Высадка в Нормандии и усадка политических мозгов

Игорь Николайчук, Центр специальных медиаметрических исследований

По моему личному мнению демонстративный отказ властей Франции от приглашения Президента РФ (напомним, Российская Федерация правопреемник СССР) на празднование 80-летия высадки Союзный войск в Нормандии следует рассматривать как неприличную отрыжку хама на рафинированном дипломатическом светском рауте. Оно, конечно, за 80 лет много воды утекло, исторические манеры испортились, да и нам уже в новой несоветской России одной своей советской Победы хватает, но осадочек остался.

Открытие Второго фронта и всё, что с этим связано, ‑  законное достояние истории. А вот создание мифов по этому поводу - это суть деятельности клиопедов, которые обслуживают властные элиты и помогают им двигать политические процессы в нужную сторону. Забавно, что историческая память, которая, как известно, «растворяется» во времени по экспоненте, на Западе по отношению к знаменитому десанту на пляжи Нормандии в массовом сознании почти исчезла, но повод сегодня активно используется для поддержания атлантической солидарности, а вернее, для демонстрации того, что у нового байденовского НАТО цели точно такие же, как у старого НАТО времен Вашингтонского договора: обеспечить легитимность присутствия США в Европе (80 тыс. военнослужащих – это, согласимся, не шутка!), контролировать Германию, дабы она «не возродилась» в качестве лидера Европы и, наконец, не пускать Россию в Европу. Тут все и становится понятным насчет «неприглашения».

Впрочем, какие-то реперные точки динамики исторической памяти политикам знать надо. К юбилею социологи провели несколько опросов в странах Европы. Результаты интересные, хотя и ожидаемые. Так, солидная британская служба Redfield & Wilton Strategies в ходе опроса, проведенного 5-6 июня (ровно через 80 лет после высадки десанта), выяснила, что менее половины избирателей в возрасте 18-24 лет (37%) или 25-34 лет (48%) смогли точно определить, что «D-Day» произошел во время Второй мировой войны. Фактически, только около двух третей (62%) лиц, достигших избирательного возраста, в целом смогли точно отнести «D-Day» ко Второй мировой войне, при этом 15% ошибочно полагают, что «D-Day» имел место во время Первой мировой войны, 4% - во время Крымской войны и 3% - во время Наполеоновской войны. Вывод: понимание события и того, что это значило, исчезает из общественного сознания.

Нынешние британцы реально остаются патриотами, хотя тут не все так однозначно. Рассматривая войну в целом, большинство (42%) британцев считают, что Соединенное Королевство сделало больше всего для победы над нацистской Германией, по сравнению с 12%, которые считают, что больше всего сделали Соединенные Штаты, и есть только 6%, которые думают, что Советский Союз (РККА была самой крупной армией союзников, а СССР понес больше всего потерь) сделал больше всего для победы над гитлеровской Германией. Размышляя о роли Великобритании в истории, большинство британцев (63%) считают важным, чтобы детей учили гордиться Великобританией и ее историей. Однако, хотя большинство представителей каждой возрастной группы в возрасте 25 лет и старше разделяют это мнение, избиратели в возрасте 18-24 лет настроены более неоднозначно. Хотя большая часть (39%) считает важным, чтобы детей учили гордиться Великобританией и ее историей, 32% полагают, что это не так.

Клиопеды в разных странах создают подогнанные под «свои нужды» мифы про победу. По данным известной социологической службы YouGov среди жителей Великобритании, США, Франции и Германии только британцы считают, что их страна внесла наибольший вклад в победу над гитлеровцами. Остальные отдают предпочтение США. Вот в Германии, где нет суверенной истории и нет национальных клиопедов, результаты просто замечательные. Первое место по вкладу в победу «над собой» немцы отдают все-таки США (34%), но 31% назвали СССР, а «неблагодарные» французы вспомнили про лидерство Союза всего в 17% случаев. Сталин лег костьми, чтобы в Карлхорсте французы подписали акт о безоговорочной капитуляции в качестве свидетелей. Увидев французского генерала, Кейтель в сердцах воскликнул: «Как! Вы нас тоже, оказывается, победили!..».

Но есть история и новее. В 2014 г., когда англосаксами было решено восстановить величие НАТО и разрушить величие Германии (Евросоюза), без всякой там Крымской весны или сбитого Боинга началось формирование русофобской системы, определяющей нашу страну и ее руководство в качестве «вдруг взявшихся» врагов. Как по команде СМИ и блогосфера начали формировать инфернальный образ России. Индексы агрессивности информационного потока зашкаливали за все мыслимые пределы информационной войны. На одну нейтральную публикацию приходилось штук 70 негативных. И вдруг Франция радикально поменяла медийную политику. Тишь, гладь, божья благодать!.. Это апрель. А в начале июня – 70 лет со дня высадки. И Владимир Путин приглашен на торжества по факту в качестве самого почетного гостя. Тогда президентом Франции был Франсуа Олланд. Он как-то еще сопротивлялся дяде Сэму, все-таки был социалистом старой закалки. Наш Президент приехал, все было дружно и чудесно. Отгремели праздничные салюты, отговорили восклицаниями репортажи. Шельмование России и Путина во французской прессе началось с новой силой.

Вместо точки маленькое наблюдение. В США, например, в исторической памяти «D-Day» совсем уже бледная тень. «Ни сказок про них не расскажут, ни песен о них не споют». Одно кино. Но в последней американской песне о событии, которая датируется 1972 г. (текст, кстати, очень слабенький: «Приказы для нас были просты ‑ // Убивай или тебя убьют!») рефреном звучала строчка: «Primo Victoria!». Это царапает душу, поскольку фактически слова являются эквивалентом слов Окуджавы: «А значит, нам нужна одна Победа, одна на всех, мы за ценой не постоим!». Победа была одна. Делить ее на куски могут только политические подлецы.