Хотя на Западе по-прежнему поддерживают режим Михаила Саакашвили в Грузии, там все чаще раздаются голоса в пользу поиска другой, менее скомпрометированной фигуры в качестве главы этого закавказского государства. Возникает вопрос: «А какое вообще Западу дело до Грузии, почему именно ей на Южном Кавказе придают такое большое значение западные политики?»
Начнем с того, что поиски надежного, а главное, вполне послушного стратегического партнера в Закавказье – регионе, имеющем важное значение не только с точки зрения нефтяных интересов, но и по другим причинам, о которых разговор еще впереди, Запад начал давно, сразу же после распада СССР и образования независимых Азербайджана, Армении и Грузии.
Из этих трех, конечно, наибольший интерес для западных политиков представлял Азербайджан с его нефтяными ресурсами и выходом к Каспийскому морю. Но в Баку никогда особенно не стремились к тесному союзу с Западом. Лидер Народного фронта Азербайджана Абульфас Эльчибей, захвативший власть в 1992 году, с антипатией относился как к Западу, так и к России. Он взял курс на тесный союз с Турцией. Но сменивший Эльчибея на посту президента многоопытный политик Гейдар Алиев начал проводить куда более взвешенный курс. Не меняя ничего в отношениях с Турцией, он параллельно наладил диалог и с Западом, и с Москвой.
Алиев, в недавнем прошлом член Политбюро ЦК КПСС, первый заместитель Председателя Совета Министров СССР, связанный с Москвой всей своей политической карьерой, был слишком умен и дальновиден, чтобы идти на конфронтацию с постсоветской Россией. Напротив, он постарался укрепить отношения с ней, понимая помимо всего прочего , что без участия, без посредничества Москвы не решить крайне болезненную для его страны карабахскую проблему. Поэтому раздражать Москву тесным сближением с Западом он не собирался, хотя предоставил американским и иным компаниям возможность участвовать в освоении нефтяных месторождений Каспия. Политическим вассалом Запада Азербайджан не стал ни при Алиеве-старшем, ни при Алиеве-младшем, продолжающим политику отца.
Что касается Армении, то здесь у Запада были вначале надежды на то, что удастся привязать ее к себе благодаря прозападно настроенному президенту Левону Тер-Петросяну. Однако вынужденная отставка последнего положила конец этим планам. Армения слишком многим обязана в своей истории России, чтобы можно было игнорировать это обстоятельство, надежно хранимое в народной памяти. Лишенной энергетических ресурсов, имеющей крайне неблагоприятное географическое положение (соседи – Турция и Азербайджан), Армении нужен был союз с Россией, с которой она, правда, не имела границы, но на помощь которой могла надеяться, в частности, благодаря российской военной базе на свое территории. Стратегическое партнерство Москвы и Еревана было налажено при президенте Роберте Кочаряне, оно продолжается и сейчас, когда страну возглавляет Серж Саргсян. Экономика Армении функционирует во многом благодаря российскому газу.
Итак, Армения не попала в орбиту влияния Запада. Оставалась лишь Грузия. И именно здесь Запад нашел то, что искал. Еще президент Гамсахурдиа не скрывал своих антироссийских настроений. Казалось, сменивший его на посту главы государства Эдуард Шеварднадзе - бывший первый секретарь ЦК Компартии Грузии, а потом, при Горбачеве, министр иностранных дел СССР (как выяснилось предававший на этом высоком посту интересы своей страны) - изменит курс своего предшественника. Однако в отличие от Алиева, проявившего и дипломатическую гибкость и понимание интересов своей страны, Шеварднадзе забыл о том, чем обязан Москве. На словах заявляя о желании налаживать партнерство с Россией, он на деле все чаще поглядывал в сторону Запада, где эти взгляды встречали полное понимание.
Приход к власти Михаила Саакашвили – явной креатуры Запада – и вовсе поставил все на свои места. Карты были открыты – Грузия устремилась в объятия Запада. Впрочем, не Грузия, народ которой всегда питал симпатии к России, а ее руководство во главе с Саакашвили. В Грузии появились американские военные инструкторы, которые занялись обучением и перевооружением грузинской армии, быстро пополнившейся американской военной техникой. В Тбилиси потекли денежные потоки с Запада – делалось все, чтобы навсегда привязать к себе эту страну, которая должна была стать оплотом Запада в Закавказье.
Грузия не имела, подобно Азербайджану, богатых природных ресурсов, которые могли быть поставлены на службу Западу. Но она имела выход к Черному морю, обеспечивавший связь с Турцией, что было немаловажно и с точки зрения транспортировки горючего из Азербайджана (газопровод Баку-Джейхан), и с точки зрения реализации военно-морских планов Запада. Кроме того, Грузия граничила и с Азербайджаном, и с Арменией, и с Россией (кстати, через зту границу в годы антитеррористической операции в Чечне проникали на территорию нашей страны банды чеченских боевиков), и это тоже принималось во внимание западными политиками. Так что, грузинская «карта» нужна была Западу в его политической игре с Россией, ее надеялись с разыграть с пользой.
А что же искала Грузия в союзе с Западом, чем он был столь привлекателен для тех, кто вершил политикой этой бывшей советской республики, а теперь суверенной страны? Решать экономические, в частности, энергетические проблемы, можно было ведь не только с помощью заокеанских «друзей», а при содействии по соседству расположенной России, тем более, что многие грузинские предприятия были связаны еще с советских времен взаимовыгодной кооперацией с российскими. Нет, дело было, разумеется, не в экономических проблемах, а в чисто политических. В Тбилиси, очевидно, претендовали на главенствующую роль в Закавказье, и эта роль, без сомнения, была обещана грузинскому руководству Западом, взявшимся укреплять местную армию.
Еще Звиад Гамсахурдиа взял курс на насильственное удержание в составе Грузии ее автономий, развязав войну в Южной Осетии. Потом была война в Абхазии, прекращенная Москвой. Эта политика силы обрела наиболее откровенный характер при Саакашвили. Развязанная им в 2008 году война в Южной Осетии показала всему миру истинный характер намерений его режима. Ответственность за кровопролитие и многочисленные жертвы этой авантюры Саакашвили несет, конечно, и Запад, поддержавший грузинского агрессора.
Объявление независимости Абхазии и Южной Осетии, ставшее логичным следствием действий грузинского президента, развязанной им войны, означало провал попыток Саакашвили силой удержать эти бывшие автономии, ныне обретшие желанную свободу. Они пока не признаны мировым сообществом в качестве самостоятельных государств, но зато признаны Россией, и это - надежная гарантия от посягательств со стороны режима Саакашвили, вряд ли смирившегося с поражением.
И во внутренней политике провалы Саакашвили очевидны. Оппозиция его режиму все усиливается. За отставку нынешнего президента Грузии выступает все больше политических сил, разной направленности, но объединенных одним желанием - покончить наконец с обанкротившимся режимом.
Жестко критикует режим Саакашвили, например, председатель оппозиционного Народного собрания, экс-чемпионка мира по шахматам Нона Гаприндашвили (отметившая в мае свое 70-летие), как и прежде пользующаяся большой популярностью в Грузии. Она выступает против любых компромиссов с Саакашавили, который, по ее мнению, настолько скомпрометировал себя в глазах народа, что у него есть только один выход – отставка, и, как можно, более быстрая.
Провалы Саакашвили во внутренней и внешней политике подорвали доверие к нему со стороны Запада, который больше не может делать вид, что восхищен деятельностью грузинского президента. «Саакашвили провалил задание Центра», пишут западные СМИ, отмечающие, что «идея цветных революций окончательно скомпрометирована правящим режимом Тбилиси».
Саакашвили пытается спасти положение, пугая Запад возможным возвращением Грузии в сферу влияния России. Это, по его мнению, будет иметь для Запада крайне негативные последствия. Рынки закавказского региона для Запада будут закрыты, окажется также закрытым доступ к энергоресурсам Центральной Азии, прежде всего, - к туркменскому газу.
Но, думается, эта попытка политического шантажа едва ли будет иметь успех. А на Западе уже подыскивают другую, менее одиозную фигуру, нежели Саакашвили, в качестве главы Грузии, пока оппозиция еще не перешла к решительным действиям. Удастся ли Западу подыскать надежную замену скомпрометировавшему себя президенту, а главное - удержать Грузию в орбите своего влияния – покажет уже ближайшее будущее. Во всяком случае, ясно, что терять Грузию в качестве своего закавказского форпоста Запад не собирается.
