебно настроенных к ней арабских соседей, и ядерное оружие собственного производства является мощным сдерживающим фактором безопасности Израиля. Появление "атомной дубинки" в других странах региона и, тем более, у мусульманского и непримиримого к еврейскому государству Ирана, в корне изменит баланс сил в регионе.
Отвечает ли интересам России изменение статус-кво на ёлижнем и Среднем Востоке, появление нового государства-обладателя оружием массового поражения? Даже в гипотетическом случае, если Иран будет использовать его исключительно в качестве средства сдерживания агрессии против него. Вполне очевидно, нет.
Россия, как и другие равноправные участники "ядерного клуба", в соответствии с принятыми на себя обязательствами должна не допускать появления новых стран-обладательниц ядерным оружием. Даже тех, кто является подписантом ДНЯО. В противном случае этот Договор полностью утратит силу и в условиях отсутствия правового барьера на попытки обладания подобным оружием массового уничтожения возникнет прецедент "цепной реакции" на появление в различных странах мира "национальных" атомных бомб.
Можно лишь представить себе, какую угрозу миру могут нести те режимы, которые вместо обычного будут использовать ядерное оружие для обеспечения собственной безопасности или достижения узких национальных интересов.
И все напрашивается вполне закономерный вопрос: можно ли удержать Израиль и поддерживающих его в США ястребов от развязывания на Среднем Востоке нового военного конфликта, возможные последствия которого трудно представить? Удастся ли России предотвратить войну против Ирана или же придется потерять доверие к себе руководства и народа этой страны?
Хочется надеяться, что Москва располагает достаточными средствами, чтобы не допустить развития обстановки вокруг Ирана по трагическому для него сценарию, и в качестве первого и важного шага убедить иранцев в целесообразности допуска представителей МАГАТЭ на все без исключения ядерные объекты. Продемонстрировав исключительно мирную направленность своей ядерной программы. В этом случае иранцы формально и официально ликвидируют поводы, используемые в Израиле и США для обвинений Тегерана в нарушении ДНЯО. Что касается России, то лишь только в этом случае российское правительство обретет мощное право в защиту национальных интересов Ирана.
Потеряла ли Россия в лице Ирана верного союзника и сильного экономического партнера на Среднем Востоке? Очевидно, что нет.
Обретение чувства независимости и силы, к сожалению, не всегда только положительно влияет на политику руководителей административных территорий и даже государств. В новейшей истории можно привести много примеров "левизны" малых и крупных политических лидеров, претендовавших на право проведения "истинной политики" в интересах своих народов. Ярким примером в России была Чечня, руководство которой "получило столько суверенитета, сколько могло взять". Опасные попытки пойти по чеченскому пути предпринимались и в некоторых других российских регионах
Но эта болезнь излечима. Для преодоления ее требуется время, оценка своих действий и места объекта, то есть страны, в системе международных отношений.
Судя по нынешней ситуации, Иран переживает болезнь "левизны". Хватит ли у его руководителей времени для осуществления анализа ситуации и принятия решения, отвечающего интересам иранского народа и государства в целом, покажет ближайшее будущее.
Что же касается зенитных ракетных комплексов С-300, то Россия готова в минимальные сроки выполнить контракт на их поставку Ирану, но и он при этом должен убедить ООН в ошибочности введенных против него санкций. Это откроет путь Москве для возобновления военного сотрудничества с Тегераном, который также должен учитывать и то, что даже в случае подтверждения ООН факта отсутствия у Ирана поползновений на создание атомной бомбы, угроза овладения Западом иранскими природными богатствами сохранится.
Кто, как не Россия в этих условиях будет защищать интересы Ирана и на правовой основе может оказывать ему военную помощь?
Президент М.Ахмадинежад недавно уведомил международное сообщество о том, что Иран готов возобновить переговоры с Россией, США, Китаем, Великобританией, Францией и Германией на тему развития национальной программы ядерной энергетики. При этом официальный Тегеран заявил, что не намерен обсуждать в ходе встреч вопрос о его праве на продолжение работ по обогащению урана для получения собственного топлива для АЭС.
И, хотя дата и место проведения судьбоносных для Исламской Республики переговоров пока не определены, все же хочется надеяться на то, что ходе обсуждений здравый смысл иранской стороны возобладает над неоправданными эмоциями и руководство страны сможет вернуть себе международное доверие.
Также по теме:
Актуально