Дизельная сделка: танкеры меняют курс, но договоренности остаются

Александр Пасечник, руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности; эксперт Финансового университета при Правительстве РФ

Дизельная сделка, оформленная 9 октября 2026 года как договоренность Дональда Трампа и Владимира Путина, к началу ноября оказалась в центре споров о том, разваливается она или просто меняет маршруты. Согласно достигнутому соглашению, Россия обязалась поставить 300 тысяч тонн дизельного топлива немедленно, еще 500 тысяч тонн в ноябре и 1 миллион тонн впоследствии, а Минфин США выпустил генеральную лицензию № 135, разрешающую операции с российским дизелем до 7 апреля 2027 года. Однако после промежуточных выборов, на которых демократы получили контроль над обеими палатами Конгресса, часть танкеров изменила курс — и это породило волну сообщений о «срыве сделки», которые требуют более внимательного разбора.

Итак, что же произошло с танкерами, отправившимися к американским причалам? По данным Financial Times и сервисов отслеживания судов, танкер Leruo под флагом Сьерра-Леоне, загрузившийся в Приморске 17 октября, 2 ноября сменил пункт назначения на Бразилию. Танкер Talisman вошел в Средиземное море и подал сигнал «запрос на выполнение приказов» у берегов Алжира. Третий танкер, Agioi Fanendes, продолжает движение через Атлантику в направлении США, хотя его статус также изменился на «ожидает распоряжений». По данным DW, причиной смены маршрутов стали опасения американских покупателей относительно юридических последствий и санкционных рисков, а также предупреждения губернатора Нью-Джерси Мики Шеррилл о «жестких штрафах» для операторов портов, принимающих российское топливо.

При этом официальная реакция Москвы была последовательной и спокойной. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков 5 ноября заявил: «Отгрузки были осуществлены. Это коммерческие отгрузки, поэтому детали не могут быть публичными. Весь дизель найдет своих покупателей». Спецпредставитель президента РФ Кирилл Дмитриев назвал сообщения FT о смене курса «фейком», написав в соцсети X: «Танкеры, предназначенные для США, продолжают следовать своим курсом». Гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности, профессор Финансового университета при Правительстве РФ Константин Симонов дал наиболее откровенную оценку в эфире радиопрограммы «Энергономика» на платформе «Смотрим» (smotrim.ru) 6 ноября: «Особого отраслевого смысла в дизельной сделке изначально не было… Очевидно, что в ней была прежде всего политическая составляющая… Мы Трампу по его просьбе дали политический пас. Но он пробил штангу — выборы с треском проиграл». Он также отметил, что с точки зрения защищенности внутреннего рынка Россия «не теряла ничего», поскольку проблем с дизелем не было.

Лицензия №135 имеет срок действия и географическую гибкость. Этот документ,  выданный Управлением по контролю за иностранными активами (OFAC) Минфина США, разрешает операции с российским дизелем до 7 апреля 2027 года и прямо включает «импорт в Соединенные Штаты». Однако лицензия не привязывает поставки исключительно к американским портам. Она разрешает продажу, доставку и разгрузку российского дизеля в рамках сделки, а конечный пункт назначения определяется коммерческими договоренностями между продавцом и покупателем. Именно поэтому перенаправление танкеров в Бразилию или Алжир не аннулирует лицензию и не означает, что сделка «сорвалась» — она просто перетекает в другую логистическую конфигурацию. Для Москвы это не принципиально: дизель найдет покупателя там, где за него готовы заплатить, а политический сигнал, который был главной ценностью сделки, уже отправлен.

Хотя юридический риск остается, но он не в лицензии, а в Конгрессе. Фундаментальная проблема сделки — не в том, куда идут танкеры, а в противоречии между исполнительным разрешением и законодательным запретом. Закон о прекращении импорта российской нефти 2022 года (Ending Importation of Russian Oil Act) запрещает ввоз российских энергопродуктов и может быть отменен только при выполнении президентом ряда положений: сертификация перед Конгрессом, что Россия прекратила военные действия на условиях, приемлемых для Украины, консультации с профильными комитетами и 90-дневный период, в течение которого Конгресс может принять резолюцию неодобрения. Ничего из этого сделано не было. Конгрессмен Ллойд Доггетт (демократ от Техаса), чье имя стоит на законе 2022 года, прямо заявил, что сделка «прямо нарушает этот закон». Сенатор-республиканец Том Тиллис признал, что «есть законные основания утверждать, что президент не следует закону».

Но до рубежной даты у «кейса» есть время. Речь о 3 января 2027 года, когда новый состав Конгресса официально приступит к работе и демократы получат контроль над обеими палатами. Однако важно понимать: это не означает, что политическое прикрытие администрации Трампа исчезнет в первый же рабочий день. После 3 января администрация теряет не возможность действовать — лицензия №135 действует до апреля, — а политическое прикрытие: новый Конгресс получает инструменты для расследований, но для их запуска потребуется время на организацию комитетов, утверждение председателей и формирование повестки. Тем не менее сам факт того, что эти инструменты теперь в руках оппозиции, делает участие в сделке токсичным для бизнеса уже сейчас — не дожидаясь первых повесток. Комитет Сената по международным отношениям уже обязал банки и портовых операторов сохранить документы для надзорных расследований, а конгрессмен Джейми Раскин предупредил отраслевые ассоциации, что компании могут столкнуться с наказанием вплоть до 20 лет лишения свободы — «будь то в этой администрации или в следующей». Демократы также объявили о планах запустить закон об «адских санкциях» против России, который Трамп заморозил после дизельной сделки, и проверить возможные бизнес-интересы спецпосланников Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера.

Для России смена маршрутов танкеров — это вовсе не поражение, а подтверждение того, что сделка была и остается политическим инструментом, а не коммерческой необходимостью. Как отметил Константин Симонов, «с точки зрения защищенности рынка мы не теряли ничего». Лицензия №135 продолжает действовать, и российский дизель может поставляться на любые рынки, где есть спрос — будь то Бразилия, Алжир или сама Америка, если покупатели рискнут. Главный выигрыш Москвы лежал не в валютной выручке, а в прецеденте: Вашингтон впервые с 2022 года официально разрешил операции с российским энергопродуктом, и этот прецедент сохраняется независимо от того, куда именно пойдут танкеры. Заместитель главы МИД Александр Панкин 9 ноября заявил, что сделка может стать основой для постепенного восстановления экономических связей, но подчеркнул, что речь не идет об отмене санкций — это лишь временное неиспользование некоторых ограничений.

Вопрос на перспективу смещается с «дойдут ли танкеры до США» на то, «хватит ли у Трампа политической воли противостоять ястребам как минимум до весны» — то есть до истечения срока лицензии №135, — отстаивая свою позицию в условиях, когда Конгресс уже готовит расследования, а корпоративный сектор предпочитает не рисковать.