Визит российских министров обороны и иностранных дел в Каир для переговоров с их египетскими коллегами стал важным событием для двусторонних отношений, поскольку накопились вопросы, требующие решения. Формат «2+2», который начали применять с 2013 года, уже показал свою эффективность, поскольку именно по итогам таких консультаций нынешняя российско-египетское партнерство стало напоминать пламенную дружбу времен Никиты Хрущева и Гамаля Насера.
Надо полагать, что на этот раз, в первую очередь, речь на переговорах за закрытыми дверями в формате «2+2» шла о Ливии. И у Москвы, и у Каира есть свои интересы в этой стране. Египтянам нужна стабильность в соседнем государстве, чтобы пресечь потоки контрабандного оружия, обеспечить рынок для своей рабочей силы. Для АРЕ крайне важно, чтобы в Ливии не пришли к власти «Братья-мусульмане», потому что тогда они будут оказывать помощь своим ушедшим в подполье однопартийцам в Египте. Поэтому Каир делает ставку на закрепившегося в ливийском Бенгази маршала Халифу Хафтара.
Россия тоже испытывает большой интерес к будущему Ливии. В западных и арабских СМИ регулярно появляются сообщения о том, что Москва помогает Хафтару, направляя военных советников, спецназ и персонал частных военных компаний. Показательным в этом плане был и визит в Бенгази авианосца «Адмирал Кузнецов», в ходе которого с Хафтаром по видеосвязи общался Сергей Шойгу.
Ливия интересна для РФ как платежеспособный покупатель оружия (которого там понадобится еще очень много) и как перспективное поле деятельности для российских компаний, ведь там нужно теперь не только добывать нефть и газ, но и восстанавливать инфраструктуру. Все это сулит многомиллиардные контракты. Однако для этого нужен надежный партнер, которому, видимо, придется помочь объединить страну.
Египетская авиация уже регулярно наносит удары по боевикам в Ливии. В региональных СМИ муссируются слухи, что в скором времени к египтянам могут присоединиться ВКС либо ВМФ России. Для этого нужно как минимум договориться о мерах по предотвращению инцидентов, но не только. Военные моряки вполне могут пустить в дело крылатые ракеты «Калибр», а вот летчикам, вероятнее всего, понадобятся базы подскока наподобие иранского Хамадана. Обеспечить их никто кроме египтян не сможет.
Разумеется, решение о сотрудничестве по Ливии могут принять и озвучить только первые лица государств. Но подготовительную работу в таких случаях делают именно министры.
Другой актуальный вопрос – это военно-техническое сотрудничество между РФ и АРЕ. При президенте Сиси Египет превратился в крупного покупателя российского оружия. Это вызвано в том числе и политическими соображениями, поскольку после военного переворота 2013 года США почти на год заморозили военные поставки. Такая ненадежность Каир вряд ли устраивает.
Кроме того, сейчас идет масштабное перевооружение египетской армии и флота. Закупается современная техника для всех родов войск. У РФ египтяне берут истребители МИГ, ударные вертолеты Ка-52 для своих «Мистралей», ЗРК С-300 ПМУ. Египтяне присматриваются к другим системам ПВО, в частности, к «Букам». Учитывая, что Каир многие закупки западных образцов вооружения дублирует сделками с РФ (чтобы иметь альтернативный источник на случай новых трений), можно ожидать также появления интереса к российским подводным лодкам типа «Варшавянка» и надводным кораблям. Это тоже сулит доходы для ОПК и серьезный рычаг влияния.
Однако чтобы получить новые контракты, нужно, чтобы четко выполнялись имеющиеся. В частных беседах египетские военные осторожно выражали недовольство темпами реализации существующих сделок. Решать эти вопросы на уровне глав государств – слишком большая роскошь. Зато министерская встреча как нельзя лучше подходит для того, чтобы сверить часы и обсудить накопившиеся замечания.
Как представляется, от успехов переговоров по Ливии и ВТС может зависеть решение еще одного щекотливого вопроса, который жизненно важен для Каира. Речь о возобновлении авиасообщения и возвращении в Египет российских туристов.
Египтяне вновь и вновь заявляют, что закупили новое оборудование для служб безопасности своих аэропортов и переобучили персонал. Также они ссылаются на то, что другие страны не прерывали авиасообщение Египтом, несмотря на угрозу терактов. Так что получается, либо российские спецслужбы знают что-то, о чем не подозревают их западные коллеги, либо решение вопроса лежит в плоскости высокой политики.
