Международные эксперты практически единодушно оценивают вильнюсский саммит "Восточного партнерства" как провалившийся. Из шести стран, которым было предложено заключить соглашения об ассоциации с ЕС, лишь две – Грузия и Молдавия – парафировали, то есть в предварительном порядке завизировали документы. Это весьма скромный результат проекта, который разрабатывается восемь лет.
Главное разочарование лидеров стран ЕС связано с временным отказом Киева от договора об Ассоциации. С его помощью Евросоюз хотел превратить Украину в государство, управляемое из Брюсселя, отрезав ее от России. Под предлогом объединительных процессов Киеву навязывали схемы, разрушающие национальную экономику. От Януковича требовали открыть свой рынок для европейских производителей, заморозить зарплаты и пенсии, окончательно обескровить вооруженные силы. Наряду с экономической "капитуляцией", которая в устах литовских и польских чиновников в Вильнюсе благородно называлась "европуть", от президента Украины добивались выполнения множества сопутствующих условий - от пересмотра законодательства - до объявления амнистии осужденной по решению суда экс-премьеру Юлии Тимошенко.
Украинский президент предложил урегулировать вопрос внешних связей сразу с двумя партнерами путем проведения трехсторонних переговоров в формате Украина–Россия–ЕС. Собеседники с ходу отвергли эту инициативу, у председателя Еврокомиссии Жозе Мануэля Баррозу искривилось и побледнело лицо: никаких третьих лиц быть не должно! Ясно, что партнеров по ЕС больше устраивает не урегулирование вопроса, а наоборот, разрыв экономических связей Украины с Россией. Сама мысль о "Восточном партнерстве" в составе Азербайджана, Армении, Белоруссии, Грузии, Молдавии и Украины, возникшая в 2004 году по польской инициативе, отражала витающую в воздухе идею руководства Евросоюза о создании "пояса дружественных стран" на востоке. По сути, это была попытка создать и даже юридически закрепить сферу влияния Евросоюза в странах бывшего СССР.
Здесь нельзя не увидеть аналогию с идеей "санитарного кордона", существовавшего в 1920-1930 годы. Так называлась группа лимитрофных государств, созданная под эгидой Великобритании и Франции вдоль европейских границ молодой Советской России с целью препятствия проникновению коммунистических идей в страны Запада. Однако основной задачей "санитарного кордона" была полная политическая и экономическая изоляция Советской России, а также предотвращение сотрудничества между Германией и Россией. Тогда эта идея была поддержана председателем Совета министров Франции Жоржем Клемансо. Андре Фонтэн, историк, руководивший ведущей газетой Франции "Ле Монд", видел в концепции "санитарного кордона" Клемансо реальное начало холодной войны. Эта концепция стала важным элементом организации Версальско-Вашингтонской системы международных отношений после Первой мировой войны.
Пренебрежительные высказывания о странах "санитарного кордона" можно обнаружить у лидеров англо-французской коалиции. Так, министр иностранных дел Великобритании в 1919-24 годах Джордж Керзон, раздосадованный чрезмерной, на его взгляд, активностью дипломатов стран Прибалтики, пренебрежительно обмолвился: "Чего ещё хотят эти… версальские уродцы?!"
Поскольку речь сейчас идет об Украине, то Евросоюз относится к ней далеко не как к партнеру, а, скорее, как к стране "третьего мира". Например, Киев давно ввел безвизовый режим для граждан ЕС. Обычно такие шаги делаются на основе взаимности или, как минимум, обещания адекватных ответных шагов. Но украинцам ничего не обещали. В Евросоюзе, напротив, все чаще высказываются за введение ограничений для въезда граждан-младоевропейцев в Старую Европу, а также создание для них сложностей при устройстве на работу.
Сегодня чиновники Евросоюза обвиняют Россию в имперских замашках, мол, она шантажирует Киев, предлагая войти в состав Таможенного союза. Но разве сама Европа не ставит целью максимально полную, стирающую национальные границы, интеграцию? Статья 39 в проекте соглашения Украины с Евросоюзом разрешала Киеву присоединяться к другим интеграционным объединениям, если это не противоречит договору с ЕС. Ясно, что определять "противоречит или нет" должны чиновники из Брюсселя, которым всегда помогут в таком решении их соседи из штаб-квартиры НАТО. И если противоречит, то подписавшая соглашение об Ассоциации с ЕС Украина должна была бы подчиниться, даже вопреки своим национальным интересам.
В Вашингтоне и Брюсселе хорошо сознают ту опасность, которую несут для них объединительные процессы на постсоветском пространстве, вокруг сильной России. Многие комментаторы утверждают, что провал вильнюсского форума для будущих интеграционных процессов на постсоветском пространстве значит не менее, а может более, чем успех президента Владимира Путина в разрешении сирийского кризиса.
Евросоюз не отказался от давления на Киев и снова приглашает его в марте 2014 года, на саммите Украина-ЕС, парафировать пресловутое соглашение об Ассоциации. Вряд ли это получится из-за тяжелой экономической ситуации в Украине. Председатель Европарламента Мартин Шульц признается: "Полагаю, что мы недооценили драматизм внутриполитической ситуации в Украине, в экономическом, а также финансовом отношении Украина находится "в глубочайшем кризисе…". При этом, по его мнению, Евросоюз не был готов оказать помощь Киеву в той степени, как Россия.
К сожалению, в Киеве разыгралась та драма, которую мы все с горечью наблюдаем. При этом оппозиция не стесняется никаких средств, раскачивая украинское общество. Президент Янукович оказался в тяжелейшей ситуации. Однако на фоне происходящего внутриполитического хаоса он понимает, что безусловный приоритет - срочные антикризисные экономические меры. На этой неделе глава государства планирует поездку в Китай, а затем в Россию.
В 2015 году на Украине состоятся президентские выборы, и ЕС надеется, что новые власти Украины проявят большее понимание в вопросе сближения с Европой. Параллельно особое внимание оказывается лидерам украинской оппозиции, которым в Вильнюсе уже был оказан прием фактически на государственном уровне.
В этой связи поучительной выглядит договоренность международной "шестерки" с Ираном по его ядерной программе. Пример Тегерана доказывает, что руководители страны, способные показать своему народу двуличность и лживость европейской политики, твердо понимающие, что национальные интересы важнее мнения отдельных рвущихся к власти оппозиционных политиков, в конце концов побеждают.
