Идея стратегии 4GW ("войны четвертого поколения") начала обсуждаться в кабинетах Пентагона и Госдепа США еще в середине второй половины прошлого века. Этот период характеризовался острым противостоянием двух сверхдержав – СССР и США в борьбе за установление своего влияния в различных районах мира.
Практика Корейской, а затем Вьетнамской войны показала американцам бесперспективность ведения классических боевых действий с широкомасштабным применением сухопутных войск, флота и авиации с целью свержения неугодных им режимов в условиях биполярного мира. Любые наступательные действия, в конечном счете, ограничивались той "красной линией", пересечение которой было чревато прямым столкновением с вооруженными силами второй сверхдержавы. А это было недопустимо ни с военной, ни с политической точки зрения.
"Конфликты низкой интенсивности" несмотря на то, что они и выглядели как всплески региональной напряженности, в своей сущности до определенной степени служили "отсечными клапанами" для сброса глобальной напряженности между СССР и США. Однако при этом они никак не могли обеспечить решение конечной задачи региональной политической реконфигурации в тех или иных точках мира в интересах той или иной сверхдержавы.
Все более очевидной становилась значительно более эффективная роль повстанческих движений и партизанских формирований. Наиболее наглядно это можно было наблюдать в Экваториальной Африке и Латинской Америке. Однако при всех видимых преимуществах такой стратегии по сравнению с прямой военной интервенцией, и она не была в состоянии обеспечить долговременного и устойчивого окончательного решения вопроса о власти. Практически все имевшиеся на то время региональные конфликты продолжали носить тлеющий характер и требовали постоянной подпитки деньгами и оружием.
Ситуация стала постепенно меняться в конце 80-х – начале 90-х годов в условиях коллапса социалистической системы и неизбежного перехода на тот момент к однополярному миру. Во всяком случае, такая точка зрения стала преобладать в американском военном и политическом истеблишменте.
Тем не менее, даже после развала Советского Союза Россия продолжала оставаться одной из крупнейших ядерных держав мира, и "простые" схемы ее выдавливания с мировой политической арены и дальнейшего уничтожения "в лоб" как серьезного геополитического игрока виделись ответственными западными политиками и военными аналитиками бесперспективными.
Прежде всего, Россию необходимо было политически изолировать. Такая задача не снимается с повестки дня в США и сегодня. Ее нужно было лишить максимально большего числа оставшихся союзников и партнеров. Прежде всего, удар был нанесен по Среднему Востоку, где Россия имела серьезные национальные интересы, и где несмотря ни на что, ее позиции были традиционно достаточно прочными. Целью США стали Афганистан и Ирак. Хотя окончательные цели этих войн так и не были достигнуты, Россию все же удалось практически выдавить из этих стран. Правда, по критерию "стоимость – эффективность" полученные "дивиденды" не оправдали потерь.
Для продолжения наступления требовалось разработать и внедрить новую стратегию войны, которая, опираясь на полезный опыт прошлого, предусматривала бы применение таких технологий, эффективно противостоять которым Россия была в то время либо еще не готова, либо которые могли воздействовать на Россию настолько деструктивно, что радикально замедлили бы процесс ее социально-экономического возрождения.
И такая стратегия под названием 4GW ("война четвертого поколения") впервые начала разрабатываться в 1989 году Уиллиамом Линдом (William S. Lind), американским экспертом по вопросам внешней и внутренней безопасности США, борьбы с терроризмом, а также американской геополитике, бывшим помощником Сенатора Роберта Тафта (младшего), а затем директором Центра культурного консерватизма (Center for Cultural Conservatism) при экспертно-аналитическом фонде Free Congress Foundation.
В последующем выдвинутая Линдом концепция 4GW была более подробно изложена американскими военными экспертами полковниками Кейтом Найтенджелом и Джозефом Саттоном, а также подполковником Гари Уилсоном и американским военным аналитиком полковником запаса Томасом Хэмсом в его известной книге "The Sling and The Stone" ("Праща и камень" - пер. автора). И после реализации серии пилотных проектов в форме "цветных революций" приобрела некую законченную форму к концу XIX века.
Разработчики стратегии 4GW делают особый акцент на том, что "война четвертого поколения" мало похожа на войну в нашем традиционном понимании. Для ее понимания полезно даже заглянуть в историю на несколько веков назад. "В прошлом войны велись совершенно различными оппонентами: семьями, племенами, религиозными группами, городами, коммерческими субъектами, с использованием совершенно различных сил, средств и методов, а не только армиями и флотами (два из этих методов в наши дни вновь стали достаточно популярными – подкуп и заказное убийство). Сегодня же военному руководству стран даже трудно представить себе войну иначе, как столкновение похожих друг на друга национальных вооруженных сил", - пишет Линд в своей статье "Что такое война четвертого поколения" ("Understanding Forth Generation War"), размещенной 15.1.2004 г. на сайте Antiwar.com.
Название – "война четвертого поколения" восходит к предложенной в США классификации поколений войн:
Первое поколение – 1648-1860 гг, линейная тактика, времен применения холодного оружия и мушкетов.
Второе поколение – тактика французской армии времен Первой мировой войны. Предусматривает, прежде всего, нанесение массированного огневого воздействия по противнику силами артиллерии в основном с закрытых позиций. "Артиллерия покоряет, пехота оккупирует". Централизованно управляемое огневое воздействие тщательно синхронизировалось с действиями пехоты, танков и полевой артиллерии в ходе "управляемого сражения", где командир выступал в роли некого "дирижера оркестра". Интересно, что американская армия во многом переняла именно эту тактику. И применяет ее до сих пор (Афганистан, Ирак), но артиллерия при этом уступила место авиации. Для американцев война – это "удар сталью по цели". Однажды преподаватель тактики Артиллерийского училища в Форте Нокс в раздражении сказал своим слушателям: "Я сам не знаю, почему должен учить вас всей этой старой французской ерунде, но я это делаю".
Третье поколение - тактика германской армии времен Второй мировой войны ("Блицкриг"), тактика стремительных широких маневров, окружений противника и прорыва его линий обороны на большую глубину с использованием крупных танковых соединений и авиации.
Если по Клаузевицу классическая "война есть продолжение политики иными, (именно: насильственными) средствами", то "война четвертого поколения" - это конфликт, характеризующийся стиранием различий между непосредственно войной и политикой, между вовлеченными в нее военными и гражданским населением.
Создатели стратегии 4GW не без оснований утверждают, что сегодня значительно продуктивнее вкладывать средства не в широкомасштабную наступательную войну, а в различные все новые и новые подрывные тактические приемы, чтобы заставить противника постоянно истощать свои военные и финансовые ресурсы в ходе непрекращающейся и ежедневно подпитываемой извне партизанской войны и террористической деятельности и при этом целенаправленно инициировать нарастание социально-экономического хаоса внутри страны-противника и усиливать психологическое и информационное давление на ее народ и руководство до такого момента, когда нежелательная власть объекта агрессии будет готова сдаться и уйти.
Нужно отметить, что тактика поддержки повстанческих движений и партизанской войны всегда с успехом применялась Советским Союзом, и в частности, в процессе крушения остатков колониальной системы в 60-е-70-е годы в Азии, Африке и некоторых странах Латинской Америки. В свою очередь в США упор делался традиционно на контрпартизанские действия. В ходе разработки новой американской военной стратегии организации повстанческих движений было уделено особой внимание. Партизанская война стала основой "военного компонента" стратегии 4GW. Но об этом позже.
Стратегия 4GW всегда носит наступательный характер, это всегда внешняя агрессия, которая может быть закамуфлирована под гражданскую войну, акции гражданского недовольства и неповиновения и т.д.
Цель "войны четвертого поколения" - обеспечить свою победу посредством лишения правительства и народа страны-противника воли к сопротивлению, убеждения руководства этой страны в том, что поставленные им цели противодействия агрессии недостижимы или не стоят тех затрат, которые пойдут на их достижение.
"Война четвертого поколения" - это такой способ ведения войны, когда стороны ставят своей целью, прежде всего, достижение моральной победы над противником:
Нанесением ударов по сильным сторонам противника;
Использованием в своих интересах слабых сторон противника;
Использованием асимметричных методов борьбы (оружия и технологий, которые радикально отличаются от того, что имеет противник).
Характерной чертой стратегии 4GW является то, что для реализации своих замыслов страна-агрессор использует некого "агрессивного негосударственного субъекта" страны-объекта агрессии, т.е. силы, находящиеся в прямой политической и/или военной оппозиции к законной власти в этой стране. Государство-агрессор, не выходя прямо на авансцену, рекрутирует, вооружает, обучает и финансирует силы этого "агрессивного негосударственного субъекта", планирует и обеспечивает его подрывные операции, как с применением, так и без применения оружия, оказывает им международную политическую, информационную и юридическую поддержку.
Стратегия 4GW использует широкий набор технологий. Эти технологии применяются в комплексе и в течение достаточно длительного времени. Они группируются вокруг двух основных компонентов – "военного" и "гражданского", хотя такое деление носит достаточно условный характер.
1. "Военный компонент" включает:
Организацию под флагом "агрессивного негосударственного субъекта" повстанческого движения в стране-объекте воздействия;
Террористические действия различного характера, начиная с подрывов военных и гражданских объектов и кончая партизанскими действиями крупных и мелких отрядов на большой территории страны. Террор должен носить крайне жесткий и жестокий характер, чтобы заставить население в районах действия таких отрядов полностью подчиняться террористам и под страхом мучительной смерти подавить всякую волю людей к сопротивлению;
Широкое использование в военных действия транснационального компонента, т.е. иностранных наемников, боевиков «частных армий», а также собственных групп СПЕЦНАЗ;
Реализацию на территории страны-объекта агрессии тактики "конфликтов низкой интенсивности" с участием любых внешних сил;
Оказание широкомасштабной информационной, финансовой и военно-технической помощи формированиям, ведущим партизанскую войну.
2. "Гражданский компонент" включает:
Целенаправленные агрессивные атаки на традиционные культурно-исторические ценности населения. Использование различных сил и средств для снижения уровня культуры, этического и эстетического воспитания граждан, их образовательного уровня. Применение технологий разобщения общества, разрушения традиционной общины и семьи. Превращение людей в "Иванов, не помнящих родства".
Утонченную и высокотехнологичную психологическую войну, манипулирование средствами массовой информации, постоянное проведение агрессивных акций информационной войны, как внутри страны, так и в мировом медийном пространстве, включая Интернет.
Использование технологии "lawfare". Это технологическая новинка. Дефиниции этого термина сегодня еще нет даже в Oxford English Dictionary. Этот слово состоит из двух элементов: "юриспруденция" и "война", и переводится некоторыми экспертами как "юридическая война", но автор считает, что это скорее "злонамеренное юридическое манипулирование", как одна из форм "асимметричной войны". Это незаконное использование норм внутреннего и международного права в целях нанесения ущерба оппоненту, завоевания симпатий мирового общественного мнения в рамках кампаний "паблик релейшнз", финансового истощения противника и его изматывания путем всяческого затягивания различных юридических процедур, навязывание международных правовых норм и подмена ими норм национального законодательства в ущерб национальным интересам страны-жертвы агрессии, выход за рамки общепринятых международных правовых норм и использование вместо них региональных или корпоративных правовых норм в целях легализации тех или иных своих агрессивных действий.
Оказание всех форм давления на страну-жертву: политического (международная изоляция), экономического (санкции), социального и военного.
Организация "цветных революций", демонстраций, пикетов и кампаний ненасильственного неповиновения с применением при необходимости новейших интернет-технологий.
Период 90-х годов прошлого века был временем отладки стратегии 4GW. День "Д" наступил 11 сентября 2001 г. (обрушение зданий Международного торгового центра в Нью-Йорке), когда США приступили к глобальной реализации планов создания нового "Pax Americana", т.е. установления своей полной политической, экономической и военной гегемонии в мире под прикрытием "войны с международным терроризмом". У России нет никаких оснований испытывать какие-либо иллюзии в отношении будущего российско-американских отношений. Далеко не случайно и отнюдь не в запале президентской гонки Митт Ромни, пользующийся широкой поддержкой в стране республиканский кандидат на выборах президента США, назвал Россию "геополитическим противником Америки №1".
Стратегия "войны четвертого поколения" была уже достаточно успешно использована в ходе т.н. "арабской весны", а в сущности смены неугодных США политических режимов в странах Северной Африки (Магриба). Сегодня она активно используется против правительства Башара Асада в Сирии.
Попытки применения "военных" и "гражданских" технологий стратегии 4GW имели место в недавнем прошлом и в ближнем зарубежье России – в Таджикистане и Киргизии. Это еще раз подчеркивает жизненно важную для этих стран необходимость консолидации с Россией, усиление их участия в ОДКБ и ШОС. Такая политика в современных условиях как никогда отвечает национальным интересам стран Центральной Азии, обеспечивает гарантии их национальной безопасности и суверенитета, поскольку можно не сомневаться, что технологии 4GW будут и в дальнейшем использоваться в этом регионе, учитывая его геополитическое значение и стратегическую важность как первого эшелона на пути распространения наркотиков и проникновения в направлении юг-север различного рода вооруженных банд, маскирующихся под различные исламские движения.
При еще более детальном рассмотрении практики применения технологий 4GW, можно отметить, что определенные компоненты этих технологий обкатывались в недавнем прошлом и обкатываются сегодня и на территории России. Во всяком случае, об этом говорит наличие связей бандитского подполья на Кавказе и внесистемной оппозиции в Центральной России с антироссийскими силами за рубежом, их широкомасштабная информационная и политическая поддержка в странах Запада, принятие некоторыми международными организации на Западе резолюций и петиций, поощряющих и подстрекающих деструктивные силы в России к различным насильственным действиям, направленным против законной власти в стране, против традиционных культурно-исторических ценностей народов России.
Американское военно-политическое руководство рассматривает стратегию 4GW как стратегию будущего. Продолжается ее интенсивное совершенствование. Можно с достаточной степенью уверенности предположить, что в ближайшее время она будет дополнена тактикой широкомасштабного применения авиации для завоевания господства в воздухе и высокоточного оружия в обычном снаряжении для вывода из строя основных военно-промышленных целей на территории противника. Но этим дело вряд ли ограничится. Есть основания полагать, что стратегия 4GW станет стратегией войн XXI века, а возможно и сценарием новой мировой войны.
