В Тбилиси прибыл американский кадровый дипломат Мэтью Брайза. Это бывший помощник госсекретаря США, бывший посол США в Азербайджане, бывший… Продолжить перечисление можно. Но всему будет сопутствовать слово "бывший". Кроме одного: Брайза – кавалер грузинского ордена "Золотое руно".
В каком статусе он прибыл в Грузию – не понятно. Потому что к его памятному заявлению о том, что он на Южном Кавказе чуть ли не более всего ценит то, что является личным другом Михаила Саакашвили, тоже можно приставить слово "бывший". Экс-президенту Грузии незадолго до проигранных выборов не понравилась какая-то рекомендация уже находящегося в отставке Брайзы, и он возмутился: "Кто такой Брайза? С чего это ему вздумалось что-то советовать?!" В адрес друзей такое не говорится.
Впрочем, "самый ценный личный друг" Мэтью Брайзы не оказался в Грузии единственным другом. Поскольку на пресс-конференции "дипломат свободного полета" сообщил, что "прибыл в Тбилиси с частным визитом". Зато цель визита оказалась далеко не частной.
Мэтью Брайза удивил собравшихся, объявив, что приехал в "город, который очень любит", для рассмотрения стратегических вопросов в контексте Олимпиады в Сочи. Вероятно, точнее было сказать в "контексте бойкота Олимпиады", ибо, затронув эту тему, Брайза заявил, что "западные лидеры, говоря о причинах бойкота Олимпиады, не называют оккупацию Грузии".
"Грузия является особой страной для многих американцев. Она провела исторические выборы. В Вашингтоне существовали определенные вопросы, сохранит ли Грузия западный курс. Исходя из дискуссий, которые у меня были с лидерами Грузии, страна продолжает этот курс. Я здесь для того, чтобы рассмотреть стратегические вопросы – особенно, в контексте Олимпиады. Многие западные лидеры заявляют, что не будут присутствовать на Олимпиаде, однако, говоря о причинах, они не говорят, что Грузия оккупирована, и что игры проводятся всего в нескольких километрах от оккупированной территории", – заявил Мэтью Брайза.
Было бы крайне наивно полагать, что у Брайзы болит сердце за Грузию и ее "оккупированные территории". Ни в коем случае. Идея бойкота Олимпийских игр зрела в антироссийских кругах Запада чуть ли не с того момента, когда было объявлено о месте их проведения. Ну, если не бойкота, то возможности надавить на Россию, используя Олимпиаду в качестве рычага. Это раньше, очень давно Олимпийские игры сопровождались благоразумным прекращением войн, а позднее благородным девизом барона Де Кубертена: "Главное не триумф, а участие". Сейчас времена изменились, и все стало иначе – именно в летнюю Олимпиаду в Пекине шесть лет назад, опекаемый Вашингтоном ставленник Вашингтона Михаил Саакашвили под предлогом защиты от российский агрессии, ввел войска в Южную Осетию.
Олимпийскую карту Запад стал разыгрывать и сейчас. Точнее начал – давно, едва ли не сразу после объявления места их поведения. Сейчас дело вошло в заключительную фазу. Угрозами бойкотировать, шантажом Запад, очевидно, пытается добиться от Москвы максимальных преференций и уступок на политическом поле и в экономической сфере. Украинский кризис сыграл отчасти в качестве рычага. Во-первых, российским лидерам удалось дистанцироваться от происходящего на майдане, тогда как "на глаз" западные политики оказались вовлечены в него заинтересованными игроками куда в большей степени. Во-вторых, если и брать за основу "пророссийскость" украинского президента Виктора Януковича, то пусть он и ошибался, зато теперь действует вполне себе по "западным лекалам" - отправил в отставку премьера, сел за стол переговоров с соперниками, а Верховная Рада аннулировала "драконовские законы". В-третьих, сам кризис прошел пик, и в Киеве страсти явно идут по нисходящей. Таким образом, объявление о бойкоте Олимпийских игр в России из-за кризиса в Украине уже просто несерьезно и кроме встречного жеста в виде указательного пальца у виска ничего вызвать не может.
Другое дело – Грузия, все еще толком не определившая позицию в отношении игр. Оставшись без ярких харизматичных лидеров, соперничавших друг с другом, – президента Михаила Саакашвили и премьер-министра Бидзины Иванишвили - правящие круги, похоже, не знают, как поступить в отношении Олимпиады. С одной стороны, отношения с Москвой налажены до той черты, которую Тбилиси сам и определил: возобновлена торговля, транспортное сообщение, гуманитарные связи, а дипотношения восстановлены не будут, пока Россия не отзовет признание Абхазии и Южной Осетии. То есть, большего качественного улучшения представить трудно, а снова идти по пути ухудшения, что вызовет отказ от поездки в Сочи, не стоит. Но с другой стороны, называя Россию оккупантом и даже законодательно утверждая за ней этот статус, ездить к "оккупанту" на праздник – затея очень неоднозначная. Саакашвили был категорическим противником участия Грузии в Олимпийских играх и призывал западных союзников к такому же шагу. Иванишвили – наоборот, был сторонником максимального участия Грузии в мероприятии, вплоть до личного посещения торжественной церемонии открытия игр. Сегодня ни одного, ни второго в активной политике страны нет, а оставшийся политический бомонд кидает из жара в холод по упоминавшимся выше соображениям.
Представители бывшей партии власти, соратники Саакашвили по "Единому национальному движению" настроены не так решительно, как он сам. Они просят грузинских спортсменов отказаться не от участия в соревнованиях, но выступать не под национальным флагом Грузии, а под знаменем Международного Олимпийского комитета (МОК). Прецедент есть. Большинство стран Запада бойкотировали в 1980 году Олимпийские игры в Москве из-за ввода войск СССР в Афганистан. Но отдельные спортсмены США, Великобритании и др. пошли наперекор решению своих властей и даже выиграли свои турниры. Правда, в таких случаях гимны США и Великобритании на московских стадионах не звучали и флаги этих стран в знак победы не поднимались – их подменила символика МОК.
У нынешних же властей Грузии иные сомнения. С участием спортивной делегации они вроде определились, а вот с поездкой правительственной делегации – нет. Премьер-министр Ираклий Гарибашвили выступил "против", объявив, что в Сочи поедут только спортсмены. А президент Георгий Маргвелашвили занимает более мягкую позицию. Несколько членов правительства и вовсе говорят о необходимости полноформатной поездки, т.е. и спортивной делегации, и правительственной. С учетом того, что позиция Тбилиси в отношении Игр менялась не раз, не стоит быть уверенным в том, что она уже сформировалась окончательно. Очередное решение может принято как в одну, так ив другую сторону. Тем более, что в грузинскую среду вброшена тревожная информация: разобравшись, мол, с внешнеполитическим вектором Украины, Москва возьмется за переориентацию Грузии, и произойдет это после Олимпийских игр.
Приезд в непонятном статусе Мэтью Брайзы и его откровенное признание о цели визита, может свидетельствовать, пожалуй, об одном – добиться от грузинских властей полного отказа от участия в Олимпийских играх, что готов был сделать Саакашвили. Потому как его объяснение о том, западные политики, рассуждая о бойкоте, не упоминают оккупацию Грузии, если не является плодом некачественного перевода, похоже на лепет – для того, чтобы они начали в контексте бойкота говорить об оккупированных территориях Грузии, нужно «поработать» с ними на месте, а не приезжать в Тбилиси и сообщать об этом.
Склонив Грузию к роли «бойкотного локомотива», у Запада появится, конечно же, больше «обоснованных» причин усилить давление на Москву и угрожать отказом прислать спортсменов. Только, кажется, Тбилиси все-таки не хочет еще раз подставляться. Да и времени до старта Игр осталось мало. Его неприлично мало для объявления некоего ультиматума, который сойдет за надуманную причину бойкота. А это уже откровенная искусственная конфронтация с Россией, в которой Запад все-таки не заинтересован.
