В воскресенье иранский меджлис (парламент) завершил голосование по кандидатам на министерские посты в состав нового кабинета. В результате законодатели одобрили 17 кандидатур, предложенных на утверждение президентом Хасаном Роухани. Он был вновь избран в мае и вступил в должность 5 августа на очередные четыре года. Добиться вотума доверия не смог лишь претендент на пост министра энергетики.
Выступая в этот день в меджлисе, глава исполнительной власти Исламской Республики подчеркнул, что на министра иностранных дел Ирана Мохаммада Джавада Зарифа, оставшегося на посту руководителя иранского внешнеполитического ведомства, ложится большая ответственность по защите ядерного соглашения - Совместного всеобъемлющего плана действий. А «его деятельность должна быть направлена на то, чтобы не позволить США разрушить ядерную сделку». В этой связи Роухани «призвал к решительным дипломатическим усилиям, направленным на срыв попыток США отказаться от Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), заявив, что главная задача министерства иностранных дел на его второй срок будет заключаться в обеспечении реализации ядерного соглашения», сообщило агентство Tasnim.
Вступившая в силу в январе 2016 года, сделка между Ираном и «шестеркой» международных посредников (пять постоянных членов СБ ООН и Германия) предусматривала немедленное прекращение санкций, введенных ранее в отношении иранской атомной программы. Однако полноценная реализация СВПД до сих пор затруднена из-за политики США, препятствующих восстановлению международных финансовых отношений ИРИ с другими государствами.
Мохаммад Джавад Зариф сыграл в достижении соглашения огромную роль и как глава иранского МИД, и как блестящий дипломат, за плечами которого уже была пятилетняя работа в качестве представителя Ирана при ООН и участника ядерных переговоров со странами Европы в 2003-2005 годах. Зариф стал всенародным героем, когда, спустя лишь четыре месяца после назначения на пост министра иностранных дел, вернулся в Тегеран из Женевы, подписав в Швейцарии 24 ноября 2013 года промежуточное ядерное соглашение, позволившее разблокировать часть иранских доходов от нефти в иностранных банках уже на начальном этапе переговоров. Женевское соглашение было настоящим прорывом в сложнейшем переговорном процессе. Оно подтвердило право Ирана на мирную атомную энергетику, закрепило отсутствие у Тегерана намерений получить доступ к ядерному оружию. Документ предусматривал также поэтапное сокращение Ираном программы по обогащению урана и производству плутония в обмен на частичное ослабление международных санкций. Этот документ лег в основу будущего Совместного всеобъемлющего плана действий.
Свою должность в правительстве сохранил и еще один ключевой участник ядерных переговоров с «шестеркой», «драмы», за действием которой весь мир следил более двух лет. Приказом президента Али Акбар Салехи остается на посту вице-президента ИРИ и главы Организации по атомной энергии Ирана. Незаурядный ученый, политик и дипломат, Салехи в течение восемнадцати лет был представителем Ирана в Международной организации по атомной энергии (МАГАТЭ), около трех лет занимал пост министра иностранных дел ИРИ.
Тот, кто наблюдал за делегацией Ирана на ядерных переговорах, может подтвердить, что иранские дипломаты и эксперты буквально бились за интересы своей страны. Недаром, говоря о них с трибуны меджлиса в воскресенье, Хасан Роухани вновь назвал их героями.
Россия не только была активным участником ядерных переговоров и оказала в ходе них большую поддержку Ирану, но и сегодня активно выступает за сохранение СВПД и за четкое следование своим обязательствам всеми участниками соглашения, одобренного Советом Безопасности ООН.
Стремление Вашингтона пересмотреть сделку, введение им санкций в отношении иранской программы баллистических ракет в Москве считают отступлением от СВПД и попыткой навязать свою внутреннюю юрисдикцию международному сообществу.
"Односторонние санкции в принципе нелегитимны, - заявил на прошедшей неделе министр иностранных дел России Сергей Лавров. - А когда эти санкции используются для разворачивания в свою пользу очень выверенного баланса по той или иной проблеме, а именно такой баланс был достигнут по иранской ядерной программе, то это безответственные действия, которые могут этот баланс нарушить и подорвать. Не надо с такими провокациями выступать, поскольку речь идет не о чьих-то национальных интересах, какой-то одной страны, а об интересах огромного региона, в котором мы заинтересованы обеспечить безъядерный статус", - сказал он.
Глава российского МИД также напомнил, что США подтвердили выполнение Тегераном своих обязательств по СВПД. "Но параллельно с этим Вашингтон ввел против Ирана новые односторонние санкции, объяснив это тем, что санкции не относятся к теме ядерной программы, а касаются поведения Ирана в других областях, вызывающих у США недовольство, включая права человека, поведения Тегерана в регионе и так далее", - отметил Лавров. "Ракетная программа - это дело Ирана, ему не запрещено ее иметь, - подчеркнул министр. - Никаких юридических запретов на этот счет в резолюции СБ ООН не содержится".
В Исламской Республике всегда жестко отстаивали свое суверенное право на оборону и развитие ракетной программы как ее части. Своим приоритетом назвал развитие ракетостроения и новый министр обороны Ирана бригадный генерал Амир Хатами. Кстати, за его кандидатуру было подано больше всего голосов законодателей. 261 депутат меджлиса из 288 присутствовавших на слушаниях высказали поддержку ему и его планам в этой области.
В то время, как Вашингтон ввел новые санкции в отношении иранской программы баллистических ракет и «за распространение терроризма в регионе», Тегеран не только наращивает свой ракетный потенциал, но также усиливает меры по антитеррористической безопасности. Только что утвержденный в должности глава оборонного ведомства заявил, что в Иране формируется 10 антитеррористических бригад быстрого реагирования, причем 5 из них будут действовать в структуре армии и 5 – в структуре элитного Корпуса «стражей исламской революции» (КСИР). В их задачи будет входить предотвращение проникновения на иранскую территорию экстремистских бандформирований и совершения террористических актов в стране.
За последние три года военнослужащие подразделения специального назначения КСИР «Аль-Кудс» уже получили бесценный опыт в Ираке и Сирии, где офицеры этого спецназа служат в качестве военных советников и инструкторов, помогая сирийским и иракским вооруженным силам бороться с террористами.
По просьбе Дамаска Москва и Тегеран помогли сирийскому правительству переломить ход войны с террористическими группировками. Создав трехсторонний союз с Турцией, Россия и Иран смогли усадить за стол переговоров в Астане представителей сирийского правительства и оппозиции с целью прекратить шестилетнюю гражданскую войну в арабской республике. А выработанные в казахстанской столице договоренности о зонах деэскалации уже позволили прекратить кровопролитие на огромных территориях и высвободить сирийские правительственные вооруженные силы. Теперь они могут быть направлены на уничтожение террористических группировок, действующих на территории Сирии.
Усилия России и Ирана оказались не в сфере интересов США и их союзников, что и вызвало «санкционную» реакцию Соединенных Штатов, убеждены иранские законодатели. Так, депутат меджлиса и член парламентской Комиссии по национальной безопасности и внешней политике Мохаммад Джавад Джамали убежден, что введение санкций было обусловлено прогрессом, достигнутым Ираном и Россией в регионе. «Вашингтон пришел к выводу, что он сможет переломить ситуацию на Ближнем Востоке в пользу своих союзников путем введения санкций против Ирана и России», - заявил иранский парламентарий на прошедшей неделе в интервью агентству ICANA.
Схожее мнение высказал и депутат Абольфал Хасанбейги. Назвав введенные Вашингтоном санкции «привычной для США тактикой давления», законодатель подчеркнул, что «эти ограничительные меры были приняты после того, как альянс Тегеран-Москва изменил баланс на Ближнем Востоке в свою пользу». «Теперь Вашингтон хочет изменить ситуацию, склонив чашу весов на свою сторону. И санкции, наложенные на Россию и Иран, являются частью этой политики», - заключил депутат иранского меджлиса.
Как бы то ни было, приоритеты правительства Хасана Роухани во внешнеполитическом курсе и в политике в области обороны и безопасности определены. И, начиная с понедельника, будут реализовываться. А санкции?... Ирану к ним не привыкать, преодолеют и эти.
