Премьер-министр Японии Синдзо Абэ заявил в понедельник, что намерен "во что бы то ни стало" добиться разрешения территориального спора с Россией и подписать мирный договор по итогам Второй мировой войны. Реально ли это?
Абэ подчеркнул, что намерен добиться "решения проблемы северных территорий и заключить мирный договор". "Моя миссия как политика, как премьер-министра заключается в том, что бы во что бы то ни стало добиться (этого)", – цитирует слова главы кабинета министров агентство Киодо. В той или иной форме об этом заявляли, и не раз, все послевоенные японские премьеры. Возвращение территорий – это одна из приоритетных внутриполитических задач Страны восходящего солнца.
Для Абэ, кроме прочего, важно время и место заявления.
Неделю назад на фоне сенсационных данных об отрицательном росте японской экономики он распустил парламент и назначил на 14 декабря внеочередные парламентские выборы, чтобы заручиться поддержкой избирателей для проведения энергичных реформ, названных "абэномикой". Поэтому Абэ напомнил электорату о своей активности на российском направлении во время посещения соседнего с Россией острова Хоккайдо, где традиционно сильны настроения в поддержку возвращения островов.
Но это тоже довольно банальный ход. Однако он сделан на фоне заметного оживления российско-японского политического и экономического диалога.
Сразу после избрания президентом в 2012 году Владимир Путин дал понять, что готов обсуждать с Японией проблему мирного договора, что в подтексте означает и тему Южных Курил. В беседе с журналистом из газеты "Асахи", он предложил дать переговорщикам с обеих сторон дзюдоистскую команду "хадзиме" – начинай. Однако из-за быстрой смены японский премьеров принять вызов смог только Синдзо Абэ.
Он провел с Путиным уже семь встреч в различных форматах, стал единственным западным лидером, посетившим Сочинскую олимпиаду, с видимой неохотой присоединился к санкциям против России.
Параллельно и Путин не игнорировал политический диалог. В конце мая 2014 года президент заявил, что Россия готова продолжить с Японией переговорный процесс по спорным островам. "И Япония, и Россия искренне заинтересованы в том, чтобы эта проблема была решена", – отметил он. При этом глава государства подчеркнул, что решение не должно ущемлять интересы сторон, но признал, что пока непонятно, как достичь в этом вопросе компромисса.
В известной степени знаковой стала встреча лидеров на полях АТЭС в Пекине, продолжавшаяся более полутора часов, причем последние 10 минут только при участии переводчиков. Открывая ее, президент подчеркнул, что рассчитывает и на "возобновление наших переговоров по заключению мирного договора".
А министр иностранных дел Японии Фумио Кисида, подводя итоги переговоров, сообщил журналистам, что между двумя лидерами 9 ноября состоялся откровенный обмен мнениями "по важному вопросу принадлежности "северных территорий", как в Японии называют четыре острова Южных Курил, и проблеме заключения мирного договора. Во время встречи японского премьер-министра и президента России в Пекине стороны договорились "начать конкретную подготовку визита" Владимира Путина в Токио, который планируется провести "в следующем году в надлежащие сроки".
Словом, речь идет уже не о декларациях, а о возобновлении переговоров по мирному договору. Тем не менее, о скором прорыве говорить рано.
Очевидно, что полная нормализация отношений с Японией вошла в приоритеты Кремля задолго до нынешнего кризиса в отношениях с Западом. Не уклонялась Москва и от "островной тематики". Это курс полностью вписывался в "поворот на Восток", который Путин продекларировал еще во время саммита АТЭС во Владивостоке два года назад. Бойкот России Западом делает российско-японский диалог еще более актуальным.
Москва, несомненно, заинтересована в использовании японских технологий и инвестиций в развитии Сибири и Дальнего Востока. Тем более что только японский бизнес имеет в этом серьезный практический опыт. Вспомним хотя бы, что, например, Сахалинские нефтегазовые проекты начинали именно японцы. Кроме того, тесное политическое партнерство России и Китая не означает монополию Поднебесной в Сибири. Скорее Москва намерена диверсифицировать экономическое сотрудничество в регионе. Наконец, Япония – один из ключевых игроков на международной арене, которого нельзя игнорировать.
Для Японии, как минимум, важны энергетические ресурсы Дальнего Востока. Нынешняя рецессия в немалой степени связана с тем, что после Фукусимы японцы остановили все атомные станции и резко увеличили импорт газа с Ближнего Востока, где к обычной цене теперь плюсуют "японскую премию". Дальневосточные углеводороды дешевле, ближе, их поставки объективно более стабильны, чем с "закипающего" Ближнего Востока. Кроме того, привлекательно выглядит и шанс поучаствовать в создании региональной энергетической структуры в Восточной Азии, которая формируется на основе российских углеводородов.
Очень важно и то, что Токио проявляет беспокойство в связи с тесным политическим партнерством России и Китая, своего главного геополитического противника. Сбалансировать политическую ситуацию в Северо-Восточной Азии – важная задача японской внешней политики.
Иными словами, оба государства – Россия и Япония – объективно заинтересованы в сближении. Однако японцам сильно мешает территориальная проблема. Игнорировать ее не может ни один политик – таковы реалии послевоенной Японии, с которыми нельзя не считаться. И этим объясняется риторика японского премьера.
В то же время диалог по мирному договору становится условием, необходимым фоном для сотрудничества в экономике. Насколько дискуссии по "островной тематике" будут эффективными, покажет время, возможно, неблизкое.
