Состоявшиеся 18 сентября с.г. в Афганистане выборы в Национальную Ассамблею (Волеси Джирга) и 34 провинциальных совета уже почти позабылись за чередой других мировых событий. Между тем, эти выборы, объявленные руководством США их союзников самыми "легитимными", "свободными и демократическими" в истории страны и обошедшиеся мировому сообществу в 160 млн. долларов, до сих пор официально не завершены.
В начале ноября представители совместной афгано-ооновской избирательной комиссии в очередной раз сообщили, что оглашение окончательных результатов выборов откладывается на неопределенный срок. Более-менее точные итоги есть только по 19 из 34 провинций. В качестве причин были названы очень медленная процедура подсчета бюллетеней и незавершенность расследования около 500 жалоб по поводу имевших место в ходе выборов серьезных нарушений, в т.ч. запугивания и подкупа избирателей, подмены урн в 2200 из 6 тыс. избирательных участков и т.д.
В итоге в Афганистане складывается почти абсурдная ситуация, когда спустя почти два месяца после выборов и за несколько недель до первой сессии нового парламента имена многих "народных избранников" до сих пор не объявлены народу. Впрочем, мало кто сомневается, что к декабрю результаты выборов будут объявлены. Другое дело, что это уже вряд ли повлияет на многих афганцев и зарубежных наблюдателей, считающих эти выборы дискредитированными и не имеющими отношения к продвижению Афганистана к подлинной демократии.
Хотя выборы прошли в относительно спокойной атмосфере и признаны состоявшимися, они изобиловали нарушениями, не заметить которые было невозможно. Еще накануне выборов было ясно, что афганские власти готовы к широкому применению административного ресурса. Например, на 12 миллионов зарегистрированных избирателей было отпечатано 40 млн. бюллетеней. По некоторым оценкам, в пользу проправительственных кандидатов было вброшено более 1,5 миллионов "лишних" бюллетеней. Официальной избирательной комиссией Афганистана было отмечено свыше 5 тыс. нарушений. Имеются данные, что урны с заполненными бюллетенями поступали с избирательных участков, которые даже не открывались в день голосования (например, в провинциях Бадахшан, Дайкунди, Урузган, Логар).
Примечательно, что в этих условиях явка избирателей составила чуть более 50% по сравнению с 76% на президентских выборах в октябре 2004 года. По мнению наблюдателей, это было обусловлено массовым разочарованием избирателей по поводу отсутствия позитивных сдвигов в Афганистане после президентских выборов 2004 года, невразумительными избирательными бюллетенями и тем, что в числе кандидатов в парламентарии оказалось слишком много влиятельных полевых командиров, видных боевиков-моджахедов и известных наркобаронов.
По данным афганских правозащитных организаций, более 80 % кандидатов-победителей в провинции и более 60 % в столице имеют связи с различными вооруженными группировками. В числе лиц, которые, скорее всего, будут заседать в афганском парламенте, упоминаются брат президента Хамида Карзая, по слухам, тесно связанный с контрабандой опиума; видный деятель "Северного альянса" Юнус Кунани; Абдул Расул Сайяф - известный исламский радикал, бывший соратник самого Усамы бин Ладена и организатор массовых репрессий против представителей афганского национального меньшинства - хазарейцев; Абдул Салам Рокети – бывший талибский полевой командир и др. В Афганистане бытует мнение, что эти люди не будут работать для страны.
На этом фоне в мировой прессе обсуждаются различные версии затянувшихся до почти неприличия афганских выборов. По одной из них, задержка с объявлением их итогов обусловлена тем, что сторонники Хамида Карзая получили не более 40 процентов голосов, а так называемые моджахеды-антиамериканисты и сторонники Талибана в общей сложности около 55 процентов. Признать такой расклад для Вашингтона значило бы расписаться в своем полном политическом поражении в Афганистане. Поэтому, как считают сторонники этой версии, подсчет голосов был сознательно замедлен, чтобы выиграть время для "убедительной" фальсификации итогов голосования в пользу сторонников нынешнего президента.
По другой же версии, в Вашингтоне сильно разочарованы Хамидом Карзаем, оказавшимся слабым, непопулярным и недостаточно решительным "менеджером" Афганистана. Поэтому руководство США подыскивает ему замену и рассчитывает привлечь на свою сторону ряд влиятельных полевых командиров из числа пуштунов. В рамках этой версии затягивание подведения итогов выборов связано с закулисными маневрами американских эмиссаров, ведущих переговоры с лидерами моджахедов о предоставлении им большинства в парламенте в обмен на поддержку курса США. Одновременно принимаются меры по отстранению от власти стоящих на антиамериканских позициях таджикских и узбекских лидеров.
В свете этого наблюдатели отмечают, что парламентские выборы 18 сентября стали последним этапом плана политической реконструкции этой страны, выработанного Боннской конференцией 2001 года. Были созданы сначала временная, а затем постоянная администрации страны, принята конституция, проведены президентские, и теперь уже парламентские выборы. После этих выборов иностранное военное присутствие в Афганистане становится нелегитимным, и все иностранные войска должны покинуть страну. Следующее расписание действий для Афганистана будет определяться в январе 2006 года в Лондоне на новой международной конференции. На ней предполагается утвердить разработанный в ООН проект так называемого "Кабульского расписания", которое должно стать основой для разработки следующего этапа послевоенного восстановления Афганистана.
Однако у США есть свои планы в отношении этой страны. Побывавшая в Кабуле вскоре после сентябрьских выборов госсекретарь США Кондолиза Райс прямо заявила о готовности Соединенных Штатов "оставаться в Афганистане столько времени, сколько потребуется". В Вашингтоне считают, что в американских интересах провести в новый афганский парламент "сильных людей", пусть даже явных головорезов или даже "умеренных" талибов. Главное, чтобы они приняли предлагаемые им американские "правила игры" и участвовали в "демократических процедурах".
С учетом всего этого, многие наблюдатели в самом Афганистане и за его пределами сомневаются, что новый парламент, где будут превалировать "легимитизированные" полевые командиры, боссы наркомафии и лидеры враждующих этно-племенных кланов, улучшит ситуацию в стране. Такой парламент не будет иметь ни реальной власти, ни авторитета в обществе и едва ли сможет приступить к решению насущных социально-экономических проблем страны. А значит, Афганистан по-прежнему останется серьезным источником терроризма и наркоугрозы для остального мира.
В начале ноября представители совместной афгано-ооновской избирательной комиссии в очередной раз сообщили, что оглашение окончательных результатов выборов откладывается на неопределенный срок. Более-менее точные итоги есть только по 19 из 34 провинций. В качестве причин были названы очень медленная процедура подсчета бюллетеней и незавершенность расследования около 500 жалоб по поводу имевших место в ходе выборов серьезных нарушений, в т.ч. запугивания и подкупа избирателей, подмены урн в 2200 из 6 тыс. избирательных участков и т.д.
В итоге в Афганистане складывается почти абсурдная ситуация, когда спустя почти два месяца после выборов и за несколько недель до первой сессии нового парламента имена многих "народных избранников" до сих пор не объявлены народу. Впрочем, мало кто сомневается, что к декабрю результаты выборов будут объявлены. Другое дело, что это уже вряд ли повлияет на многих афганцев и зарубежных наблюдателей, считающих эти выборы дискредитированными и не имеющими отношения к продвижению Афганистана к подлинной демократии.
Хотя выборы прошли в относительно спокойной атмосфере и признаны состоявшимися, они изобиловали нарушениями, не заметить которые было невозможно. Еще накануне выборов было ясно, что афганские власти готовы к широкому применению административного ресурса. Например, на 12 миллионов зарегистрированных избирателей было отпечатано 40 млн. бюллетеней. По некоторым оценкам, в пользу проправительственных кандидатов было вброшено более 1,5 миллионов "лишних" бюллетеней. Официальной избирательной комиссией Афганистана было отмечено свыше 5 тыс. нарушений. Имеются данные, что урны с заполненными бюллетенями поступали с избирательных участков, которые даже не открывались в день голосования (например, в провинциях Бадахшан, Дайкунди, Урузган, Логар).
Примечательно, что в этих условиях явка избирателей составила чуть более 50% по сравнению с 76% на президентских выборах в октябре 2004 года. По мнению наблюдателей, это было обусловлено массовым разочарованием избирателей по поводу отсутствия позитивных сдвигов в Афганистане после президентских выборов 2004 года, невразумительными избирательными бюллетенями и тем, что в числе кандидатов в парламентарии оказалось слишком много влиятельных полевых командиров, видных боевиков-моджахедов и известных наркобаронов.
По данным афганских правозащитных организаций, более 80 % кандидатов-победителей в провинции и более 60 % в столице имеют связи с различными вооруженными группировками. В числе лиц, которые, скорее всего, будут заседать в афганском парламенте, упоминаются брат президента Хамида Карзая, по слухам, тесно связанный с контрабандой опиума; видный деятель "Северного альянса" Юнус Кунани; Абдул Расул Сайяф - известный исламский радикал, бывший соратник самого Усамы бин Ладена и организатор массовых репрессий против представителей афганского национального меньшинства - хазарейцев; Абдул Салам Рокети – бывший талибский полевой командир и др. В Афганистане бытует мнение, что эти люди не будут работать для страны.
На этом фоне в мировой прессе обсуждаются различные версии затянувшихся до почти неприличия афганских выборов. По одной из них, задержка с объявлением их итогов обусловлена тем, что сторонники Хамида Карзая получили не более 40 процентов голосов, а так называемые моджахеды-антиамериканисты и сторонники Талибана в общей сложности около 55 процентов. Признать такой расклад для Вашингтона значило бы расписаться в своем полном политическом поражении в Афганистане. Поэтому, как считают сторонники этой версии, подсчет голосов был сознательно замедлен, чтобы выиграть время для "убедительной" фальсификации итогов голосования в пользу сторонников нынешнего президента.
По другой же версии, в Вашингтоне сильно разочарованы Хамидом Карзаем, оказавшимся слабым, непопулярным и недостаточно решительным "менеджером" Афганистана. Поэтому руководство США подыскивает ему замену и рассчитывает привлечь на свою сторону ряд влиятельных полевых командиров из числа пуштунов. В рамках этой версии затягивание подведения итогов выборов связано с закулисными маневрами американских эмиссаров, ведущих переговоры с лидерами моджахедов о предоставлении им большинства в парламенте в обмен на поддержку курса США. Одновременно принимаются меры по отстранению от власти стоящих на антиамериканских позициях таджикских и узбекских лидеров.
В свете этого наблюдатели отмечают, что парламентские выборы 18 сентября стали последним этапом плана политической реконструкции этой страны, выработанного Боннской конференцией 2001 года. Были созданы сначала временная, а затем постоянная администрации страны, принята конституция, проведены президентские, и теперь уже парламентские выборы. После этих выборов иностранное военное присутствие в Афганистане становится нелегитимным, и все иностранные войска должны покинуть страну. Следующее расписание действий для Афганистана будет определяться в январе 2006 года в Лондоне на новой международной конференции. На ней предполагается утвердить разработанный в ООН проект так называемого "Кабульского расписания", которое должно стать основой для разработки следующего этапа послевоенного восстановления Афганистана.
Однако у США есть свои планы в отношении этой страны. Побывавшая в Кабуле вскоре после сентябрьских выборов госсекретарь США Кондолиза Райс прямо заявила о готовности Соединенных Штатов "оставаться в Афганистане столько времени, сколько потребуется". В Вашингтоне считают, что в американских интересах провести в новый афганский парламент "сильных людей", пусть даже явных головорезов или даже "умеренных" талибов. Главное, чтобы они приняли предлагаемые им американские "правила игры" и участвовали в "демократических процедурах".
С учетом всего этого, многие наблюдатели в самом Афганистане и за его пределами сомневаются, что новый парламент, где будут превалировать "легимитизированные" полевые командиры, боссы наркомафии и лидеры враждующих этно-племенных кланов, улучшит ситуацию в стране. Такой парламент не будет иметь ни реальной власти, ни авторитета в обществе и едва ли сможет приступить к решению насущных социально-экономических проблем страны. А значит, Афганистан по-прежнему останется серьезным источником терроризма и наркоугрозы для остального мира.
