Визит в Россию нового лидера КНР показал, что Россия и КНР становятся ближайшими союзниками друг для друга. Однако формальный союз вряд ли состоится: стороны предпочитают более мягкие, многосторонние форматы.
Несмотря на обширный список соглашений по экономической сфере, визит носил в большей степени политический характер. После инаугурации Владимир Путин летом прошлого года первым делом отправился в Пекин. В свою очередь, Си Цзиньпин после утверждение на посту Председателя КНР сразу же приехал в Москву. Взаимное признание первостепенной важности двусторонних отношений налицо. Об их характере свидетельствует хотя бы следующий пассаж из совместного заявления по итогам переговоров, прошедших 22-24 марта в Москве: "Стороны будут решительно поддерживать друг друга по вопросам, затрагивающим их ключевые интересы, в том числе обеспечение суверенитета, территориальной целостности и безопасности".
Развивая это положение, китайский лидер заявил в своем выступлении перед студентами МГИМО: "Китай и Россия должны усилить стратегическое взаимодействие на международной арене". При посещении министерства обороны России и пункта оперативного командования он был еще более конкретен: "Мой визит в российское военное ведомство говорит о том, что военные, политические, а также стратегические взаимоотношения двух стран будут укрепляться. Также будет укрепляться и сотрудничество между вооруженными силами Китая и России".
Очевидно, что Пекин серьезно озабочен тем, что Вашингтон, реализуя доктринальные заявления годичной давности, без промедления приступил к усилению своей группировки в АТР. "Возвращение" США в тихоокеанский регион совпало с резким обострением территориальных споров между КНР и Японией, Филиппинами, Вьетнамом, Брунеем, и, закономерно, активизацией обсуждения китайской угрозы. Не только военной, но и экономической, ресурсной, экологической… Если не союзник, то партнер и единомышленник в этих условиях необходим. И это объективно – Россия.
Строго говоря, и у России есть военно-стратегическая заинтересованность в укреплении связей с КНР. Прежде всего, в области ПРО. По итогам встречи Си Цзиньпина и министра обороны России Сергея Шойгу, "были отмечены общие обеспокоенности двух сторон по проблеме противоракетной обороны. Было признано необходимым разговор по этой проблеме продолжить", - сообщил журналистам замминистра обороны Анатолий Антонов.
Тем не менее, Москва, видимо, предлагает соблюдать баланс между политическим взаимодействием в мире и экономическими связями в двусторонних отношениях. Открывая переговоры в Кремле, президент России Владимир Путин подчеркнул, что для сохранения динамики стратегического партнерства "необходимо сконцентрировать усилия на важнейших направлениях. Одно из них, которое прямо отвечает жизненным интересам наших граждан - это развитие экономических связей".
Китай и так крупнейший торговый партнер России. В 2012 году доля КНР в российской внешней торговле составила 10,5%, объем китайских прямых инвестиций в экономику России вырос более чем в 1,5 раза и составил $4,4 млрд, российских в Китай - более $1 млрд. В планах двух стран к 2015 году перейти рубеж в $100 млрд во взаимном товарообороте, а к 2020 году довести его до $150 млрд.
Эти рубежи будут достигнуты в том числе и за счет более 30 соглашений в различных сферах, подписанных в ходе визита в Москву китайского лидера. Первым был подписан меморандум о продвижении инвестиций в инфраструктурные проекты на Дальнем Востоке. Среди наиболее важных - соглашение об увеличении поставок российских углеводородов в Китай и строительстве новых веток трубопроводов по южному направлению.
Кроме того, на полях саммита подписан долгожданный меморандум о поставах газа в КНР, Переговоры шли крайне трудно в течении почти 10 лет из-за того, что стороны не могли согласовать формулу цены на газ. "Подписанный документ закладывает основу 30-летнего контракта на поставку газа из России в КНР", – подчеркнул глава Газпрома Алексей Миллер.
Наконец, Китай и Россия подписали соглашения о поставке 24 российских истребителей Су-35 и совместном строительстве для Китая четырех дизельных подводных лодок класса "Лада", сообщило центральное китайское телевидение. "Это стало первой за последние 10 лет закупкой Китаем у России важных систем вооружений", - отмечалось в сообщении.
Разумеется, и военно-техническое сотрудничество, и торговля углеводородами, и инвестиции в Сибирь – это тоже, по сути, политические проекты и не только в силу их масштабности. Создается, точнее, укрепляется «страховочная сетка» для политического сотрудничества, которой нет, например, у российско-американских отношений.
Однако замминистра обороны России Анатолий Антонов подчеркнул, что "мы дружим с Китаем не против кого-либо, а за укрепление регионального сотрудничества, взаимодействия, стабильности и глобальной безопасности".
Для России формализованный союз с КНР не является приоритетом. Дело даже не том, что Москва опасается реакции из-за рубежа. Москва, как следует из утвержденной месяц назад Концепции внешней политики России, уверена, что суть международных процессов связана с полицентричностью международной системы. Двусторонним союзам и "осям» 20-го века тут места нет. Требуется коллективное лидерство ведущих государств мира. А это, прежде всего, деятельность таких неформальных структур без устава и постоянных органов, почти что "клубов", как "Группа двадцати", БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР), "Группа восьми" и другие.
И довольно символично, что, завершив переговоры в Москве, лидеры России и КНР отправляются в ЮАР, на саммит БРИКС. В разных самолетах.
