Несколько дней отделяют от начала намеченных на 23 января 2017 года в Астане межсирийских переговоров по установлению мира в стране. Инициаторами встречи выступают Россия, Турция и Иран. Они же берут на себя обязательства стать гарантами выполнения договоренностей между участниками вооруженного конфликта.
Переговоры между сирийскими сторонами должны вестись без предварительных условий и в прямом контакте, а инициаторы могут выполнять функции посредников в ходе консультаций.
По предварительной информации, сирийскую правительственную делегацию может возглавить руководитель службы национальной безопасности генерал Али Мамлюк или его заместитель. Оппозиционные группировки будут представлены влиятельным полевым командиром группировки «Джейш аль-Ислам», бывшим руководителем делегации Высшего комитета по переговорам (ВКП) в Женеве Мохаммедом Аллушем. Делегацию ООН в Астане возглавит Рамзи Изеддин Рамзи, заместитель специального посланника Организации по Сирии.
На переговоры приглашены представители администрации избранного президента США Дональда Трампа.
В Астану не приглашена и здесь не будет аккредитована Национальная коалиция революционных и оппозиционных сил (НКРОС) – одна из одиозных оппозиционных политических организаций, представляющая зарубежное крыло антиправительственных сил Сирии и состоящая в основном из политических диссидентов, проживающих в Западной Европе и США и давно утерявших связь с родиной. Непосредственные участники и инициаторы встречи в Казахстане считают, что НКРОС дискредитировала себя в ходе серии безуспешных переговоров в Женеве и в настоящее время утеряла международное влияние и поддержку большинства населения страны.
Главной целью переговоров ставится выработать приемлемые для конфликтующих сторон решения по прекращению братоубийственной войны и обеспечению мер восстановления безопасности мирного населения в Сирийской Арабской Республике. На достижение этого будут направлены усилия всех участников консультаций.
Началу переговорного процесса в Астане предшествовала продолжительная и очень трудная работа дипломатов и военных специалистов России, Турции и Ирана. Но все участники встречи единодушны в мнении, что согласию на консультации стали возможны во многом лишь благодаря усилиям военных из состава российского Центра по примирению враждующих сторон в Сирии, титанические действия позволили отделить патриотическую оппозицию от враждебных для страны сил, которые под знаменем радикального ислама намерены продолжить кровопролитие и развал государства.
Именно поэтому, считают ближневосточные политологи, отличительной от Женевы особенностью начинающихся в Астане переговоров является прямое участие в диалоге военных сторон, непосредственно ведущих военные действия друг против друга. По мнению инициаторов встречи, военным проще достигнуть взаимного понимания и выработать четкие меры доверия с целью прекращения столкновений.
Вместе с тем следует предполагать, что переговоры будут (и должны) носить чрезвычайно сложный характер: гражданская война в Сирии трагически сказалась на судьбах всего народа страны, а некоторые разногласия в обществе переросли в противоречия, на мирное и цивилизованное разрешение которых потребуются годы… Все действующие в стране военно-патриотические структуры необходимо сплотить под знаменем сирийского государства, чтобы изгнать со своей территории вооруженные банды террористического интернационала, после чего возглавить работу по восстановлению Сирии.
Сложность начинающихся в Казахстане переговоров заключается еще и в том, что в стране их инициаторов сохраняются разногласия по ряду вопросов. Так, в частности, представитель президента Турции Ибрагим Калын недавно заявил, что Анкара не верит, «что единая и мирная Сирия возможна, пока Башар Асад находится у власти». Турецкая сторона категорически против любого участия представителей сирийских курдов в переговорах, хотя их боевые отряды выполняют ключевую роль в нейтрализации бандформирований террористов на севере Сирии.
Иран внимательно следит за налаживающимися контактами между военными ведомствами России и Турции, и откровенно опасается сближения между обеими странами. Об этом недавно откровенно высказался заместитель министра иранского МИД.
Существуют и другие сложности в понимании и подходах к прекращению вооруженного межсирийского противостояния, тактике и стратегии возможных совместных действий по уничтожению в Сирии формирований международных террористических группировок. Однако, при наличии доброй политической воли руководителей государств, вовлеченных в переговорный процесс, разногласия можно преодолеть, а взаимодействие наладить.
