Глава Дагестана Магомедсалам Магомедов поручил руководителям городов и районов республики создать отряды самообороны и дружины для обеспечения безопасности в регионе. Решение принято на экстренном заседании Совета безопасности Дагестана в связи с убийством террористкой-смертницей шейха Саида Афанди. Смертница – вдова одного из ликвидированных дагестанских боевиков - привела в действие закрепленную на теле бомбу. Причиной теракта стала религиозная деятельность шейха - убежденного противника ваххабизма. В главном управлении МВД республики поддержали инициативу президента, заявив, что создание отрядов самообороны поможет правоохранительным органам в борьбе с терроризмом.
Отряды самообороны уже создавались в Дагестане в 1999 году для отражения вторжения в Дагестан из Чечни банд Шамиля Басаева и Хаттаба. Тогда районные администрации совместно с отделами милиции и военкоматами вооружили несколько тысяч жителей горных сел стрелковым оружием и сформировали из добровольцев отряды ополчения.
Убийство шейха Афанди, как и другие теракты, показывают, что центр тяжести борьбы с терроризмом в России переместился в Дагестан. Именно в этой республике сейчас совершается больше всего терактов, именно здесь террористы проявляют наибольшую активность и, если не принять самых срочных и жестких мер, чтобы осадить обнаглевших бандитов, то ситуация может еще более осложниться.
Почему же именно Дагестан стал столь притягательным местом для террористов, что здесь способствует их активности? Ведь долгие годы как раз Дагестан считался одним из наиболее лояльных по отношению к федеральному центру регионов, и обстановка в республике, казалось бы, не давала повода для беспокойства. Правда, теракты совершались и здесь, например, в Каспийске и Махачкале, но то были эпизодические акции, которые не обошли стороной и некоторые другие города страны. Причем исполнителями их были не местные, а "заезжие" террористы из Чечни. Местное же население встречало незваных пришельцев достаточно недружелюбно, более того, порой давало им жесткий отпор, как это было в 1999 году. Попытка Басаева и Хаттаба создать тогда единый террористический кулак из двух северокавказских республик провалилась. А потом началась та самая антитеррористическая операция в Чечне, которая позволила в итоге покончить с преступным режимом, установленным здесь в 90-х годах сперва Джохаром Дудаевым, а потом и его последователями – Яндарбиевым и Масхадовым.
Однако борьба с терроризмом в Чечне на этом не закончилась, ибо террористические гнезда на территории этой республики остались, и надо было их выкорчевывать. Нелегкая работа эта растянулась на годы. Она продолжается и сейчас, но можно сказать, что многое уже сделано, ситуация в республике изменилась, меры, предпринимаемые Рамзаном Кадыровым и федеральным центром, дают результаты. Удалось убедить значительную часть населения в пагубности для республики всего того, что делают бандиты, которые теперь лишились поддержки многих из тех, кто прежде сочувственно относился к ним. Террористы почувствовали себя на территории Чечни очень неуютно. Поэтому их взгляды вновь устремились на соседний Дагестан.
Взорвать обстановку в Дагестане они стремились давно, сразу же после захвата власти в Чечне. Дагестан привлекал их внимание по многим причинам. И благодаря близкому соседству, наличию родственных связей у части населения и, конечно же, и из-за выгодного географического положения. Дагестан в отличие от Чечни имеет выход к морю, а значит, через Каспий террористы могут иметь выход к бывшим советским республикам Средней Азии, а там, рядом – Афганистан, главный рассадник терроризма. Вот какая заманчивая перспектива влекла чеченских террористов в Дагестан. Несмотря на провал вторжения в 1999 году, они продолжали свою теперь уже скрытую разрушительную работу. И семена, посеянные в конце 90-х годов и начале прошедшего десятилетия, проросли и начали давать всходы. Этому во многом способствовала сложная экономическая обстановка в Дагестане, нерешенность многих социальных проблем.
Давно известно – где тонко, там и рвется. Там, где есть проблемы, всегда найдутся недовольные, которых легко можно толкнуть на преступные действия, на путь, ведущий в сети опытных вербовщиков-террористов. В Дагестане недовольных хватает. Потому что уровень жизни населения низок, велика безработица, не достает объектов здравоохранения, культуры, образования, люди не чувствуют себя социально защищенными. Те, кто постарше, люди пожилого возраста терпеливо переносят трудности, а вот молодые не хотят терпеть. Одни покидают родные края, едут на заработки в разные города, а другие попадают в лапы террористов, объясняющих им, что надо выражать свой протест не речами, а действием – устраивать теракты, другого языка, мол, власти не понимают. К этому добавляется идейная подкладка – надо это делать во имя свободы и высшей справедливости, которая в конечном счете оправдывает все. И обманутая такой пропагандой молодежь становится на путь терроризма. Этому способствует широкое распространение наркомании в Дагестане, где наркокультурами нелегально засеяны большие площади. В большинстве своем теракты совершают именно одурманенные наркотиками люди.
Что можно противопоставить этому злу, как изменить к лучшему ситуацию в Дагестане? Ответ на этот вопрос власти Дагестана ищут в ужесточении борьбы с терроризмом, предупреждении терактов. Служба безопасности стремится заблаговременно получать информацию о готовящихся терактах (если не полную, то хотя бы частичную). Разумеется, сделать это нелегко, но привлекая к работе местное население, тех, кто когда-то был связан с террористами, но порвал с ними и знает их повадки, можно решить эту задачу. Не исключено, что через Каспийское море в Дагестан прибывают террористы из Центральной Азии, и поэтому многое зависит от береговой охраны, от того, сможет ли она поставить барьер на пути проникновения в республику непрошеных гостей.
Успех в борьбе с терроризмом зависит и от совместных действий властей Дагестана и Чечни. Ведь тесная связь чеченских и дагестанских террористов очевидна, а значит, важны общие усилия по выявлению этих связей, обмен оперативной информацией для нанесения ударов по их лагерям и базам, находящимся, как правило, в труднодоступных горных аулах и селах.
Но, конечно, победить терроризм, лишить его питательной среды не удастся, если не принять срочные меры по изменению социально-экономической ситуации в Дагестане. Только улучшив жизнь людей, создав рабочие места для молодежи, обеспечив ей нормальные бытовые условия и возможность интересно проводить свободное время, можно прекратить ее приток в ряды террористов. Все большую роль в борьбе с терроризмом играет местное духовенство, которое объясняет людям, что цели и дела террористов идут вразрез с принципами ислама, что так называемый ваххабизм таит в себе опасность как для верующих, так и для всех остальных жителей республики. Это и объяснял людям шейх Саид Афанди, убитый террористами.
Дагестан – край с давними интернациональными традициями. Здесь веками жили и продолжают жить единой жизнью представители многих национальностей – аварцы, лезгины, лакцы, даргинцы, кумыки… Их общая задача – покончить с терроризмом, который несет смерть и разрушение, сеет раздор и распри. И задача эта, безусловно, выполнима.
