Ракеты в нагрузку?

В советское время существовало понятие – "нагрузка". Покупаешь дефицитный телевизор, а в "нагрузку" получаешь еще и утюг, хорошо, если электрический. В нашем же случае товар с ярлыком "демократия" идет "в нагрузку" с национальной противоракетной системой США, или НПРО.

В Европе уже привыкли к тому, что любое военное решение Вашингтона осеняется лозунгом "расширения демократии". США утверждают, что противоракетный редут в Европе поможет при этом спасти европейцев от иранских ракет. Но такой угрозы не видят, в том числе, в Пентагоне. Ибо по крайней мере до 2015 года Иран не сможет создать межконтинентальную ракету. Когда на это намекнули министр ВВС США М.Уинн и его начальник штаба (то есть, главком) генерал М.Моусли, нашелся повод их уволить. Но и их бывший шеф – председатель Комитета начальников штабов ВС США адмирал М.Муллен отдает предпочтение политическим методам решения проблемы Ирана: "Открытие третьего фронта (после Ирака и Афганистана – Авт.) на данном этапе породило бы крайне стрессовую ситуацию. Этот регион мира очень нестабильный, и я не вижу необходимости делать его еще более нестабильным".

Еще в 2001 году на фоне принятия решения о европейском сегменте ПРО госсекретарь США К.Райс заявила французской "Фигаро": "Сегодня нависшая над миром угроза исходит от России, так как часть ее ядерного потенциала рискует попасть в плохие руки, и в определенный момент ее интересы войдут в противоречие с нашими". Более дипломатично эту мысль уже в июле 2008 года развил пресс-секретарь госдепа Ш.Маккормак: "Когда речь идет о делах НАТО, Россия права голоса не имеет". Но при этом сенатский комитет по иностранным делам готовит резолюцию "Об улучшении отношений с Россией". В ней напрямую говорится о разоруженческом партнерстве и активизации Совета Россия-НАТО. Таким образом, "польские" противоракеты и "чешский" радар, помимо прочего, задают тест на российско-американскую договороспособность. Если мы не разрешим эту, казалось бы, локальную проблему, на какое стратегическое взаимодействие можно рассчитывать? Тем более что новая ядерная доктрина США снижает порог применения ядерного оружия. Оно из политического средства сдерживания может стать оружием поля боя. Какие последствия вызовет сочетание трех политически однородных обстоятельств: отказ или отступление от прежних ограничительных договоров, лукавство Вашингтона в отношении Москвы и возобладание силовой составляющей в международных отношениях?

Уже и в Старом Свете начинают понимать, что европейский сегмент НПРО становится угрозой для европейцев. Начнем с очевидного. Рано или поздно придется проводить испытания "польских" противоракет. Причем, в естественных для них географических условиях. Кто гарантирует, что осколки от них не заденут хотя бы среднестатистические 1500 судов, ежедневно бороздящих Балтику и Северное море? Кстати, никто не обещал, что именно над водной гладью противоракета "перехватит" "межконтинентально-гипотетическую". Но даже если "польские" ракеты будут испытывать в Тихом океане, сами пусковые установки неизбежно окажутся под "присмотром" наших "противопротиворакет". Также как наши – под их. Поэтому 48 процентов немцев назвали США "государством, представляющим наибольшую угрозу в мире". Примечательно, что среди немецкой молодежи этот показатель составил 57 процентов. Иран в этом смысле беспокоит соответственно 31 и 25 процентов опрошенных граждан ФРГ. Но главное в другом. Против размещения объектов НПРО в своих странах выступают 56 процентов поляков и 76 процентов чехов.

Как тут быть с волеизъявлением тех, ради которых "расширяют демократию"? И не служат ли американские ракеты аналогом пресловутого "утюга"?