Психология давно установила, что на пятом десятке своей жизни человек нередко вступает в стадию глубокого внутреннего кризиса. Развеиваются иллюзии и мечты юности, достигнутое оказывается намного скромнее ожидавшегося, будущее становится тусклым и туманным. Волей-неволей приходится умерять аппетиты, признавать и принимать неприятную реальность.
У "семёрки", казалось бы, есть врождённый иммунитет от такой напасти. Ведь она сама – дитя кризиса, да какого! Она появилась на свет божий ровно сорок лет назад, в середине 70-х годов прошлого века, когда западный мир терзал безжалостный зверь под мудрёным именем "стагфляция". После золотого времени 1950-х – 1960-х, когда всё шло к лучшему в этом лучшем из миров, на Запад сразу навалилась масса больших бед: вялый экономический рост, безработица, инфляция, подрыв геополитического влияния в мире, внутренние раздоры. И всё это в условиях холодной войны, когда ослабление собственных позиций автоматически означало усиление противника.
Вот тогда-то и родилась "семёрка" в качестве инструмента координации трёх центров силы западного союза: Северной Америки (США, к которым вскоре присоединилась Канада), Западной Европы (ФРГ, Великобритания, Франция, Италия) и Восточной Азии (Япония).
"Семёрка" оказалась очень перспективной идеей. Она помогла Западу пройти кризисную полосу и выстроить дизайн глобального мира по своему вкусу и подобию. После крушения мировой социалистической системы она превратилась в неформальный клуб регулирования глобальных процессов. С постепенным приобщением России к деятельности "семёрки", таким образом ставшей "восьмёркой" во второй половине 1990-х годов, новый миропорядок приобрёл, казалось, безальтернативный характер.
Нельзя сказать, что нынешний скандал в благородном семействе разразился на ровном месте. Противоречия между Россией и её западными партнёрами накапливались годами и даже десятилетиями. Она перестала быть врагом для возглавляемого Америкой Запада, но не стала своей. В НАТО её не звали, отношения старательно дозировали, на постсоветском пространстве вставляли палки в колёса. Украинский кризис – не причина, а следствие не преодолённого за век раскола европейской цивилизации.
Если внимательно прочитать основной итоговый документ юбилейного саммита вернувшейся в исходное состояние "семёрки" (ФРГ, 8 июня 2015 года), то может показаться, что время не властно над этим уникальным институтом. Всё существенное – в поле зрения. На злободневные вопросы даются солидные, продуманные ответы. Разумеется, со своей колокольни. Но "семёрка" – не благотворительная организация.
В действительности самое главное осталось за кадром. И дело даже не в конкретике обсуждения ключевых мировых проблем, которое всегда носило закрытый характер. Дело в понимании и адекватной оценке западными лидерами тех тектонических сдвигов, которые произошли в глобальном мире за четверть века его существования.
Сегодняшняя семёрка занимает менее 15% земной суши, на неё приходится менее 12% мирового населения. Её главный козырь – господство в мировой экономике – тоже значительно обесценился. Удельный вес в мировом ВВП опустился ниже 50% и продолжает снижаться.
Наиболее красноречивым свидетельством происходящих перемен является динамика мировых финансов. Несколько огрубляя картину, можно сказать, что "семёрка" из мирового кредитора превратилась в мирового должника. Большинство её участников – и прежде всего США – не могут взять под контроль государственные финансы и затыкают образующиеся дыры за счёт заимствований из разных источников.
В мировой политике ещё не было прецедентов, чтобы должники диктовали кредиторам правила игры. Они могут их шантажировать перспективой невозврата долгов, но они не могут определять правила поведения.
Понимают ли это западные лидеры, совещавшиеся за закрытыми дверями в идиллическом антураже баварских Альп? Похоже, что да. Неслучайно в международном разделе итоговой декларации на первое место поставлен украинский конфликт, а не кровавое месиво Ближнего Востока. Хотя в долгосрочной перспективе исламский экстремизм куда опаснее для Запада, чем любые действия России на постсоветском пространстве. Просто сегодня, вольно или невольно, Россия обозначила пределы западной гегемонии в глобальном мире, и это обернулось геополитическим шоком.
Так же, как в случае с ответом на личностный кризис среднего возраста, "семёрка" может выбрать разные линии поведения. Можно делать вид, что ничего особенного не происходит и продолжать гнуть свою линию. Можно попробовать поставить строптивцев на место, да так, чтобы другим неповадно было. И в том, и в другом случае не мал риск оказаться на "неверной стороне истории" и потерпеть фиаско.
А можно сыграть на опережение. Если нельзя повернуть ход мировых процессов вспять, то не лучше ли ложиться на волну? Возможно, для решения фундаментальных проблем мироустройства на смену "семерки" должна прийти "десятка", сформированная на паритетной основе из представителей развитых и развивающихся стран, Запада, Востока, Юга.
А что же тогда "семёрка"? Списать и отправить в учебники истории? Ну, почему же. "Семёрка" может ещё долго играть незаменимую роль, только не как мировой распорядитель, а как джентльменский клуб для согласования западных интересов в глобальном мире, которому явно становится тесно в сужающихся рамках этого некогда уникально представительного института.
