С Виталием Шлыковым я впервые встретился десять лет назад, после того, как прочел его большую статью "Мобилизационная подготовка и кризис российской экономики". В ней говорилось о том, что мобилизационные задания советским предприятиям привели к ее краху и содействовали появлению российских нуворишей после развала СССР и гайдаровской приватизации. Виталий Васильевич душой болел за российскую армию и охотно делился своими знаниями и мыслями с заинтересованными слушателями.

Все последующие годы наши беседы вертелись вокруг того, как сделать российскую армию дееспособной. Во главу угла ставилось создание корпуса сержантов, изменение системы военного образования и появление профессиональных офицеров, которые не только получают довольствие за свою деятельность, но и исповедуют ее как врачи, священники и юристы. В этом случае Виталий Васильевич употреблял слово “profess” (англ.- одно из значений - "заявлять", "исповедовать" от латинского “profession”, которое американские словари толкуют как “публичное торжественное заявление”, “обет”".). Эту тему он знал и любил. И даже перевел на русский язык классический труд профессора Гарвардского университета Хантингтона "Офицерская служба как профессия". Виталий Васильевич пессимистически воспринимал заявления о реформах армии, которые делались в России с начала девяностых по конец первого десятилетия 21 века.

Но вот я прочел о его назначении в Общественный совет при министерстве обороны и спросил: "Зачем Вам это?" На что получил ответ: "Меня слышат". И действительно, вскоре руководство страны стало говорить знакомыми терминами, а затем и отдавать соответствующие приказания. Более того, за исполнением их был установлен контроль, и тогда стало воплощаться в жизнь то, о чем давно говорил мне Шлыков. Я позвонил поздравить его и опять услышал некую нотку сожаления в ответе "Да, идем в нужном направлении, но не очень хорошо получается. Не сержантов назначают на офицерские должности, а офицеров – на сержантские".

И все же он считал, что реформа Сердюкову удалась. Об этом он написал в шестом номере журнала "Россия в глобальной политике" два года назад, в ноябре-декабре 2009 г. В статье упоминается о докладе, подготовленном в 2004 году Советом по внешней и оборонной политике под руководством Шлыкова.

"Мы предлагали, в частности, радикальное сокращение численности офицерского корпуса, упразднение института прапорщиков и мичманов, подготовку кадровых сержантов, введение военной полиции и многие другие меры, которые уже реализованы в ходе первого этапа сердюковских преобразований - писал Шлыков. - И, естественно, учреждение полновластного гражданского Министерства обороны. В Генштабе эти предложения были тогда отвергнуты в самой грубой форме". Он считал, что все новшества в армии продиктованы исключительно здравым смыслом.

Виталий Васильевич обладал проницательным умом, редкой памятью и острой интуицией (всё же руководил аналитическим управлением ГРУ). До времени мало кто знал, что Шлыков осуществлял связь с завербованным советской военной разведкой коммодором флота ЮАР Дитером Герхардтом, получая от него информацию по ядерной программе ЮАР и о контактах между республикой и НАТО.

С октября 1990 по июнь 1992 гг. Васислий Шлыков был заместителем председателя Государственного комитета РСФСР по общественной безопасности и взаимодействию с Министерством обороны СССР и КГБ СССР. С сентября 2009 года он — профессор Высшей школы экономики. Обаятельным, глубоко интеллигентным человеком был этот "серый кардинал" военной перестройки... И очень сердечным. И скончался от острой сердечной недостаточности, в одночасье.

С его именем навсегда будет связано обновление российской армии.