Каспийское море по-прежнему остается яблоком раздора в отношениях между пятью прибрежными государствами. И если во времена СССР все проблемы Каспия решались в советско-иранском диалоге, то после распада великой державы и образования на ее территории независимых государств каспийские проблемы, и прежде всего связанные с разделом акватории, стали затрагивать интересы России, Азербайджана, Казахстана, Туркмении и Ирана. Причем у каждой из сторон своя точка зрения, которую они отстаивают в довольно острой, непрекращающейся дискуссии.
Впервые Каспийское море было поделено еще после походов Петра I в Персию. Серией договоров было установлено, что Каспий является внутренним водоемом Российской империи, в котором Персия получила права торгового судоходства. Тогда и был установлен принцип "общей воды", действующий и ныне. В 1931-1935 годах были установлены новые принципы: право нахождения на Каспии судов только СССР и Персии и 10-мильная прибрежная зона. СССР принял в 1935 году линию Гасан-Кули (Туркмения) – Астарачай (Азербайджан) в качестве советско-иранской морской границы.
После распада СССР и образования новых прикаспийских государств встала задача определения принципа раздела Каспия и проведения новых морских границ. Каспий оказался разделен по побережью весьма неравномерно. России досталось 695 км береговой линии, Туркмении – 1200, Казахстану – 2320, Азербайджану – 955 и Ирану – 724 км. Парадоксальность ситуации заключается помимо всего прочего и в том, что при взгляде на карту трудно понять, почему, к примеру, российская береговая линия по протяженности уступает всем остальным.
В определении правового статуса Каспийского моря пять прикаспийских стран никак не могут прийти к общему мнению по поводу отнесения его к озерам или морям. Если использовалось бы определение Конвенции ООН по морскому праву, то тогда на Каспии появились территориальные и нейтральные воды. Все, что находится в пределах территориальных вод, находилось бы под суверенитетом прибрежного государства. В этом случае у каждой стороны появились бы 12-мильные территориальные воды и 200-мильные исключительные экономические зоны, определенные по методу срединной линии.
Но для признания Каспия обычным морем ему не хватает естественного сообщения с Мировым океаном. Если же не признавать Каспий морем, а считать закрытым морем или озером, то режим использования акватории должен определяться соглашением прибрежных государств. Но все дело в том, что достичь соглашения они не могут.
Так, Туркмения и Иран отстаивают вариант, по которому акватория делится на территориальное море размером не менее 12 морских миль, исключительную экономическую зону (35 миль), а также общее водное пространство. В Тегеране предлагают равное распределение площади - по 20 процентов каждой из стран, а Ашхабад настаивает на более сложном способе – определении координат срединной линии методом равноудаленных точек, по широтам. Смысл этой идеи заключается в том, что в случае ее принятия Туркмении достанутся некоторые спорные нефтегазовые месторождения, а кроме того, граница будет проходить заметно ближе к берегам Азербайджана.
Баку предлагает погранично-озерный статус Каспия и считает необходимым его раздел среди прибрежных государств в соответствии с национальными секторами. Астана выступает за признание Каспия морем, раздел дна с сохранением принципа "общей воды", на основании чего подписала в 1998 году соглашение с РФ, что дало Казахстану возможность вести геологоразведочные работы на шельфе Каспия.
Россия против деления акватории Каспия на национальные зоны. Она выступает за определение границы территориальных вод в размере 12 или 24 миль и поддерживает идею "совместного владения" остальной частью акватории. А дно предлагается делить по модифицированной срединной или по любой другой приемлемой линии. Москва считает (и руководство РФ совсем недавно подтвердило это), что раздел акватории Каспия на национальные сектора потребует коренного пересмотра сложившегося за последние 70 лет режима хозяйственного использования уникального водоема, а это совершенно неприемлемо. Более того, по мнению Москвы, отдельные виды ресурсов Каспия, например, водные биоресурсы, неделимы и требуют проведения согласованной политики по их сохранению со стороны всей прикаспийской "пятерки".
Словом, у каждой из сторон есть свои интересы и свои аргументы в обоснование занимаемой позиции, и желанного консенсуса пока достичь не удается. Поиску компромисса в споре прикаспийских государств, мешают, как полагают многие эксперты, ЕС и особенно США, стремящиеся сохранить за собой статус активного регионального игрока и пытающиеся извлечь выгоду их противоречий "пятерки". Вашингтон старается во что бы то ни стало закрепиться на Каспии, поскольку под его дном находятся богатейшие залежи углеводородного сырья. Именно большие запасы нефти и газа определяют все растущий интерес США к каспийскому региону, который кроме того дает ключ к решению многих геополитических проблем. Каспий – это мост, открывающий дорогу как в Закавказье, на Северный Кавказ, в Иран и Турцию (а там, совсем рядом - Ирак и Сирия), так и в Центральную Азию. И занять прочные позиции на этом важнейшем стратегическом мосту – давнее желание Вашингтона, которому только на руку противоречия прикаспийских государств и отсутствие их окончательной и полной договоренности по разделу Каспия.
