Визит в Москву высокого представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности Фредерики Могерини и ее переговоры с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым не развеял опасений, что отношения России с ЕС остаются в тупике. Хотя симптомы предстоящих подвижек все же есть.
По времени визит Ф.Могерини в Россию пришелся на ряд событий, меняющих привычный ход событий в Европе. В последних числах марта британское правительство официально поставило в Евросоюзе вопрос о прекращении своего членства. Во Франции – одной из ведущих стран ЕС прошел в конце апреля первый тур выборов Президента страны. США продолжили генерировать сомнения в целесообразности существования Евросоюза и предложили Германии вести дальнейшие переговоры на двусторонней основе по соглашению о торговле и инвестициям.
Каждое из этих событий имеет свою проекцию на двусторонние отношения России и Евросоюза. Например, британский фактор. Последние годы Великобритания и поддерживающие ее страны (Польша, Латвия, Литва, Эстония) не только настаивали на сохранении санкционного режима в отношениях России и ЕС, но и требовали его ужесточения. В этом контексте визит Могерини может служить знаком того, что в ЕС стало меньше влиятельных сторонников идеи говорить с Россией языком ультиматумов.
Кроме того, в ЕС, похоже, пришли к пониманию того, что реальная реализация Минских соглашений, которая зависит от всех сторон, их подписавших, имея в виду, прежде всего украинские власти, которые пытаются всячески уклоняться от взятых на себя обязательств. В этой связи, с российской стороны было высказано соображение о том, что, если в ЕС считают эффективным средством санкции, то почему бы их не применить к украинским властям для побуждения их к выполнению Минских соглашений?
В то же время в ЕС за последние годы произошли определенные концептуальные метаморфозы. Они выразились в принятии ряда документов стратегического плана, в которых Россия рассматривается не как партнер, а как вызов развитию. Видимо довлело желание попасть в унисон с американской администрацией в части насаждения отчуждения с Россией. Сейчас эти концептуальные посылки не содействуют поиску двустороннего понимания. Вполне очевидно, что Могерини как лицо, отвечающее за внешнюю политику ЕС должна принять шаги по выправлению здесь ситуации.
Наконец, визит Могерини свидетельствует об осознании в Евросоюзе остроты таких проблем как терроризм, неуправляемая иммиграция, наркотрафик. Сохранение в этих условиях отчужденности в отношениях России и ЕС ослабляет Европу перед лицом перечисленных проблем. Логично ожидать, что ЕС может проявить инициативу по использованию потенциала двусторонних отношений.
В целом визит Могерини подтвердил, что отношения России и Евросоюза отличаются широким охватом двусторонних, европейских, международных проблем, отсутствие повседневного диалога по которым не способствует решению этих проблем. Безусловно, для развития конструктивного диалога необходимо устранение обстоятельств ему препятствующих. Главное среди них - санкционный режим и сложившаяся, видимо, под его влиянием в рамках Евросоюза концептуальная неопределенность двусторонних отношений.
