Станислав Смагин, политический обозреватель, ветеран СВО
В конце октября Польша оказалась в центре острого внутриполитического кризиса, в который перешло постоянное вялотекущее противостояние между исполнительной властью в лице премьер‑министра Дональда Туска и президентом Каролем Навроцким. В эпицентре конфликта — Конституционный трибунал, обладающий правом признавать законы неконституционными. Контроль над этим институтом может стать ключевым рычагом влияния в преддверии парламентских выборов 2027 года.
Конфликт имеет как внутриполитическое, так и внешнеполитическое измерение, тесно переплетенные между собой. Конституционный трибунал — один из немногих институтов, способных ограничивать действия правительства. Для Туска изменение состава трибунала — способ устранить препятствия для проведения реформ и реализации курса, согласованного с Брюсселем. Для Навроцкого сохранение нынешнего руководства суда — инструмент сдерживания правительства и защиты консервативной повестки.
Туск делает ставку на Евросоюз: для него это источник финансирования, политической поддержки и возможности влиять на европейскую политику. Навроцкий, напротив, стремится сохранить самостоятельность Варшавы и ориентируется в первую очередь на США.
Ключевым камнем преткновения стал вопрос легитимности новых судей. В сентябре Сейм избрал судьёй Мацея Берека — близкого соратника премьера. Навроцкий отказался принимать его присягу, что является его конституционным правом. 14 октября Берек принёс присягу в парламенте без участия президента, но президентская канцелярия не признала эту процедуру законной.
Кризис перешёл в острую фазу, когда правительство Туска в отсутствие Навроцкого на территории Польши предприняло активные действия в отношении Конституционного трибунала. К зданию трибунала были стянуты сотни вооружённых полицейских. Под предлогом «угрозы жизни» (о которой заявила лояльная властям судья) силовики окружили территорию, а председателя трибунала Богдана Свенчковского и его заместителя Бартоломея Соханьского оперативно отстранили от дел.
Реакция президента. Узнав о происходящем, Навроцкий прервал официальный визит в Сенегал и развернул борт прямо в небе над Испанией. Ночью с пятницы на субботу он вернулся в Варшаву и прибыл к зданию суда, где произошла потасовка с судьями, избранными нынешним парламентом.
Туск в видеообращении обвинил Навроцкого и его предшественника Анджея Дуду в «разрушении верховенства права». Он заявил, что «по некоторым вопросам компромиссов быть не может» и раскритиковал действия президента, назвав недопустимым, чтобы «политик входил на территорию суда, раздавал указы и пугал судей».
Противостояние привело к заметному расколу не только между ветвями власти, но и внутри самой правящей коалиции. Премьер-министр и его «Гражданская коалиция» демонстративно отказались от участия в консультациях с президентом, заявив, что «Конституция не подлежит обсуждению».
При этом ключевые партнёры по правящему блоку — вице‑премьер, министр обороны и лидер «Польской крестьянской партии» Владислав Косиняк‑Камыш, а также вице‑спикер Сейма Шимон Головня из «Польши‑2050» — всё же пришли на консультации к президенту. Они публично призвали Туска к переговорам и «конституционному перезапуску», не желая выглядеть радикалами и нести ответственность за силовые методы.
Навроцкий сумел привлечь на свою сторону не только на свою основную опору, партию «Право и справедливость» Ярослава Качиньского (PiS), но и оппозиционных правых евроскептиков, включая партию «Конфедерация польской короны». Это позволяет ему представить себя как защитника конституционного порядка, а либерала Туска — как упрямого догматика, готового ломать через колено институты и закона (здесь почему-то вновь вспоминается российский политический кризис 1993 года, тоже пришедшийся на октябрь).
Кризис разворачивается на фоне растущего недовольства разных групп населения политикой кабинета Туска. Фермеры недовольны налоговой политикой и ростом производственных затрат, горняки требуют гарантий сохранения рабочих мест.
Туск придерживается курса ЕС на продолжение помощи Киеву (стоимость военной помощи с 2022 года достигла 16,45 млрд злотых). Его оппоненты обвиняют правительство в расходовании средств на Украину в ущерб интересам польских граждан. Навроцкий выступает за приоритет интересов поляков и ограничение безусловной поддержки украинцев — например, он заблокировал закон о помощи гражданам Украины, потребовав прекратить выплаты пособий неработающим получателям.
С точки зрения электоральных перспектив, кризис становится удобной политической повесткой для оппозиции, насколько так можно назвать сторонников действующего президента. Польские правые не представляют собой единую силу: партия «Право и справедливость» теряет прежние позиции, а внутри правого спектра действуют конкурирующие группы (включая «Развитие плюс» Матеуша Моравецкого, «Конфедерацию» и националистов Гжегожа Брауна). По октябрьским опросам, суммарная поддержка этих сил значительна (PiS — 23 %, «Конфедерация» — 12,6 %, партия Брауна — 9,2 %, объединение Моравецкого — 5,3 %), но договориться о совместном управлении страной им крайне сложно.
Теперь же на фоне споров внутри консервативного лагеря о том, кто должен возглавлять правых, появляется общий противник — правительство Туска. Обвинения в «государственном перевороте» позволяют временно отодвинуть внутренние разногласия между правыми партиями.
Важно учитывать, что судьи Конституционного трибунала назначаются на девять лет. Это означает, что результаты нынешней борьбы могут пережить не одно правительство и стать определённой политической гарантией для победителей. Контроль над трибуналом позволяет блокировать или ускорять принятие законов, влиять на трактовку конституционных норм, ограничивать полномочия оппонентов в будущих политических циклах.
Таким образом, нынешний кризис — это не просто спор о легитимности отдельных судей, а борьба за стратегическое влияние на развитие Польши в долгосрочной перспективе. Исход противостояния может существенно повлиять на расстановку сил перед предстоящими в 2027 г. выборами в Сейм и определить долгосрочный вектор внутренней и внешней политики страны.
И, наконец, про еще один внешнеполитический фактор. Автор этих строк и, думаю, многие другие с нетерпением ждали, когда же на поверхность выйдет, точнее, будет вытолкан «русский след». В Восточной Европе и на постсоветском пространстве это универсальный способ замаскировать реальные мотивы политических конфликтов и проблемы, их породившие. Например, в Грузии в 2019 г. после выступления в парламенте российского депутата Гаврилова начались волнения, обе стороны которых обвиняли друг друга в работе на Россию.
Вот и здесь долго ждать не пришлось. Туск заявил, что его оппоненты пользуются поддержкой «армии российских ботов», и обвинил их в связях с «пророссийскими силами». Это позволяет сместить акцент с внутренних проблем на внешнего врага. Без него – никак.
