Незадолго до третьей годовщины Евромайдана, Петр Порошенко показал наибольшую независимость от договоренностей с ЕС за все время правления нынешнего режима.
Да, этой власти никогда не нравились многие европейские условия, зафиксированные в этих договоренностях. Но до сих пор проблемы проявлялись в двух формах. Во-первых, выполнение этих условий затягивалось, например, с созданием антикоррупционных структур или реформой прокуратуры. Однако сами условия при этом не отвергались, и многие из них в итоге были выполнены, затяжки же объяснялись и объясняются объективными причинами. Во-вторых, Киев и Брюссель могли спорить относительно частных вопросов, не урегулированных договоренностями однозначно. Например, ЕС считает, что украинский мораторий на экспорт леса-кругляка это нарушение обязательств о либерализации торговли. Однако по данному товару обязательства Украины четко не прописаны, к тому же инициатором этого моратория стала Верховная Рада, а президент и премьер Украины на встречах с европейцами постоянно говорят о готовности его отменить, но жалуются, что голосов для этого нет.
А вот прецедента однозначного дезавуирования договоренностей с ЕС до сих пор не было. А 9 ноября это произошло. В чем суть дела. В 2015-м году была принята, а с мая 2016 вступила в силу простимулированная европейцами новая редакция закона «О государственной службе». Ее основной момент -- размежевание политических и административных должностей, как это принято в большинстве стран Европы. Первая группа – это узкий круг из министров и их заместителей, парламентариев, руководящих работников Администрации Президента. Вторая -- подавляющее большинство госчиновников, в том числе главы областей и районов и их заместители. Госслужащие на этих должностях не имеют права входить в партии и назначаются на должности по итогам конкурсов, которые проводит специальная структура -- Комиссия по вопросам высшего корпуса госслужбы.
Принятие этого закона было условием ряда кредитов и грантов от ЕС. Прежде всего макрофинансовой помощи в размере 1,8 млрд. евро. Меморандум между Украиной и ЕС подписанный в апреле 2015 предполагал не просто утверждение нового закона о госслужбе, но и ежеквартальную отчетность Киева о конкурсах проведенных в соответствии с ним. А ведь этот документ к тому времени еще не обсуждался в Раде. Следовательно, его основные параметры были предварительно согласованы с Европой.
Формально закон сводил конституционное право президента назначать глав областей и районов к утверждению итогов конкурсов своим указом. Но реально не было ни одного конкурса на крупную должность, которую бы не выигрывал кандидат, предпочитаемый президентской администрацией. Порой в СМИ попадали примеры ляпсусов, в частности обыкновенной безграмотности отдельных кандидатов, продемонстрированной на конкурсах. Но это не становилось поводом для больших скандалов. Правда, мы не знаем, как непублично реагировали европейцы на такую практику.
Но сейчас Рада изменила закон «О госслужбе» выведя, из-под его действия глав областей и районов и их заместителей. Конкурсов для их утверждения не требуется, и эти чиновники могут быть членами партий. Но понятно, какую партию они предпочтут. Тем более, что президент получает право увольнять их по своему желанию, тогда как ранее закон осложнял процедуру увольнения
9 ноября за документ проголосовали сразу в двух чтениях, при предельной мобилизации депутатов провластного большинства: фракций «Блок Петра Порошенко» и «Народный фронт» и формально не входящими в правящую коалицию группами «Воля народа» и «Возрождение». А уже 12 ноября президент подписал закон. Такая спешка показывает, как он нужен для Порошенко. Ведь за полтора года до новых выборов главы государства полноправно восстанавливается президентская вертикаль на местах. Понятно, что у главы государства все равно был немалый админресурс, но сейчас он становится еще больше.
Однако вторая сторона этой истории заключается в том, что под этот закон Украина уже немало получила от ЕС, только упомянутой макрофинансовой помощи два транша из трех. А после нынешних поправок получается, что Киев просто «развел» Евросоюз больше чем на полтора миллиарда евро. Никакой публичной реакции европейцев на этот шаг нет, но, очевидно, что они выскажут свое мнение на саммите «Восточного партнерства» 24 ноября. Ну а ожидать последний транш европейского кредита Киеву бессмысленно. Но лично Порошенко админресурс для своего переизбрания важнее 600 миллионов евро.
Однако в нынешних украинских условиях админресурс заключается не только в жесткой зависимости от президента чиновников на местах, но и в гарантиях защищенности участников этой вертикали. Пока Национальное антикоррупционное бюро (НАБУ) фактически ориентируется на Запад, а не на главу государства, такой защищенности быть не может. Борьба за контроль президента над НАБУ стала заметной еще с прошлого лета, но тогда ее вела Генеральная прокуратура. К настоящему же моменту президенту удалось поставить под контроль две другие антикоррупционные структуры, созданные также по западной инициативе Специализированную антикоррупционную прокуратуру (САП) и Национальное агентство предотвращения коррупции (НАПК). Сейчас их руководство вступило в открытый конфликт с главой НАБУ Артемом Сытником. Так что формально – это борьба не между старым и новым, а борьба новых проевропейских структур друг с другом. И именно исход этой борьбы и покажет, какой автономии от Запада сможет добиться Порошенко в преддверии выборов.
