Международные эксперты во главе с Нидерландами продолжают заявлять о причастности России к крушению малайзийского «Боинга» в небе над Украиной, а западные таблоиды - поддерживать нужный информационный фон. Последней в этом отношении «отличилась» The Washington Post, чья редакционная статья, по мнению первого заместителя постпреда РФ при ООН Дмитрия Полянского, в очередной раз продемонстрировала полное пренебрежение принципами объективного и непредвзятого расследования причин авиакатастрофы.
«Россия должна быть частью следственной группы, а не объектом следствия. Никто не отменял презумпцию невиновности. Мы не признаем ультиматумов и лжи», - заявил Полянский в открытом письме, адресованном редактору газеты Мартину Бэрону, которое также было размещено на сайте российского постпредства 3 августа.
Напомним, что 17 июля 2014 пассажирский «Боинг» компании «Малайзийские авиалинии», который следовал из Амстердама в Куала-Лумпур, потерпел крушение под Донецком. Все 298 человек, которые находились на его борту, погибли.
Расследовать причины авиакатастрофы было поручено Объединенной следственной группе (JIT), куда вошли представители Австралии, Бельгии, Малайзии, Нидерландов и Украины. В мае этого года широкой общественности был представлен очередной «итоговый доклад», в котором эксперты JIT по-прежнему утверждают, что «Боинг» сбит из ЗРК «Бук» российского производства. Причем русские сначала привезли установку в Донбасс, нанесли удар по самолету с подконтрольной ополченцам территории, а затем - увезли обратно. При этом следственная группа по-прежнему не утруждает себя ни качественным анализом ситуации, ни более-менее связной аргументацией.
Как заявил глава JIT Фред Вестербеке, ЗРК якобы числился за 53-й ракетной бригадой ВС РФ, расположенной под Курском. Этот факт, по его мнению, подтверждает запись видеорегистратора, сделанная в Макеевке 17 июля 2014 года. Главным «обосновательным признаком» стал тактический номер 332 и транспортная маркировка, нанесенная на левый борт машины. Следствие также ссылается на материалы блогеров из сообщества Bellingcat, которые уже давно известны мировой общественности своей политической ангажированностью.
Однако Вестербеке упустил из виду самое главное – «Бук» из 53-й бригады и «Бук», заснятый в Макеевке, – абсолютно разные по своей модификации машины. Отличить одну от другой можно по наличию откидной площадки на левом борту. Эта деталь есть только у образцов, выпущенных после 1984 года.
Вначале следствие продемонстрировало кадры, на которых «Бук» следует с незакрепленной откидной площадкой, но уже на 5 минуте видеозаписи, когда ЗРК якобы проезжал в районе Макеевки, эта площадка отсутствует. Кстати, ее нет и на фотографиях, которые позже были опубликованы во французском журнале ParisMatch. Становится очевидно, что речь идет об абсолютно разных машинах. Иными словами – российский ЗРК никак не мог пересекать границу.
Кроме того, следствие по-прежнему не берет в расчет и обнародованные еще в 2015 году результаты натурных экспериментов, которые провел российский концерн «Алмаз-Алтей». Так, в ходе эксперимента выяснилось, что удар по авиалайнеру был нанесен из района населенного пункта Снежное, где базировались ЗРК «Бук», принадлежавшие вооруженным силам Украины.
Международные эксперты не обратили внимания и на данные первичного радиолокатора, ранее обнародованные МО РФ. Начальник Радиотехнических войск ВКС РФ Андрей Кобан неоднократно заявлял, что расположенный в Ростовской области радиолокационный комплекс «Утес-Т» в момент крушения MH 17 не засек приближения к самолету каких-либо объектов из восточных районов Донбасса, которые в тот момент находились под контролем ополченцев. По его словам, «Утес-Т» зафиксировал только два гражданских лайнера, которые следовали поблизости от малайзийского самолета.
Примечателен и тот факт, что сама Украина до сих пор не вычеркнута из списков подозреваемых. Более того – именно на нее возложена обязанность по сбору фактов о крушении MH 17. Невзирая на то, что Киев допустил грубейшую ошибку и предпочел не закрывать воздушное пространство над Украиной, где идут боевые действия, для международных пассажирских авиарейсов. Кроме того, власти до сих пор не предоставили важнейшую информацию о крушении - в частности, переговоры военных диспетчеров в день трагедии.
Единственный выход из сложившегося «тупика» - начать объективное расследование, опираясь на результаты экспертиз «Алмаз-Антея», переговоры украинских диспетчеров и другие реальные данные. Однако следствие предпочитает затягивать этот процесс с целью скрыть от общественности реальных виновников трагедии. Однако, как говорится, «шила в мешке» не утаишь. Отвечать за содеянное все же придется. И это - лишь вопрос времени…
