Низкий, животный поступок американских морских пехотинцев, совершенный ими в отношении тел убитых врагов в Афганистане, стал достоянием общественности 12 января. В любительском видеоматериале, снятом явно для "внутреннего пользования", четверо морских пехотинцев мочатся на трупы убитых талибов, отпуская при этом скабрезные шутки и презрительные замечания в отношении своих уничтоженных врагов. Что ж, это так просто - оскорбить и унизить, зная, что ответа не будет. Но, как сказал Нестор-летописец, "мертвые сраму не имут"...

При виде этих кадров у меня, не испытывающего никаких симпатий к талибам, невольно возникла мысль, что эти убитые талибы, "мужики в широких штанах" - противники для американцев не просто грозные, но – непобедимые! Именно поэтому американским войскам и их союзникам по коалиции ISAF приходится сейчас "смазывать пятки", стыдливо умалчивая о провале широко разрекламированной десять лет назад операции "Несокрушимая свобода"! Именно поэтому четверо здоровенных американских парней, экипированных и вооруженных, словно космонавты из "Неукротимой планеты" Гарри Гаррисона, мочатся на трупы афганцев, все вооружение которых состоит из китайского варианта "калашникова" да самодельных взрывных устройств. Видно, огромного труда стоило этим парням из Массачусетса и Канзаса, с амуницией и вооружением каждого стоимостью 18тыс. долларов (!) выследить и убить афганских боевиков в галошах на босу ногу!

Нет… Это – не "детская шалость морских пехотинцев, которых я глубоко уважаю", как изволила выразиться готовая многое прощать своим госпожа Клинтон, "по-матерински" журя их за "недостойное поведение" после обнародования видеозаписи. Это - целый набор комплексов, связанных, прежде всего, с реализацией пустившего глубокие корни в подсознании чувства собственной неполноценности неудачников в войне и мире, "разносчиков демократии", нелюбимых всюду и потому особенно заносчивых. Сколько раз приходилось уходить американским солдатам с подбитым "фэйсом" из разоренных ими стран – Вьетнама (где они с чувством непризнанных "господ мира" резали уши и носы у мертвых врагов, изготавливая из них ожерелья); из до сих пор полыхающего огнем Ирака (покинув его после "удачно завершенной операции", они убеждали себя в том, что победили, глумясь над пленными в Абу-Грейве) и, наконец, теперь, накануне "успешного завершения" очередной "миссии" в Афганистане…

"Смотри ты, мертвый презренный талиб, которого я всего несколько часов назад, выходя на разведку, до смерти боялся встретить и потому едва не обмочился, услыхав вдали стрекот твоего автомата – я жив, а ты мертв!!! Не веришь?! Вот смотри, я сейчас справляю на тебя малую нужду, а ты лежишь и ровным счетом ничего не можешь поделать… Теперь, когда твои руки не сжимают автомат… Хорошего тебе дня, приятель!"…

По утверждениям американцев, "престиж военной службы кристаллизован в американской морской пехоте". В то время как другие виды американских вооружённых сил при наборе обещают материальное вознаграждение и высшее образование, морская пехота не обещает ничего. Вместо обещаний она спрашивает: "А ты потянешь?" Материальное вознаграждение в морской пехоте меньше, чем в других войсках. Высшая награда, которую она может предложить, — это право называть себя Морским Пехотинцем. Однажды заслужив это звание, человек остаётся морским пехотинцем на всю жизнь: морпехов бывших не бывает!

По утверждению американцев, Морская пехота — это больше, чем корпорация. Это братство. "Я" становится "мы", морские пехотинцы работают как одна команда и готовы принести себя в жертву идее. Их девиз — "Честь, Отвага, Долг". Морпех при всей самой современной боевой технике остаётся воином, какими были воины два тысячелетия назад. Все морские пехотинцы, какие бы функции они ни выполняли, в первую очередь - бойцы и стрелки, и могут вступить в бой мгновенно. Все без исключения проходят одну и ту же стандартизированную базовую подготовку, которая создаёт ощущение единства и корпоративности. Знание истории морской пехоты, важнейших сражений, духа и этноса скрепляет единство, утверждают исключительность и престиж. На мемориале морской пехоты начертаны слова адмирала Нимица: "Необыкновенная отвага здесь обыкновенное качество".

Судя по всему, адмирал имел в виду тех морских пехотинцев, что подняли флаг на главной стратегической высоте острова Сайпан, отбитого у японцев, а вовсе не их "навороченных" внуков в Афганистане! Потому, как из приведенного здесь девиза: "долги" они свои уже роздали и никому не должны; "отваги" никакой не заметно, а о воинской "чести" и упоминать не приходится...

Морализировать по поводу жестокости на войне многие посчитают делом бесполезным. Само это занятие человечества, представляющее собой крайнее проявление физической борьбы, предполагает уничтожение противника. Чего уж тут рассуждать о жестокости?! Тем более в войне современной, когда подавляющее большинство солдат даже не видит врага в прорези прицела, а только управляет смертоносными орудиями, посылающими за многие километры снаряды, торпеды, ракеты! Где тот "галантный век", когда рыцари приподнимали забрала, чтобы представиться перед схваткой противникам или салютовали шпагами убитым ими врагам?

Однако современная обезличенная война предполагает определенные законы её ведения основанные на тех моральных нормах, которые приняты в человеческом обществе, называющем себя цивилизованным. Они основываются на тех нравственных ценностях, на той человеческой культуре, которую в бою и должен защищать солдат. В противном случае – вооруженная борьба бессмысленна, а воюющие люди превращаются в банду убийц. И можно ли тогда им доверить защиту страны?