Сообщение о предстоящем возвращении в Пакистан бывшего президента генерала Первеза Мушаррафа обострило и без того накаленную политическую обстановку в стране. Поклонники экс-президента не скрывают своей радости и готовят ему торжественную встречу, а противники напоминают о том, что Мушарраф должен быть арестован, как только пересечет границу.
Действительно ли Мушаррафу грозит арест и что за причина? Дело в том, что в 2011 году Верховный суд Пакистана выдал ордер на арест экс-президента в связи с делом об убийстве бывшего премьер-министра страны Беназир Бхутто. По мнению суда, Мушарраф преднамеренно не обеспечил в канун выборов безопасность своего главного политического оппонента. Высказывалось мнение и о том, что экс-президент причастен к организации убийства Бхутто, хотя официально подобное обвинение выдвинуто не было.
Опасаясь импичмента, Мушарраф в 2008 году покинул пост президента. С тех пор он живет то в Англии, то в Объединенных Арабских Эмиратах. Уверенный в поддержке своих многочисленных сторонников, особенно в армии и спецслужбах, он не скрывал все эти годы, что намерен вернуться на родину, чтобы принять участие сначала в парламентских, а через год и в президентских выборах. В его предвыборной программе, кроме восстановления процветания, прогресса и мира в Пакистане, говорится и о необходимости обновления отношений с Вашингтоном (они переживают сейчас самый худший период за всю историю страны), который всегда поддерживал генерала и во многом способствовал в свое время его приходу к власти.
Что касается нынешнего пакистанского руководства, то оно, кажется, уже порядком устало от партнерства с США и вседозволенности ЦРУ (например, американцы даже не проинформировали Исламабад об операции по ликвидации Усамы бен Ладена, авиаударах в зоне афгано-пакистанской границы). В Исламабаде считают, что пора ограничить взаимодействие с Вашингтоном тремя сферами – борьбой с терроризмом, урегулированием ситуации в Афганистане, обеспечением безопасности пакистанского ядерного потенциала, насчитывающего более 100 боезарядов.
И без того сложную обстановку в стране обострили атаки на руководство страны – президента и премьера, которые предпринимают в последнее время генералитет и разведслужбы. К ним подключился и Верховный суд, потребовавший от премьер-министра Юсуфа Реза Гелани ответить на вопрос, почему не выполнено постановление от 2009 года об отмене как незаконного декрета об амнистии. Этот документ предписывает освобождение от уголовной ответственности чиновников и политиков, замешанных в коррупционных скандалах. Под амнистию попал, в частности, и нынешний президент Асиф Али Зардари, который в период премьерства своей упруги Беназир Бхутто занимал пост министра финансов и "погорел" на очень крупной сделке. Одновременно идет "обмен ударами" между силовиками и главой правительства, который подозревает армию в подготовке военного переворота. И пока совершенно не ясно, во что выльется эта конфронтация. Конечно, ее может использовать и наверняка использует в своих целях Первез Мушарраф, если все же вернется на Родину, что вполне вероятно.
Ситуацию в Пакистане обостряет и соседство афганских талибов, которые имеют базы и лагеря на территории Пакистана. Большинство населения страны не приемлет фанатизма талибов, терроризма, ставшего их почерком, однако часть армейской элиты и спецслужб разделяет взгляды боевиков, тайно, а порой и абсолютно открыто помогает им, надеясь использовать готовых на все фанатиков в своих целях. Они, между прочим, могут пригодиться и в случае возвращения Мушаррафа, если армия захочет вновь посадить генерала в кресло главы государства.
В новом президентстве Мушаррафа, разумеется, очень заинтересован Белый Дом, у которого не складываются отношения с нынешним руководством страны. Барак Обама даже считает, что сегодня Пакистан представляет большую угрозу для США, нежели Афганистан. Конечно, нынешний президент Асиф Зардари проявляет самостоятельность, не выполняет идущих из Вашингтона команд и поэтому не угоден Белому Дому, которому хотелось бы увидеть у власти своего старого проверенного друга Мушаррафа.
Однако дело не только в этом. Вашингтон считает, что Зардари не борется с талибами, представляющими угрозу для США. Главная опасность исходит от северо-запада страны, где размещаются базы талибов. Фактически этой частью Пакистана никто не управляет – ни местные власти, ни англичане. Там – рассадник терроризма, один из самых крупных в мире. Именно в этих местах боевики спокойно отдыхают и зализывают раны после своих вылазок, вооружаются, готовят новые акции против войск НАТО в Афганистане, а также теракты, наподобие бомбейского в 2008 году.
Вашингтон, конечно, сам взрастил этого монстра на пограничье Афганистана и Пакистана, активно поддерживая талибов и в годы борьбы с советскими войсками, и для низвержения президента Наджибуллы, которого считали ставленником Москвы и стремились любым путем избавиться от него. Потом монстр вышел из повиновения, и пришлось вводить в Афганистан войска НАТО. Тем не менее, справиться с талибами натовцам не удается, как и нынешнему руководству Афганистана во главе с Карзаем, которое контролирует лишь часть страны. И теперь Белый Дом хочет, чтобы пакистанцы признали войну с талибами и "Аль-Каидой" как свою собственную, то есть, хотят воевать чужими руками. А для этого вполне годится старый знакомый генерал Мушарраф. Так что, не исключено, что его возвращение на родину готовил именно Вашингтон. Состоится ли, в конце концов, второе пришествие Мушаррафа, сказать сейчас трудно. Однако вероятность этого, как и нового президентства генерала достаточно велика.
Москве далеко не безразлично, как будут развиваться события в Пакистане. Речь идет, в конечном счете, о перспективах борьбы с терроризмом, которая очень беспокоит Россию, желающую видеть объединенный фронт всех стран, заинтересованных в уничтожении этого зла. Борьба за власть – внутреннее дело Пакистана, но борьба с терроризмом – забота общая. В России надеются, что Пакистан внесет свой вклад в это дело, кто бы ни возглавлял страну.
