Прошел год после авиакатастрофы польского "борта №1" под Смоленском, идет второй, и души девяноста шести жертв этой трагедии уже давно - у врат Рая, а то и за ними, пред самим Паном, Отцом небесным.

Но есть паны и земной природы, они, конечно, не так мудры. Например, пан Ярослав Качиньский, брат-близнец погибшего президента Леха Качиньского, всё никак не может успокоиться, принять данность, осмыслить факты, необратимую реальность. Официальная Варшава в лице действующего президента Комаровского уже взяла на себя ответственность за гибель президентского самолета в небе над Катынью. Но есть в Польше и большие любители политического некрофильства, к ним относится и Ярослав Качиньский, который недавно опять вытащил "труп" погибшего "борта №1".

С позиции чувств Качиньского можно понять – всё же погиб брат. Казалось бы, молись за упокой его души, сохраняй в сердце светлую память, как это принято у людей. Но это - слишком тривиально для Качиньского-второго... Потому как - забудут ведь! Жизнь идет вперед, выносит на политическую арену новые фигуры, молодые талантливые конкуренты подпирают стареющую гвардию политиков, вот и Качиньскому минуло 65. Так и есть – забудут! Но еще не исчерпан интерактивный политический ресурс – смоленская катастрофа, и он, конечно, пользуется им ничтоже сумняшеся.

Кому не известно о существовании такого крайнего проявления человеческих чувств, как "слепая ненависть"? Ей надо отдать дань: она - энергетически сильна, ненасытна, пылка в своем воображении. Но она же - симптом психической ущербности, называемой фобией. У Качиньского проявление ненависти к "восточному соседу" уже приобрело формы неприличия, и его поведение хочется сравнить с повадками злого, упрямого тролля.

Прошлогодний номинант на польское президентство, а ныне - председатель польской партии "Право и справедливость", Качиньский недавно снова назвал Россию виновницей в катастрофе польского "борта №1", унесшего вместе президентом еще 96 поляков из элитного политического слоя. Обвинения изложены жестким стилем в первой части "Белой книги", посвященной расследованиям обстоятельств гибели самолета в русском небе, и озвучены на пресс-конференции в Варшаве.

Качиньский-второй, в общем-то, политик неудачливый, проигравший президентские выборы, хотя, казалось, выигрыш – уже в кармане. Во время президентской кампании рядом с ним часто появлялась племянница Марта, этим Ярослав будто напоминал полякам: я – живая копия того, кого вы недавно похоронили в королевском замке Вавель, именно я должен взять в руки его дело. Все эти обстоятельства в купе, несомненно, давали преимущества, однако не помогли ни звуки траурного марша Шопена, ни образ брата-страдальца, ни яростная критическая риторика в адрес России, этого "вечного несчастья Польши". Общественное мнение сложилось в пользу Бронислава Комаровского. Два таких удара подряд - трагическая гибель любимого брата, проигранные президентские выборы. Но Качиньский - боец, он стоит насмерть.

У поляков – сильная интуиция и природное чувство юмора (и если последнего нет, то ты - просто не поляк!). Помню, на вопрос, в чем причина поражения Качиньского на президентских выборах, знакомый польский журналист ответил: "Зачем же постоянно есть одно и то же блюдо, тем более не очень вкусное!"

Конечно, "одно и то же" – совсем не привлекательный способ бытия. Поляки желают перемен, свежего политического ветра в атмосфере общества, и в первую очередь - больше прагматизма со стороны руководящего истеблишмента. Совершенно очевидно и то, что полякам надоело тратить безумные киловатты национальной энергии на ненависть к России. Как показывает опыт, гораздо продуктивнее – сотрудничать. Польские товары всегда приветствуются на российском рынке, и вообще русские, несмотря ни на что, относятся к полякам с симпатией, с уважением к той высокой культуре, которую создал этот народ.

Былые грехи Российского государства (имперских, советских времен) перед Польшей никто не сбрасывает со счетов – не однажды в истории русские власти подминали под себя "польский кусок". Но если без устали ворошить прошлое, то можно упустить настоящее.

Что, спрашивается, должны испытывать греки по отношению к итальянцам - наследникам Римской империи, уничтожившей Элладу? Или китайцы - к монголам, династии которых тысячелетиями жестко управляли Поднебесной? А вот - более близкий пример: что должны испытывать русские по отношению к немцам, развязавшим войну, унесшую более 25 миллионов жизней, спалившую пол-державы и разбросавшую столько костей, что их собирают и поныне? Русское сердце - всепрощающее, это - одна из характерных черт русской души.

Вчитайся в скрижали - и русским ведь тоже есть что вспомнить. Жестокости Стефана Батория во Пскове или ужасы, пережитые от тяжелой польской руки во времена Ивана Сусанина. Хороша или плоха история, но дело – прошлое, и если из века в век, а то и изо дня в день, неустанно "взвешивать" вину каждого народа перед другим – мало не покажется, и "божьих агнцев" тут, конечно, не останется.

В войне с фашизмом, между прочим, более миллиона советских солдат полегло в битвах за освобождение Польши, именно русские спасли заминированный немцами древний Краков, один из лучших на земле городов, столицу польских королей. "Польша этого никогда не забудет", - сказал мне когда-то пан Мечислав Кета, глава организации, объединяющей узников Освенцима. Но он ошибся. Вспоминать о добрых русских делах, о русских жертвах считается непатриотичным, непопулярным "в целой Польше". Россия остается устойчивым аллергеном для польского сознания. Жаль, конечно, но что тут поделаешь!

Однако вернусь к докладу Ярослава Качиньского, к его "Белой книге", которая, конечно же, рассчитывает на сенсацию - ничто так не дорого польской натуре, как поношение России. Во всяком случае, так думает автор. Москва со своей стороны сделала все возможное, и даже больше, чтобы расследование катастрофы в небе над Смоленском стало максимально открытым.

Русские люди не один день несли цветы к Посольству Польши в Москве. Увидев в моих руках букет, одна пожилая дама спросила: "Вы, видимо, тоже идете к польскому посольству, можно, я - с вами, а то заблужусь", - и мы пошли вместе. "Знаете, у меня нет повода особенно любить поляков, потому что в польском лесу, на пути из Берлина домой, была убита моя мать, военврач, вместе с медсестрами. Они прошли всю войну. В итоге мы с сестрой выросли в детдоме, поскольку раньше, под Варшавой, погиб мой отец, - рассказала попутчица и добавила, - но сейчас у поляков страшное горе, всё произошло у нас, и мы должны показать, что поддерживаем их. Знаете, цветы - хрупки, но это - тоже поддержка..."

Но Качиньского ни в какой мере не устраивают представленные российской стороной подробнейшие объяснения и следственные документы, детализирующие логику произошедшего с "бортом №1". Пан Качиньский тупо стоит на своем: во всем виновата Россия. При этом полностью игнорируются свидетельства очевидной вины экипажа. И вроде бы не получал никаких авторитарных указаний командир корабля, и вроде бы не убеждали смоленские диспетчеры в необходимости сесть на другом аэродроме…

"Мы имели дело с игрой со стороны России, и, в первую очередь, на Россию падает ответственность за катастрофу… Они должны были закрыть аэродром "Северный" при таком тумане…", - твердит Ярослав Качиньский. - Это только документы и факты. Время для комментариев еще придет". Ему, разумеется, вторил однопартиец - председатель комиссии в Сейме по расследованию Смоленской катастрофы Антоний Мацеревич (ни одного представителя других партий в комиссии не было). Последний пафосно рассуждал о высокой материи, о тех последовательных причинно-следственных связях, которые, якобы, свидетельствуют об ответственности за трагедию этой гадкой страны-России.

Дальше был представлен захватывающий авантюрный сюжет, который вполне способны оценить талантливые кинорежиссеры. По словам Мацеревича, Россия, например, пыталась организовать неожиданный ремонт Ту-154 в компании "Авиакор" в Самаре, владельцем которого является доверенное лицо Путина Олег Дерипаска, а также - отдельную встречу премьеров Владимира Путина и Дональда Туска (брошена, конечно, тень на сильного политика Туска). Мацеревич договорился до того, что "русские дали пилотам неверные карты подхода к аэропорту, не предоставили метеорологических данных, диспетчеры лгали и не разрешали сесть на запасной аэродром". В русском языке это называется "выдавать черное за белое, перекидывать с больной головы на здоровую". А в целом – вести себя непорядочно.

Только представить себе: "дали неверные карты подхода к аэропорту"! Всем в мире дают нормальные карты, а для бедных поляков специально изготовили "неверные" экземпляры и - злоумышленно всучили. Аргумент не выдерживает никакой критики, он для толпы и наводит на мысли о психической неадекватности идеолога "Белой книги". Побойтесь Бога, панове! И вообще, зачем, спрашивается, нужна была Москве гибель Леха Качиньского - ведь намек именно на политическое убийство, не меньше? Разве были причины "охотиться" за этой сомнительной политической звездой? У многих "корона на голове" вызывает головокружение. И если называть вещи своими именами, то Лех Качиньский заплатил собственной жизнью и еще 96 жизнями соотечественников - не за судьбоносное спасение Польши, не за польскую честь и процветание, а за непомерные амбиции, которыми всегда лучился, это было видно даже на экране телевизора. Впрочем, мир праху его…

А может, все-таки дело в профессионализме польского экипажа или в том, что он был поставлен в условия, когда решение о посадке было политическим, имело авторитарный фактор - приземлиться во что бы то ни стало, без всяких вариантов! Иначе – будет, как с тем польским командиром корабля, который не подчинился президентскому давлению и не приземлился в Тбилиси, исходя исключительно из профессионального решения ( и был уволен!). А то бы, кто знает, катастрофа могла случиться не в русском, а в грузинском небе. И тогда расследование, конечно, имело бы совершенно другой характер.

Но, случилось то, что случилось.

Более всего поражает фраза Ярослава Качиньского "мы имели дело с игрой России". Что же, мы, русские, - исчадие ада, клонированные существа, не имеющие человеческой генетики, лишенные души, сердца, совести, сострадания, здравого смысла, наконец? Как будто бы не из русской породы и природы вышли Толстой, Достоевский, Чехов, Булгаков, эти великосовестливые мудрецы, признанные мировыми учителями.

Действительно, "время для комментариев" может еще прийти.