При заходе на посадку на аэродром "Смоленск-Северный" утром 10 апреля 2010 года разбился самолет президента Польши Леха Качиньского. Катастрофа унесла жизни 96 человек: 88 пассажиров и восемь членов экипажа. Погибли президент Польши Лех Качиньский, его жена и часть руководства страны.

Трагедия вызвала массу кривотолков и разногласий среди населения и политической элиты страны. До недавнего времени споры велись о том, что же на самом деле стало причиной трагедии.

12 января 2011 года Межгосударственный авиационный комитет (МАК) обнародовал отчет о результатах расследования, согласно которому причиной крушения признано решение командира корабля не уходить на запасной аэродром.

Погодные условия для посадки были крайне тяжелыми – из-за густого тумана видимость была минимальна. Диспетчеры предлагали президентскому борту уйти на запасные аэродромы в Минск или Витебск, однако предложения командиром корабля были отклонены. Ту-154 предпринял три неудачные попытки зайти на посадку. Четвертый раз стал для него роковым.

Заходя на посадку, самолет слишком низко прошел над лесом, задев крылом верхушки деревьев, рухнул на землю. Большого пожара не было, однако удар был настолько сильным, что никому не удалось выжить.

Исходя из материалов расследования, отказ пилотов уйти на запасной аэродром был связан с давлением со стороны высокопоставленных польских чиновников.

В ходе следствия стало установлено, что во время посадки в кабине пилотов находился директор дипломатического протокола МИД Мариуш Казана и главком ВВС Польши генерал Анджей Бласик, в крови которого был обнаружен алкоголь.

Техническая комиссия пришла к выводу, что именно присутствие главкома ВВС оказывало давление на пилотов и повлияло на их решение посадить самолет в условиях неоправданного риска. Об этом говорится в официальном отчете авиационного комитета.

Кроме официального заключения, МАК представил журналистам видео-реконструкцию последних минут полета президентского Ту-154, на которую наложили запись бортового речевого самописца, а также расшифровку переговоров.

После первой попытки зайти на посадку, капитан Ту-154 просит у диспетчера разрешения на пробный заход.

На записи слышен диалог командира воздушного судна с директором протокола: "Господин директор, появился туман. В данный момент в этих условиях мы не сможем сесть. Попробуем подойти, сделаем один заход, но скорее всего, ничего из этого не выйдет. Так что, спросите, пожалуйста, у шефа, что будем делать".

"Нарушение так называемого принципа стерильной кабины и наличие в кабине и на борту большого количества VIP-пассажиров оказало влияние на принятие экипажем решения о выполнении сложного захода. С этого момента времени командир воздушного судна и весь экипаж находились в состоянии повышенного психоэмоционального напряжения", – пояснил на презентации видео-реконструкции председатель технической комиссии МАК Алексей Морозов.

Диалог командира и штурмана во время выполнения четвертого разворота (эксперты МАК считают, что речь идет о президенте Польши) "Он взбесится! Одна миля до полосы". "Да-а-а-а!".Далее в процессе снижения с эшелона командир воздушного судна произнес фразу: "Я не знаю, но если мы здесь не сядем, он будет ко мне приставать".

Очевидно, что в случае неудачного захода и ухода на запасной аэродром командир воздушного судна ожидал негативной реакции со стороны президента.

Затем, непосредственно перед катастрофой на записи слышно неоднократное срабатывание сигнализации системы раннего предупреждения о приближении земли, на которое экипаж не реагирует. Штурман диктует высоту через каждые 10 метров, вплоть до высоты 20 метров. Второй пилот кричит: "Уходим!". Но уже поздно. В кабине пилотов раздаются крики...

Реакция в Польше последовала сразу же после обнародования отчета МАК. "Доклад возлагает всю вину на польских пилотов без каких-либо доказательств... Доклад - это насмешка над Польшей", - сказал брат погибшего президента Польши Ярослав Качиньский, признавший, что не читал документ.

Эмоционально можно понять реакцию родственников, однако не стоит закрывать глаза на неоспоримые факты.

Тяжелые погодные условия, недостаток опыта экипажа (командир налетал в своей должности всего 530 часов, второй пилот — 160, бортинженер — 235, а штурман — всего 30) и человеческий фактор - ошибки экипажа и давление на него со стороны высокопоставленных пассажиров – все это привело к катастрофе.

Российские официальные лица занимают спокойную и взвешенную позицию по поводу расследования причин данной трагедии и руководствуются, прежде всего, выводами комиссии МАК, в составе которой работали как польские, так и другие авиационные специалисты из других государств. Российская сторона ничего не скрывала от своих коллег в ходе расследования и все материалы были полностью открыты и доступны для каждого члена комиссии. Руководство МАК пошло на беспрецедентные меры – опубликовало расшифровку переговоров экипажа и диспетчеров в интернете.

Следует подчеркнуть, что Москва, несмотря на различные заявления польских политиков и официальных лиц, продолжает делать все для того, чтобы эта трагедия не стала причиной осложнения двусторонних отношений, и заявила о готовности дальнейшего сотрудничества с Польшей по детализации причин катастрофы.