Крайне жесткий вердикт в отношении российского пилота Владимира Садовничего и его эстонского напарника Алексея Руденко, вынесенный вчера судом таджикского города Курган-Тюбе, вызвал в России раздражение у одних и вполне оправданное подозрение у других: на сей раз официальный Душанбе, видимо, намерен всерьез разыграть этот козырь в затянувшейся азартной игре с Москвой.

Восемь с половиной лет заключения за преступление, по сути дела, смехотворное. В марте этого года два самолета АН-72 авиакомпании Rolkan investmenc LTD, созданной россиянами и зарегистрированной в Арабских Эмиратах, доставили продукты и другую гуманитарную помощь в Афганистан, а затем, в соответствии с полетным заданием, направились в таджикский аэропорт Курган-Тюбе. Разрешение на посадку они имели, но когда машины были в воздухе, получили отказ под предлогом "отсутствия необходимых документов". Для возвращения в Кабул топлива уже не хватало, и они совершили вынужденную посадку в Таджикистане. Их тут же посадили в специзолятор и обвинили в нарушении правил международных полетов, незаконном пересечении государственной границы и даже контрабанде. Последнее обвинение основывалось на том, что в салоне одного из самолетов нашли полуразобранный авиационный двигатель, который экипажи, по их словам, использовали на запчасти. Не от хорошей жизни, конечно.

В другие времена летчиков накормили бы пловом да и проводили на родину. На сей же раз таджикские власти решили проявить, так сказать, "принципиальность", которая выглядит, скорее, как восточная хитрость. Или же коварство – все зависит от того, как оценивать подобные действия. Судя по всему, Садовничий, а заодно с ним и Руденко, стали заложниками, пешками в многоходовой партии. Теперь весь вопрос в том, на что их собирается обменять Душанбе?

А таких "точек несоприкосновения" между Россией и Таджикистаном, которые могли бы стать предметом торга, в последнее время немало. Например, нерешенный вопрос о присутствии российских пограничников на таджикско-афганской границе. Российские заставы, охранявшие рубежи страны, в том числе и от афганского наркотрафика, были в 2005-м заменены таджикскими. В стране осталась лишь небольшая группа советников ФСБ, и в этом году срок действия соглашения, закреплявшего их статус, истекает. Россия, естественно, хотела бы возвратить своих пограничников в республику, но таджикские власти категорически противятся этому.

Не удается нам договориться и по поводу условий пребывания в Таджикистане нашей военной базы и оптико-электронного комплекса "Окно". Когда-то мы списали Душанбе $300-милионный долг, да к тому же пообещали инвестировать более $2 млрд в строительство гидроэнергетических объектов в этой стране. Теперь таджики заявляют, что россияне своих обещаний не выполнили, да к тому же встали на сторону Ташкента в узбекско-таджикском споре о принципах использования водных ресурсов. Теперь Душанбе требует, чтобы Россия платила за свои объекты.

Не принесли позитивных результатов и переговоры об условиях аренды таджикского военного аэродрома "Айни", хотя официальные лица в Душанбе не раз заявляли, что никому ,кроме России, они его не отдадут.

Так что поводов для шантажа более чем достаточно. Представитель авиакомпании Rolkan investmenc LTD Виктор Пфефер называет еще один – мол, кто-то из таджикских чиновников положил глаз на транспортные Ан-72. "Эти самолеты эксклюзивные, они в Арктику летали, на Северный полюс летали, - утверждает он. - Тут, в Таджикистане, они могут на любое хлопковое поле сесть и взлететь. Аналогов даже у американцев нет". Хотя эти самолеты и были конфискованы, но как-то не хочется, верить, что все дело в них – уж слишком это мелко, даже по таджикским меркам.

МИД России, отстаивающий, естественно, интересы только гражданина своей страны (хотя ведь и подданный Эстонии тоже работал на принадлежащую россиянам компанию), назвал приговор Садовничему излишне суровым. В ноте внешнеполитического ведомства отмечается, что "данное решение не способствует укреплению сложившихся между нашими двумя странами отношений союзничества и стратегического партнерства, наносит им серьезный ущерб".

Если же взглянуть на нынешний эпизод таджикско-российского подковерного противоборства с точки зрения геополитической, то стоит вспомнить, что в последние годы таджикское руководство явно колеблется, выбирая, с кем ему выгоднее дружить. Заигрывает и с Тегераном, который спит и видит, как бы сформировать некий персоязычный союз, включающий, помимо Ирана, Таджикистан и Афганистан. Да и с Вашингтоном тоже – американцы явно заинтересованы в том, чтобы создать там свои военные базы после вывода войск из Афганистана. Как заявила на днях госсекретарь США Хиллари Клинтон, "наибольшая часть будущей истории 21 века будет написана в Азии, и США должны остаться там державой-резидентом в военном, политическом и экономическом плане, если мы хотим сохранить свое глобальное лидерство". Это в полной (и даже большей) мере относится к Центральной Азии, для которой уже разработан проект "Современный Шелковый путь".

К тому же и Пекин, который ныне безвозмездно выделяет миллионы долларов на оснащение таджикских вооружённых сил и готовит военнослужащих республики в своих учебных заведениях, также может стать новым стратегическим партнером Таджикистана.

Как бы то ни было (в отличие от дела Виктора Бута, который торговал оружием налево и направо и которого также пытался робко защитить российский МИД) дело Садовничего-Руденко приобрело геополитический характер. Да и прецедентный тоже: не придет ли на ум кому-то из других наших партнеров подобным обраазом шантажировать Россию и впредь?

Теперь ответ за Москвой. И никакие дипломатические ноты тут, видимо, не помогут. Пора бы, наверное, вспомнить, что у нас, в отличие от Душанбе, не два заложника, а миллионы – те самые мигранты, которые держат на плаву экономику Таджикистана, занимающего в индексе человеческого развития ООН 127-е место…