Реакция Запада на недавнее жесткое телеобращение Дмитрия Медведева к США и НАТО по поводу разворачивающейся вокруг России противоракетной обороны и, в частности, ее европейского сегмента - оказалась спокойной, с нотками сожаления. В заявлении НАТО этот шаг России назван "разочаровывающим". Представители альянса сообщают, что НАТО по-прежнему открыто для дальнейшего диалога с Москвой.

Медведев обозначил несколько мер, к которым прибегнет Россия, в случае, если не удастся договориться. Это постановка на боевое дежурство РЛС в Калининградской области, размещение на западных рубежах комплексов "Искандер", оснащение наших ракет средствами преодоления ПРО. И в качестве крайнего довода пригрозил выходом из Договора об СНВ. Впрочем, все эти меры, так или иначе, уже озвучивались ранее.

Иностранные и российские обозреватели задаются вопросом: "Почему такое резкое заявление Медведев сделал именно сейчас?" Американская газета "Крисчен Сайенс Монитор" цитирует главного редактора российского журнала "Россия в глобальной политике" Федора Лукьянова, который считает, что Медведев просто хотел четко показать, что наши переговоры с НАТО по ПРО провалились. Об этом важно заявить, ибо на Западе существует впечатление, будто все нормально. "Но не все нормально. Россия недовольна, и этот нерешенный вопрос, являющийся ключевым в российско-американских отношениях, она будет поднимать и впредь", - утверждает политолог.

Русская служба "Голоса Америки", ссылаясь на специалистов, высказывает предположение, что заявление Дмитрия Медведева рассчитано в первую очередь на внутреннюю, а не на внешнюю аудиторию. Косвенно обоснованность этой версии подтверждает форма донесения послания – Медведев заявил об этом не на международном форуме или переговорах с иностранными партнерами, а обратившись к российскому народу. Радиостанция цитирует профессора Университета Эмори Томаса Ремингтона: "Мне кажется, что это – реакция Медведева на требование российских военных более решительно отреагировать на планы НАТО разместить ПРО в Европе", – говорит Ремингтон.

Ведущий аналитической программы "Постскриптум" Алексей Пушков справедливо подчеркивает, что российское руководство приняло решение не верить на слово успокоительным заверениям со стороны США и НАТО по поводу американской ПРО в Европе. Как известно, причиной этого заявления стал отказ США и НАТО дать России юридические гарантии "ненаправленности" американской ПРО в Европе против нашего ядерного потенциала.

Что касается существа вопроса, то оценки американских и российских независимых экспертов показали, что для перехвата только одного боезаряда потребовалось бы до 10 американских стратегических противоракет GBI, более мощных чем противоракеты "Стандарт" SM-3. Поэтому планировать их применение для перехвата российских ракет представляется совершенно нерациональным. В связи с этим новая архитектура ПРО в Европе не окажет никакого влияния на потенциал ядерного сдерживания России. Исходя из здравого смысла невозможно понять, почему руководство страны, несмотря, в том числе, на авторитетное заявление генерального конструктора МИТ Юрия Соломонова о том, что никакая ПРО для российских СЯС не представляет угрозы, продолжает декларировать опасность ЕвроПРО для потенциала ядерного сдерживания России.

"Можно утверждать, что препятствия на пути к сотрудничеству не имеют никакого отношения к проблемам военной безопасности, а лежат в сфере политических разногласий, выходящих за рамки проблемы ПРО, - считает генерал Дворкин, бывший директор 4-го ЦНИИ МО, занимавшегося проблемами использования стратегического ядерного оружия, главный научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН.

Главная тема таких разногласий – недоверие политиков России и НАТО друг другу. Пока с политической сцены не уйдет поколение политиков, воспитывавшихся в атмосфере подозрительности времен "холодной войны", говорить о доверии будет очень трудно. Доверие не оценить в мегатоннах и других точных данных. Тем более что уже после окончания холодной войны Запад нередко обманывал доверие России. Так, в период перестройки руководители стран НАТО заверяли Горбачева, что в случае согласия Москвы на объединение Германии "НАТО ни на дюйм не продвинется на восток".

В конце 1990-х годов в рамках "Основополагающего акта Россия–НАТО", подписанного в июне 1997 года в Париже, стороны создали совместный Постоянный совет. Этот совет должен был обеспечить "механизм для консультаций, координации и в максимально возможной степени, по мере необходимости, для совместных решений и совместных действий в отношении вопросов безопасности, вызывающих общую озабоченность". Но не прошло и двух лет, как совет превратился в фикцию: НАТО приняла решение бомбить Югославию без консультаций с Москвой, просто уведомив ее о факте. Россия тогда более чем на год заморозила отношения с НАТО, поскольку в результате бомбежек Белграда и агрессии НАТО против Югославии от механизма консультаций ничего не осталось.

Все эти годы НАТО упорно убеждала мир, что после окончания холодной войны Альянс пошел по пути превращения в политическую организацию. Ход событий подтвердил: НАТО прежде всего военный альянс. За последние 12 лет он осуществил две открытые агрессии – против Югославии и против Ливии. НАТО вот уже 10 лет ведет войну в Афганистане, чего политическая организация делать никак не может. В Ливии НАТО начала военные действия под прикрытием ссылок на "защиту гражданского населения". Однако все вылилось в очередную агрессию с воздуха, которая привела к гибели многих гражданских лиц.

Вот и в случае с ПРО – Россию все время убеждали, что американская система ПРО в Европе будет направлена против Северной Кореи и Ирана. Довод с Северной Кореей особенно хорош – в Брюсселе так, видимо, и не поняли, что этим аргументом превратили себя во всеобщее посмешище, и не только в России. Да и против Ирана в НАТО собираются обороняться путем включения в систему ПРО баз в Польше и размещения в Балтийском море военных кораблей с противоракетами на борту.

Подводя итог, НАТО вряд ли может обижаться на то, что в Москве ей не верят. Но и Москва сейчас выдвигает заведомо невыполнимые в обозримом будущем требования.

Россия выражает почти искреннее изумление по поводу отсутствия юридически обязывающих гарантий о ненаправленности системы ПРО против ядерного арсенала РФ. При этом остаются в стороне совершенно очевидные вещи. Первое - такой договор никогда не ратифицирует Конгресс. Второе - ратификация его всеми членами НАТО займет минимум полтора-два года. Третье - международное право ни разу не было препятствием для тех, кто хотел войны. И, наконец, отечественное ядерное оружие даже с учетом его преклонного возраста все-таки способно преодолеть любой противоракетный щит.

США, негласной национальной повесткой которых является достижение глобального превосходства, упорствуют в вовлечении РФ в совместные системы борьбы с ракетной угрозой. США и их союзники по НАТО говорят: ПРО будет создана в любом случае, а Москва пусть запрыгивает на уже идущий поезд или остается в стороне - новый состав ради нее формировать не будут.

Лучшим итогом было бы достижение политического соглашения (и о ненаправленности, и о совместном участии) к маю 2012 года, к саммиту НАТО в Чикаго. Выиграли бы все. И дипломаты, которые смогут объявить о триумфальном выходе из ими же созданного тупика. И военные, у которых будет реальная площадка для продуктивного взаимодействия. И российско-американские отношения, которые смогут развиваться по пути укрепления доверия, а не конфронтации и бряцания оружием.

Первыми шагами вполне могут быть разработка и согласование архитектуры интегрированных информационных систем. Объединенная информационная система создается для повышения эффективности решения общей задачи: информация от любых систем, которые обнаружили стартовавшие ракеты, поступает в Центр, где вся информация обрабатывается, и дублирование только повышает эффективность обнаружения.

Считается, что каждая из участвующих сторон будет защищать собственную территорию, хотя и допускается существование согласованных оперативных протоколов, позволяющих одной стороне осуществлять перехват ракеты, пролетающей через ее территорию, в случае если она нацелена на нанесение удара по территории другой стороны.

Возможно создание двух структур совместной ПРО, одна из которых – Центр интеграции данных от российских и натовских радаров и спутников, другая – Центр с российскими и натовскими офицерами, который должен осуществлять круглосуточное планирование и координацию работы двух систем ПРО. Еще одним важным направлением сотрудничества может стать возобновление прерванной серии совместных компьютерных учений с США и НАТО по ПРО ТВД с последующим расширением этих учений за пределы театра военных действий. Всего были проведены девять тренировок в форматах Россия–США и Россия–США–НАТО. Целесообразно проведение совместных исследовательских работ для перехода от компьютерных учений к полноценным командно-штабным тренировкам и в дальнейшем к применению реальных противоракетных систем России и США на полигонной базе.

Таким образом, ПРО может стать не линией отгораживающей Россию от евроатлантики, а периметром одинаковой безопасности от Ванкувера до Владивостока, за что ратует проект Договора о европейской безопасности, предложенный на рассмотрение руководителям соответствующих государств, а также НАТО, Евросоюзу, ОДКБ, СНГ и ОБСЕ в 2009 году президентом Медведевым.