Нынешний президент США Дональд Трамп в ходе своей предвыборной кампании в 2016 г. констатировал кризисные тенденции в американском бизнесе, социальном секторе, в целом в экономике и позиционировал себя политиком, способным предотвратить сползание США в полномасштабный кризис.
Избрание Трампа президентом может служить косвенным подтверждением того, что ощущение и ожидание кризиса были довольно широко распространены среди американского населения, и его представители в лице выборщиков отдали предпочтение тому кандидату, меры которого по стабилизации экономических и социальных показателей выглядели более убедительными.
Сквозным тезисом предвыборной программы Трампа выступал призыв к внутренней консолидации с целью возрождения мощи и авторитета США. Тезис неизменно привлекательный для американцев, вокруг которого можно было бы ожидать сплочения американских политиков независимо от партийной принадлежности, так как их подавляющее большинство утвердилось в политике именно за счёт неуклонного следования этому тезису.
В то же время с момента избрания Трампа президентом США и по настоящее время мир вынужден наблюдать за публичным и жестким противостоянием между группировкой, которую представляет Трамп, и группировкой его оппонентов в надежде, что ситуация успокоится и США вернутся в состояние партнера, способного к поддержанию нормальных международных отношений. Однако надо набраться мужества и признаться и США и остальному миру в том, что подобные ожидания довольно туманны.
На данный момент в международном сообществе доминирует представление о том, что внутриэлитный конфликт в США имеет преимущественно характер личной неприязни к Трампу. Только ли это?
Бесспорно, фигура Трампа - крайне необычна для поста американского президента и, бесспорно, может вызывать неприятие и в США и в тех странах, которые ориентируются на американские стандарты и которые привыкли к определенному образу, в который Трамп не вписывается.
Вместе с тем можно впасть в опасное заблуждение, если считать, что неприязнью к Трампу исчерпывается содержание нынешней междоусобицы в США. Опасного потому, что такое заблуждение может послужить неверной посылкой для любой страны в части формирования двусторонних отношений с США.
Видится более веская причина американской междоусобицы. В частности, состояние отношений в элите США приводят к предположению о том, что в рамках критики Трампа и даже попыток его преследовать в настоящее время наблюдается серьёзное противостояние между американскими крупными группировками в том, кто будет определять, какой должна быть внутренняя политика и внешнеполитические ориентиры США.
В то же время характер противостояния между группировками не носит антагонистического характера. Они сходятся в том, что США должны оставаться лидером западного сообщества и в этом качестве осуществлять глобальное лидерство. Камнем преткновения в противостоянии обеих группировок является вопрос о том, как США добиваться этой цели или, можно сказать по другому, как поддерживать себя в форме, чтобы быть постоянно в тонусе глобального лидерства, то есть противостояние концентрируется вокруг путей и методов поддержания лидерства США в мире.
Получается некий каламбур - обе группировки борются между собой за лидерство в том, кто будет определять образ глобального лидерства США.
Выражаясь рыночным языком, можно констатировать, что это – предложение США миру себя в качестве лидера, а есть ли на это преложение глобальный спрос? Можно воспринять вопрос как риторическую фигуру, не будь объективной необходимости решать дела практически. Мир стремительно меняется, и вряд ли оправданно подходить к нему с мерками и инструментами ХХ столетия, когда существовали идеологические разделительные линии и ощущалась потребность в группировании по идейному признаку.
В этом плане движением по заезженной колее представляется новая оборонная стратегия США. Она презумпцирует противостояние США с крупнейшими странами мира. Зачем? Можно ответить вопросом - возможно ли глобальное лидерство без глобальной стабильности? По американской логике - возможно! Действительно, зачем нужен лидер и в чем его задача, если мир стабилен. Для лидера нужен мотив, цементирующий лидируемое сообщество. Видимо, поэтому появляются на свет подобные стратегии.
Тем не менее, кажется, что обе группировки в США зря растрачивают свой потенциал на междоусобицу за лидерство, победа в которой может оказаться Пирровой. Изъян видится в том, что страны мира объективно живут своими интересами, а не американскими амбициями и, соответственно, строят свои планы. Реальная проблема американской элиты выражается в том, что подавляющее большинство стран в мире, включая американских союзников, ждут от США не лидерства, а последовательной американской интеграции в структуру многополярного мира, очертания которого все больше кристаллизуюся и обретают реальность.
Понятно, что для нынешнего состава американской элиты признание многополярности мира противоречит ее естеству и вызывает громкое раздражение. Американские эмоции можно понять, но не честно будет их поддерживать, так как это подталкивает американцев к дальнейшим заблуждениям вплоть до изоляции.
Помимо всего прочего, больной вопрос для глобального лидерства – это и отсутствие общепринятой модели дальнейшего развития мировой экономики. Пока дискуссия идет вокруг такой модели, которая обеспечивала бы, как прежде, преимущества для США. Хотя не всё так драматично - под рукой имеется доступный и испытанный, правда давненько не используемый, но эффективный резерв. Речь идёт о восстановлении принципов честной конкуренции в экономике, политике, идеологии и возвращении к широкой практике по их применению.
Готова ли американская элита адекватно встретить такой вызов, обратиться к нему и открыть себя для действительной конкуренции – такой, в которой она могла продемонстрировать без известных ухищрений лучшие стороны своей экономики, своих научных исследований, своего человеческого капитала.
Если США сумеют преодолеть нынешнюю инерцию, которая их ведет в тупик международных отношений, и показать свои преимущества в условиях честной конкуренции, мировое сообщество наверняка это оценит.
