Трудно, ох как трудно быть сегодня во Франции Николя Саркози. Надо очень сильно раздосадовать французов, чтобы более чем за месяц до президентских выборов был уже почти наверняка известен национальный приговор: нынешнему президенту Николя Саркози победы не видать. Если, конечно, он за оставшееся до выборов 22 апреля ― 6 мая время не вытащит сам себя из болота неприязни, в которое все глубже погружается. А это, как известно, еще никому кроме барона Мюнхгаузена, не удавалось. Сарко, правда, политик тоже весьма изобретательный, но сейчас ему нужно разве что чудо или катастрофическая ошибка главного соперника - социалиста Франсуа Олланда.
Все эксперты и все опросы говорят о грядущем поражении Николя Поля Стефана Саркози де Надь-Боча, сына венгерского эмигранта, 23-го президента Франции и 6-го президента Пятой Республики. В крайнем случае Сарко можно надеяться на победу в первом туре с минимальным перевесом в процентах, но второй он явно проиграет.
Весной 2007-го Саркози легко набрал во втором туре 53% голосов и обещал изменить Францию. Сегодня почти 70% французов относятся к результатам его президентства негативно. С такими рейтингами выборы не выигрывают. Надо сказать, что сам Николя это, похоже, понимает. Чуть более недели назад, перед телевизионными дебатами кандидатов, микрофоны зафиксировали вот такие слова президента советникам: "Ладно, покончим с этим. Это все же не похороны". Ну и настроения.
Во Франции пятница 16-е марта ― последний день официального представления заявок на участие в президентских выборах. В отличие от России в стране вина, парфюмерии и сыра не заставляют кандидатов собирать 2 миллиона подписей в свою поддержку. Неумолимые законы Пятой Республики требуют, чтобы кандидатуру любого претендента на Елисейский дворец поддержали не менее 500 выборных официальных лиц - мэров, депутатов муниципалитетов, местных собраний. Вполне резонно: раз их выбрали, значит избиратели делегировали им право распоряжаться своим мнением и можно через зондирование и учет депутатских мнений сократить процесс отбора кандидатов.
Процесс, конечно, не без изъянов ― на депутатов тоже можно давить. Но зато их крайне трудно купить и уж совсем невозможно шельмовать с подписями, поскольку подписные листы публикуются как официальные документы. В предстоящий уикенд все подписи кандидатов должен проверить и официально утвердить Conseil Constitutionnel, или Конституционный Совет. Это французский аналог Конституционного суда, который среди прочего надзирает за выборами президента республики. После этого все они получат равное время в теле- и радиоэфире.
Пока, как выразились бы у нас, из "системных" партий главных претендентов четыре. Это нынешний "ответственный съемщик" Елисейского дворца и лидер правоцентристского "Союза за народное движение" Николя Саркози, кандидат от Социалистической партии, бывший лидер социалистов Франсуа Олланд, лидер правого "Национального Фронта" Марин Ле Пен и председатель центристского "Союза за французскую демократию" Франсуа Байру.
У Ле Пен вплоть до 13-го марта были сложности со сбором подписей, но теперь они у нее вроде есть и будут представлены к сроку. Одно это ― большой удар по Саркози. Он надеялся, что радикальные националисты не наберут нужного числа подписей и голоса Ле Пен (16% по рейтингам) автоматически перейдут к нему. Не вышло.
Сам по себе этот факт, кстати, говорит о том, что собрать 500 имен в кандидатский подписной лист это не такая уж и легкая задача. Две ведущие партии обычно почти монополизируют состав выборных органов муниципалитетов и департаментов страны и "третьему лишнему" иногда бывает ой как трудно найти согласных оставить свой автограф в их поддержку. Партийные лидеры, партийные бонзы, партийные штабы и партийные активисты обычно "давят" на депутатов и обещают "диссидентам", что в случае появления их подписи в "неправильной заявке" не видать им депутатского места после следующих местных выборов.
Если бы выборы прошли сегодня или завтра, то Сарко в лучшем случае вышел бы во второй тур, но через две недели все равно проиграл бы социалисту Франсуа Оллану. В худшем, что вполне реально, его отфильтровали бы уже в первом туре 22 апреля и за президентство боролись бы либо Олланд и Ле Пен, либо Олланд и центрист, председатель "Союза за французскую демократию" Франсуа Байру. На сегодня, по опросам, Олланд может получить 27-30% голосов в первом туре, а Саркози не более 24%. Во втором кандидату от социалистов сулят 55-58%.
Пока сбываются все самые мрачные опасения руководителей избирательной кампании Сарко. Они надеялись, что с вступлением Саркози в предвыборную борьбу (он объявил о намерении баллотироваться только 15 февраля) Франция одумается и акции Оллана поползут вниз, а акции Сарко, напротив, поднимутся в цене. Но ничего подобного не происходит. Выборы обещают стать вовсе не выборами, а референдумом по президентству Саркози и личности самого Сарко.
Французов, естественно, тревожит безработица, падение уровня жизни, доходов, экономический кризис, кризис евро, повышение пенсионного возраста, драконовские меры бюджетной экономии, удорожание образования, медицинского обслуживания, преступность, проблемы иммигрантов. Но это все вроде бы как на полях: наши домашние проблемы отдельно, а Саркози ― отдельно. Французов совершенно не волнуют затеянные Саркози дебаты по "национальной идентичности". Они не верят в то, что Саркози "спас евро". Их удивляет, что еще недавно убежденный еврооптимист на днях заявил, что Франция выйдет из Шенгенской безвизовой зоны, если ЕС не возьмет под жесткий контроль иммиграцию и не примет закон "Покупай только европейское".
Беда Саркози не в плохом экономическом фоне выборов. И не в силе противников Сарко. В конце концов, Франсуа Олланд не выделяется никакими такими особыми свойствами и еще меньше достижениями.
Беда Саркози в самом Саркози. Французам уже давно перестал нравиться Саркози президент и Саркози человек. Его считают слишком заносчивым, слишком любящим роскошь, агрессивным, злопамятным, склонным к мелкому местничеству, презирающим простых людей, злым на язык, гиперамбициозным, самовлюбленным, маленьким Бонапартом, элитарным и изворотливым.
И самое поразительное в том, что почти все это ― правда. На последнем большом митинге в собственную поддержку в Вильпене под Парижем (почти 40 тыс. сторонников свозили автобусами со всей Франции) Саркози, как подсчитали журналисты, в каждой второй фразе говорил "я" и "Франция". Это, конечно, не совсем "Франция ― это я!" Людовика XIV, но не так уж и далеко от нее.
Даже дети, казалось, делают все, чтобы их отцу было труднее удержаться в Елисейском дворце. На днях все газеты Франции обошло сообщение о том, что один из сыновей Саркози - 14-летний Луи (от второго брака с Сесилией Аттиас, президент женат сейчас третьим браком на Карле Бруни) кидался камнями и помидорами из-за ограды Елисейского дворца в полицейскую охрану и даже попал в лицо женщине-полицейской.
Известный французский вебсайт Mediapart только что ударил по президенту, сообщив, что у него есть документы, подтверждающие, что в 2007-м Саркози получил от ныне покойного ливийского лидера Муаммара Каддафи 50 млн евро в свой предвыборный фонд. А в прошлом году возглавил военную интервенцию НАТО против Ливии и теперь долг вроде как списан. Некрасиво.
Нынешние выборы обещают быть весьма занятным упражнением. Среди прочих кандидатов в "колоде карт", выделяются Жак Шеминад, председатель партии "За солидарность и прогресс", в программе которого колонизация Марса, лун Юпитера и "индустриализация Луны". Барака Обаму он называет не иначе как современным Адольфом Гитлером. В бюллетенях могут стоять и два убежденных троцкиста Натали Арто и Филип Путу.
В общем, французам будет на кого подивиться.
