Свидетельством успешно развивающегося российско-турецкого сотрудничества стал визит в Москву премьер-министра Турции Реджепа Тайипа Эрдогана и его переговоры с Президентом России Владимиром Путиным. В ходе встречи двух руководителей отмечалось, что отношения между Россией и Турцией за последние годы поднялись на очень высокую планку. Достаточно сказать, что в прошлом году объем двустороннего товарооборота вырос сразу на 26 % и достиг почти $34 млрд. "При такой динамике, а у нас есть все шансы ее сохранить, мы можем в ближайшее время выйти на уровень $100 млрд", - сказал Владимир Путин. Он подчеркнул, что "Турция была и остается нашим важным стратегическим партнером, надежным партнером".
На российском рынке постоянно работает большое количество турецких компаний, налажено эффективное сотрудничество в сфере энергетики. Причем, имеется в виду не только взаимная торговля углеводородами (здесь Турция уверенно занимает второе место среди потребителей российского сырья), но и в высокотехнологичных сферах энергетики, таких, как атомная. По словам Эрдогана, "наша совместная работа в сфере ядерной энергетики будет самым значимым капиталовложением последних лет в рамках региона".
Успешно реализуются инфраструктурные проекты, появляются и новые направления сотрудничества, например, в сфере металлургической промышленности. Кроме того, Турция остается одним из наиболее популярных мест отдыха россиян. В прошлом году эту страну посетили 3,5 миллиона российских туристов. Такой показатель, прежде всего - результат качества услуг, предоставляемых туристам, а также целенаправленного упрощения визового режима между двумя странами.
Россия и Турция развивают, конечно, не только экономическое, торговое, но и военное, культурное сотрудничество. Но главное - политический вектор. Конечно, не всегда взгляды Москвы и Анкары на международные и региональные проблемы одинаковы, но часто они сходятся. Скажем, обе стороны выражают обеспокоенность происходящими в Сирии событиями и выступают против какого-либо иностранного вмешательства в дела этого государства. При этом нельзя игнорировать тот факт, что отношения Анкары и Дамаска, особенно учитывая недавний инцидент со сбитым турецким самолетом, нарушившим границу Сирии, далеки от добрососедских, и этим определяется негативное отношение Турции к режиму Башара Асада.
У Москвы, всегда поддерживавшей добрые отношения с Дамаском, более взвешенная, объективная позиция, базирующаяся на том, что в Сирии, прежде всего, должен быть восстановлен мир, прекращена война, в развязывании которой далеко не последнюю роль играет Запад, пытающийся повторить здесь ливийский и египетский сценарии. Москва выступает против экспорта революций, за неотъемлемое право сирийского народа самому решать судьбу своей страны.
Что касается ситуации в Закавказье, то и Россия, и Турция не раз выражали свою заинтересованность в мирном разрешении карабахского конфликта, развитии армяно-азербайджанского диалога. Но, если позиция Москвы, являющейся главным посредником в переговорах между Баку и Ереваном, заключается в том, чтобы сблизить точки зрения противоборствующих сторон, способствовать поискам консенсуса, и выработке взаимоприемлемого соглашения, гарантом которого она готова стать, то у Анкары несколько иной подход к проблеме. Она безоговорочно поддерживает Азербайджан, провозглашающий принцип территориальной целостности государства и считающий Нагорный Карабах своей неотъемлемой частью. Между тем с Арменией у Турции нет даже дипломатических отношений, в первую очередь, из-за нежелания Анкары признать факт геноцида армян в Османской империи в 1915 году. И все же главное состоит в том, чтобы не допустить новой войны в регионе – в этом Россия и Турция солидарны.
Еще одна проблема – иранская. Россия против ядерного вооружения Ирана, но считает, что эта страна вправе развивать мирную, атомную энергетику и готова помогать ей в этом. Москва категорически против силовых мер в отношении Ирана, на которых настаивает Вашингтон. Военная акция против Ирана, наподобие иракской, может потрясти весь регион, самым негативным образом сказаться на ситуации в Закавказье и на российском Северном Кавказе. В Анкаре тоже понимают опасность силовых мер против Тегерана, но Турция – член НАТО, союзник США, и на ее территории расположены американские военные базы и ракетные установки. И в случае войны они могут подвергнуться ударам, о чем не раз предупреждало иранское руководство. Так что, Анкаре приходится проявлять осторожность – не ссорясь с Вашингтоном, в то же время не давать втягивать себя в войну с Ираном.
Взгляды России и Турции полностью совпадают в том, что касается терроризма. Анкара уже давно познала это зло и ведет непростую борьбу с Курдской рабочей партией, которую считает террористической организацией. Москва с середины 90-х годов тоже ведет борьбу с террористами, действующими на Северном Кавказе, в основном в Чечне и Дагестане. Российские и турецкие спецслужбы обмениваются опытом антитеррористической деятельности, предоставляют друг другу полезную информацию.
Москва и Анкара не раз заявляли о необходимости нормализации ситуации в Ираке и Афганистане. На севере Ирака базируются лагеря курдских террористов, по которым турецкая армия время от времени наносит удары. А Афганистан – главная база "Аль-Каиды", основной оплот мирового терроризма. Так что, понять озабоченность Москвы и Анкары ситуацией в этих странах можно.
Общих проблем у России и Турции немало. И визит в Москву Реджепа Эрдогана показал, что стороны намерены продолжать сотрудничество ради их решения.
