Сегодня в Минске проходит встреча между специальным представителем Госдепартамента по Украине Куртом Волкером и помощником президента России Владиславом Сурковым. "Мероприятие пройдет сегодня – в понедельник - за закрытыми дверями", - отметил пресс-секретарь МИД Белоруссии Дмитрий Мирончик.
Что же обсуждают представители России и США? Каковы позиции сторон и ожидания, связанные с этой встречей? На эти и другие вопросы в эксклюзивном интервью агентству Инфорос ответил политолог Кирилл Коктыш, член Ассоциации политических экспертов и консультантов и доцент кафедры политической теории МГИМО.
- Говоря о стартовых позициях сторон, следует отметить, что со стороны США на уровне технических исполнителей сильно подняты ставки. Делались резкие заявления и о поставках летального оружия, и по другим вопросам. Но вместе с тем, понятно, что при сегодняшнем раскладе Украина превращается для США в лишнюю проблему, которая только затрудняет принятие решений на самых разных направлениях – и по Ближнему Востоку, и по Ирану, и по Северной Корее.
Все это накладывается на сегодняшнюю, мягко говоря, очень противоречивую ситуацию в Вашингтоне. Президент Трамп прекрасно знает, что хотел бы сделать, но у него нет единомышленников, которые могли бы реализовать его замыслы. В Белом доме и во всех, без исключения, ведомствах, включая и Госдеп, царит чехарда.
Более того, был принят закон о санкциях, который, по сути, лишил администрацию Трампа возможности самостоятельно формировать внешнюю политику. Администрация Президента стала ограниченно дееспособна, а всю ответственность взял на себя Конгресс, который при этом не создал органа, который бы контролировал эту деятельность в рамках Конгресса. Таким образом, США оказались в ситуации 100-летней давности, когда необходимость принимать внешнеполитические решения возникала от случая к случаю, и орган, который отвечал бы за внешнюю политику, был по большому счету, не нужен.
Таким образом, получается, что в этой конфигурации возможностей достигнуть стратегических прорывов у Соединенных Штатов, нет. Соответственно, нет таких возможностей и у тех людей, с которыми Россия будет разговаривать по украинскому вопросу.
Поэтому понятно, что на этих переговорах Соединенные Штаты попробуют блефовать, сыграть на обострение, но никаких реальных изменении ситуации спецпредставитель по Украине обеспечить не может. А это, в свою очередь, означает, что у России развязаны руки. Москва может согласиться на поднятие ставок и быть уверенной, что господин Волкер вряд ли будет готов за них отвечать. А значит, достаточно жесткий разговор может быть вполне конструктивным.
Цель этой встречи со стороны США – набить себе цену, а с нашей стороны – не позволить это сделать и не «покупать» ту угрозу, которую, естественно, американская сторона попытается России продать.
Я бы строил переговоры на очень простом понимании – что после принятия Конгрессом закона о санкциях цена минских соглашений сильно девальвировалась, и в этом плане бонусы для России от выполнения этих минских соглашений становятся все более условными. При этом, невыполнение минских соглашений либо их коллапс превратятся в катастрофу и для Европы, и, с очень большой вероятностью, для самих США. То есть, цена вопроса оказывается не одинакова – для Запада она гораздо выше. Я думаю, именно это соображение должно быть донесено до наших партнеров по переговорному процессу. А после того, как это понимание будет достигнуто, можно будет двигаться дальше. Первые переговоры – это всегда торг действиями, и на этом этапе мы видим много блефа. В этом плане на данном этапе возможность блефовать шире у Штатов, так как они только входят в эту ситуацию. До сих пор они участвовали в ней через посредников. Позиции России более-менее понятны, обозначены и очевидны. Поэтому на этих первых переговорах очень важно дать понять, что есть торг действиями, а есть понимание каждой из сторон кто чего стоит.
При всей чувствительности украинской тематики, Россия не продемонстрировала готовности поддаваться давлению с этой стороны. Кроме того, украинский сценарий дестабилизации, вопреки опасениям ряда экспертов, скорее всего, ограничится Украиной. Ареал возможностей его реализации сегодня очерчен очень четко. Понятно, что можно ожидать конфронтации в Приднестровье. Но и в этом контексте в Молдове говорят об этом противостоянии не как о конфликте между сепаратистами и центральной властью, а как о конфронтации между Вашингтоном и Россией. Таким образом, даже местные исполнители уже сейчас заранее открещиваются от тех ролей, которые им были предписаны.
