Проект «Северный поток – 2» (Nord Stream 2), нацеленный на повышение энергетической безопасности Европы, в Еврокомиссии, из-за известной политической предвзятости регулятора и вопреки здравому смыслу, продолжают воспринимать критически и с опасениями. Это, в частности, отражено в документе Центра европейской политической стратегии (European Political Strategy Centre, подконтрольная председателю Еврокомиссии структура), подготовленном еще в 2017 году: «Северный поток – 2» является очевидным примером того, чего Энергетический союз призван избегать».
Как известно, концепция Энергетического союза Евросоюза нацелена на создание единого энергетического рынка, включая интеграцию газовых сетей в регионе. Но в погоне за оптимизацией имели место и весьма неоднозначные инициативы. К примеру, в мае 2014 года еврокомиссар по энергетике (тогда им был Гюнтер Эттингер), заявил, что ЕС выступает за единую цену на газ на общем европейском рынке. По сути, он предложил принцип одного контрагента, которому бы «Газпром» продавал газ. Хотя пресс-служба Еврокомиссия сразу пояснила позицию, что не планирует переговоров с Россией по унификации цен на газ для европейских стран. А заявление Эттингера стоит трактовать как посыл к тому, что «ЕС надеется на сближение цен на голубое топливо из различных источников, имеющихся у Евросоюза, в процессе создания в союзе единого газового рынка».
Очевидно, тогда Эттингер в попытке организовать революцию на газовом рынке позабыл, что централизованная закупка газа противоречит принципам свободной конкуренции (которой так дорожат в Старом Свете) и, по сути, переводит ЕС на рельсы плановой экономики. К такой смене энергетического вектора Брюсселя многие страны европейского лагеря были явно не готовы. И справедливо, что эта странная инициатива была позабыта. Но энтузиазм европейских бюрократов в части выстраивания преград для внешней деятельности «Газпрома» и их поиск альтернатив поставкам российского газа в страны Старого Света по-прежнему неуемен. Еврочиновники, прикрываясь темой энергетической диверсификации, готовы к новым атакам на российские газомагистральные проекты в Европе.
И сегодня в фокусе их обсуждения – новые регламенты, а именно – внедрение поправок в Газовую директиву ЕС.
20 февраля Комитет постоянных представителей стран-членов ЕС одобрил дополненную версию документа. Как сообщила пресс-служба Совета ЕС, обновленные правила, регулирующие внутренний рынок газа содружества, распространяются и на газопроводы третьих стран. В общем, задумка незамысловата. В Совете ЕС полагают, что теперь улучшен правовой базис для инвесторов в газовую инфраструктуру и непосредственных пользователей газовых сетей.
Продвигаемые Евросоюзом новые регламенты, хотя и имеют общую цель унифицировать правила работы газового рынка, в реальности нацелены на «Северный поток – 2» — проект предстоит адаптировать под обновленные нормативы европейского внутреннего рынка газа, которые предполагают независимость оператора газопровода от поставщика газа – «Газпрома» (сейчас оператор газопровода Nord Stream 2 AG полностью подконтролен «Газпрому»). А к мощностям должны получить доступ альтернативные поставщики углеводородного сырья – для них надо резервировать 50% потенциала пропускной способности системы. И если сценарий создания независимого оператора в принципе осуществим, то доступ в трубу стороннего газа невозможен в принципе – сделать подводную врезку в море не представляется возможным (из-за отсутствия инженерных решений), а газ с российского берега Балтики может подавать в систему только «Газпром».
Росхолдингу предстоит побороться за возможность полноценно использовать Nord Stream 2. В этом контексте есть успешный кейс – с одним из сухопутных продолжений Nord Stream – Opal. Пусть потребовались годы, но в итоге «Газпрому» удалось добиться права полностью загружать Opal своим газом. В принципе, алгоритм отработан, поэтому вопрос получения «Газпромом» права полной загрузки сухопутной магистрали на территории Германии Eugal, которая примет газ «Северного потока – 2», может быть решен и в рабочем порядке.
Тем более что поправки в Газовую директиву фиксируют право определять формат регулирования прокачки газа по морской трубе не Брюсселю, а той стране, где газопровод выйдет на сушу. В случае с «Северным потоком – 2» это Германия, власти которой расценивают магистральную систему как стратегический отраслевой приоритет: учтено как покрытие растущих потребностей государства в газе, так и укрепление его транзитного статуса.
Тем временем, строительство «Северного потока – 2» идет согласно графику: как заявил 18 февраля глава Минэнерго РФ Александр Новак, в Балтийском море уже уложено около700 км труб двухниточной магистрали (при общей протяженности подводной части системы 1224 км). Хотя еще неделей ранее представитель Nord Stream 2 AG Йенс Мюллер говорил о реализации 600 километров газопровода. Столь высокие темпы укладки трубы позволяют допустить сценарий досрочного завершения стройки.
