"Возвращение России в Африку", инициированное руководством нашей страны, начинает приносить первые плоды. В частности, на суданском направлении. О предпринимаемых шагах по восстановлению полноценного политического и экономического сотрудничества между Москвой и Хартумом, и одновременно о сложных отношениях с США в интервью Информационному агентству "ИнфоРос" рассказал министр иностранных дел Республики Судан Али Ахмед Карти, побывавший с визитом в Москве.

- Господин министр, в декабре прошлого года Москву посетила большая правительственная делегация Судана. Состоялся целый блок переговоров по экономическому сотрудничеству наших стран. Можно ли говорить, что анонсировавшееся ранее приглашение российских компаний в Судан наконец-то принимает форму конкретных проектов?

- Действительно прошлогодний визит суданской делегации в Россию был направлен на оказание поддержки экономическому сотрудничеству наших стран. Ведь не секрет, что если в политическом плане судано-российские отношения развиваются весьма успешно - на стратегическом уровне, то экономическое партнерство, к сожалению, пока еще не достигло необходимого подъема. Все только начинается, хотя российские компании уже пошли в Судан в качестве инвесторов. Так, в ближайшее время в Хартуме откроется представительство "Газпромбанка".

Российские компании, конечно, намерены инвестировать в разработку богатых минеральных ресурсов Судана. Но не только. Обсуждается, например, совместный проект по строительству железной дороги из Хартума на восток страны.

- Немалую тревогу у партнеров Судана вызвал авиаудар Израиля по оружейному заводу близ Хартума в октябре 2012 года. Напомним, тогда были и человеческие жертвы. Вы не опасаетесь повторения подобных атак?

- Cуданский народ не боится таких ударов, ни со стороны Израиля, ни со стороны какого-либо другого государства. Мы понимаем существующие угрозы, и постараемся не допустить подобного в дальнейшем, и уж, во всяком случае, подготовимся к отражению возможной агрессии. Руководство Судана работает над укреплением национальной армии. Израиль, и те, кто за ним стоит, должны это понимать.

- США уже не раз вводили против Судана экономические санкции, пытались провести эти санкции через ООН. Как ваша страна противодействует такой политике?

- Да, США недавно пытались ввести международные санкции против Судана, но не смогли. Как вы понимаете, в такой большой экономике, как американская, сильнейшие позиции имеет банковский сектор, поэтому финансовые санкции США и их союзников очень ощутимы для любой страны. Но в ответ они могут рассчитывать, что мы примем свое решение, ориентируясь на государства, не находящиеся под прямым влиянием американской экономики. Примеров тому много. Скажем, если бы Америка отказалась от санкций, то ее компании смогли бы вернуться в Судан и работать в нашем нефтегазовом секторе. Этого не произошло, и наше руководство пошло на заключение контрактов с Китаем, Малайзией, Россией, другими странами. При заключении сделок мы решили выйти из зоны доллара, переходя на евро и другие мировые валюты.

- Включая юань?

- Да, включая юань. Сейчас мы хотим попробовать работать также с российской валютой. Так что у нас выходы не только на Запад

- А как складываются отношения с другими бывшими советскими республиками?

- Мы стараемся развивать прочные связи с Украиной, Белоруссией, в целом со странами СНГ. В частности, планируем открыть наше представительство в Казахстане.

- С белорусами, наверное, речь идет о сфере машиностроения?

- О секторе сельскохозяйственной техники, мы покупаем белорусские тракторы. А также о сотрудничестве в области телекоммуникаций.

- Как вы прокомментируете результаты апрельского визита президента Судана Омара аль-Башира в Республику Южный Судан?

- Это крайне важный визит, ожидавшийся нашими братьями в Республике Южный Судан для урегулирования спорных вопросов. Мирное соглашение между двумя сторонами должно быть реализовано. Я обсуждал этот вопрос с российским коллегой Сергеем Лавровым, и мы пришли к выводу, что мирный процесс между Республикой Судан и Республикой Южный Судан имеет не только региональное, но и огромное международное значение. Подчеркну, что отношения между двумя странами улучшились с помощью и при поддержке России.

- Что вы скажете о развитии ситуации на западе Судана – вокруг конфликта в исторической области Дарфур? Порой создается впечатление, что существуют определенные внешние силы, которые после отделения Юга в 2011 году настроились на дальнейший распад вашей страны.

- Такие силы есть, я с вами совершенно согласен. Но в самом Дарфуре даже те, кто находится от нас по другую сторону линии фронта, не хотят отделения от Судана. Надо отметить, что ситуация в этом регионе быстро улучшается. Боевые действия практически уже не ведутся. Да, в СМИ появляются сообщения о вылазках отдельных преступных групп, но в целом благодаря согласованию позиций сторон на конференции в Дохе (Катар) позитивные перемены налицо. Если раньше некоторые государства поддерживали и финансировали вооруженные движения в Дарфуре, то теперь дело явно идет к миру. Различные группировки присоединяются к мирным соглашениям, подписанным в Дохе, последняя из них сделала это не далее как 6 апреля.

- На фоне так называемой "арабской весны" среди суданской эмиграции были распространены надежды, что подобные события произойдут и в Судане. Как Хартум относится к новым властям в ряде арабских стран?

- Мы помним страдания суданского народа при прошлых режимах. Наша страна в своей истории пережила две революции (имеется ввиду свержение диктатур в 1964 и 1985 годах. - Ред). Если возникают реальные причины для революционных перемен, народ делает выбор. Мы хорошо знаем, что против воли народов никто не устоит. У нас не было тесных отношений с низложенными арабскими правителями, так что вряд ли революционная волна перекинулась бы на Судан. В отличие от этих режимов, мы соблюдали и соблюдаем свободу слова, у нас есть разные партии, действующие свободно. Президент Омар аль-Башир дал личное указание поддерживать свободу мнений в стране. Есть сильные негосударственные СМИ. Конечно, можно сказать, что для революции существует иная причина – экономическая. Но суданское правительство заранее предупреждало народ, что после отделения Южного Судана придется пережить трудный период, и взаимопонимание с обществом было достигнуто.

В целом, если народ уверен, что государство не справляется со своими обязанностями, он имеет право принять любое решение. Скажу прямо: у нас сложились хорошие отношения со странами, пережившими так называемую "арабскую весну", как вы назвали перемены в арабском мире, с теми же Египтом и Ливией. Тамошние чиновники, защищавшие старые режимы, ушли с политической арены. Надеемся, что народы этих государств сумеют преодолеть выпавшие на их долю невзгоды.