Как и ожидалось, в ходе встречи президентов России и США в Хельсинки Владимир Путин подтвердил, что Москва остается верной астанинскому формату поиска политического урегулирования в Сирии совместно с Тегераном и Анкарой.
По итогам встречи российский руководитель подчеркнул: «Мы договорились по некоторым вопросам урегулирования в Сирии, в частности в южной зоне деэскалации, в районе Голанских высот, с учетом интересов Израиля. Мы об этом говорили ранее и с нашими иранскими партнерами».
Подробнее, о чем шла речь по Ирану, российский президент не сообщил. Домысливать не станем. Есть лишь несколько фактов, которые позволяют судить о сути договоренностей.
В результате успешных переговоров российских офицеров из Центра по примирению враждующих сторон в САР с членами бандформирований под контроль сирийской армии без боя перешли десятки деревень и поселений и большая часть границы с Иорданией в юго-западной провинции Дераа. К 17 июля сотни несогласных с процессом примирения покинули провинцию. Несколько тысяч боевиков просто сложили оружие и остались в городе.
Некоторые эксперты на Ближнем Востоке и на Западе считают, что процесс в Дераа был во многом успешен благодаря тому, что США согласились не вмешиваться в него. Но и иранские военные советники замечены в провинции не были. По признанию спецпредставителя президента РФ по сирийскому урегулированию Александра Лаврентьева, присутствовавшего в Хельсинки, иранских вооруженных сил в южной зоне деэскалации в Сирии в настоящее время нет.
Обращает на себя внимание тот факт, что уже несколько месяцев Вашингтон не упоминает о своем требовании обязательной смены президента Башара Асада. Это хороший сигнал для Ирана, для которого Асад - гарантия сохранения влияния ИРИ в Сирии. Именно с целью сохранения позиции сирийского президента Иран и направил в арабскую республику военные подразделения из спецназа «Аль-Кудс» Корпуса Стражей Исламской революции, принимающие участие в антитеррористической операции вместе с сирийской армией и российскими ВКС. Большие регионы страны представляют жизненно важный интерес для Тегерана, особенно Алеппо, Дейр-эз-Зор и районы, контролируемые близкой Ирану ливанской шиитской организацией «Хезболла» вблизи границы с Ливаном. И это данность, с которой придется считаться другим заинтересованным сторонам.
При этом Россия и не рассматривает сценарий ухода иранских вооруженных сил из Сирии как реалистичный, как подчеркивал министр иностранных дел России Сергей Лавров. А иранские официальные лица не перестают повторять: «Присутствие военных советников Ирана в Сирии находится в рамках отношений между Тегераном и Дамаском, и никто не может вмешиваться в этот вопрос». Но речь может идти о том, чтобы иранские военные советники не присутствовали в районах Сирии, близких к границе с Израилем, что очень чувствительно для Тель-Авива. И в этом вопросе Россия могла способствовать поиску компромиссных решений.
Как отметил в своем недавнем интервью итальянскому изданию Il Giornale министр обороны РФ Сергей Шойгу, «что касается напряженности между Ираном и Израилем или другими странами, то наша позиция заключается в приверженности к разрешению возможных разногласий и противоречий посредством диалога, а не с помощью военной силы и нарушения норм международного права».
В этом свете и следует, вероятно, рассматривать визиты в Москву и встречи с Владимиром Путиным премьер-министра Израиля Беньямина Нитаньяху и Али Акбара Велаяти, главного помощника руководителя и духовного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи. Обе встречи произошли непосредственно перед хельсинкским саммитом.
В последние два дня Иран демонстрирует, и не случайно, что его независимая политика в отношении Сирии, а также Ливана и Ирака остается незыблемой.
Главный советник министра иностранных дел Ирана Хоссейн Джабер Ансари посетил Дамаск. В столице Сирии он был принят президентом Башаром Асадом в рамках серии консультаций по предстоящей в июле в Сочи новой международной встречи высокого уровня по Сирии. В ходе беседы Асад напомнил, что ликвидация терроризма на большинстве сирийских территорий стала возможной, благодаря «твердой воли сирийской армии и союзных сил», создав условия политического урегулирования в стране.
Побывавший затем в Бейруте, Ансари передал президенту Ливана Мишелю Ауну послание от его иранского коллеги Хасана Роухани. Высокопоставленный дипломат, подчеркнул, что «партнеры Ирана – Россия и Турция продолжат свое конструктивное сотрудничество вместе с сирийской стороной по формированию Сирийского комитета по конституции и по подготовке процесса возвращения сирийских беженцев домой».
Гуманитарные вопросы, включая и проблему возвращения сирийских беженцев – это как раз те пункты переговоров Владимира Путина и Дональда Трампа, по которым двум сторонам удалось найти взаимопонимание в Хельсинки.
В целом же, как отметил в ходе регулярной пресс-конференции официальный представитель МИД Ирана Бахрам Касеми, встреча президентов России и США в Хельсинки никак не отразится на российско-иранских отношениях. «Наши отношения с Россией и конкретные и постоянные консультации осуществляются и будут продолжаться, как по двусторонним, так и по региональным вопросам», - сказал дипломат.
